– Да ладно.
Третья одноактная пьеса, «Акция», оказалась просто потрясной. Шепард был в своей стихии: живой, неистовый и страстный. Адаму тоже очень понравилось, потому что оба актера были бритоголовыми. Выходя из театра, мы увидели в вестибюле Шепарда. Он с улыбкой произнес:
– Ну и как вам?
– Великолепно! – завопила я.
– Это было нечто! – добавил Адам.
– Что ж, спасибо, что пришли, – произнес Шепард вполголоса, растягивая слова.
Той ночью у нас с Адамом был самый лучший секс за все время нашего знакомства. Мы начали с позы «мужчина сверху», и я держала руку на клиторе, а потом он перевернул меня и дрючил, пока я не кончила. Я все время думала о Шепарде, поэтому мой оргазм получился долгим и интенсивным.
На следующее утро, после ухода Адама, я принялась за колонку. Та часть, где описывается наша встреча с Шепардом, далась мне легко: однако, дойдя до места, где мы с Адамом оказались в постели, я зашла в тупик. Вдруг, он огорчится, если узнает, что я думала о Шепарде? Может, лучше опустить эту часть. Но потом меня осенило, что, включив ее в статью, я поступлю гораздо мудрее. Прочитав колонку, Адам изойдет ревностью! Он станет презирать Шепарда, но в то же время поймет, как сильно меня любит!
Когда любовник-новеллист провел тыльной стороной ладони по моим соскам, я представила себе, что они – окурки двух «Мальборо», зажатые между грубыми, мозолистыми пальцами Шепарда. Пока мы возились под одеялом, в моей голове разыгрывались такие сцены: я прохожу через вращающиеся двери; Шепард, бросив на меня один-единственный взгляд, поднимает меня, несет к стене, стягивает штаны и проворно, с силой загоняет в меня свой среднезападный член, прямо там, на Лафайет-стрит. Любовник-новеллист перевернул меня на живот и принялся трахать, а Шепард в моих фантазиях валил меня на снег. Любовник-новеллист уже в который раз финиширует на всех парах, а Шепард впивается зубами в мой рот. Я испустила вопль. Любовник-новеллист застонал, и я нежно и легко выдавила его из себя.
В понедельник вечером Тернер прислал мне сообщение по электронной почте: «Хорошая колонка, детка», а Коринна наговорила на автоответчик, что, по ее мнению, это лучшая колонка за последние несколько недель. Возможно, то, что полезно для моей любовной связи, полезно также и для карьеры.
В день выхода газеты мне на работу позвонил Адам.
– Привет, – сухо произнесла я.
– Хотел сказать только, что колонка на этой неделе получилась классная.
Ручаюсь, он хотел поумничать. Не хотел показать, что я заставила его ревновать. В эту игру можно было играть и вдвоем.
– Спасибо, – сказала я.
– Ты очень здорово ухватила суть Шепарда.
– Старалась.
– И тот эпизод в конце, когда ты фантазируешь на его счет, лежа в постели со мной…
– Да, что ты об этом думаешь?
– Смешно. Невероятно смешно.
– Смешно?!
– О господи, я чуть не лопнул от смеха! Читал за обедом и едва не подавился, так было забавно.
– Ты считаешь, это забавно?
– А разве ты не к этому стремилась?
– В общем, да, но…
– Поверь мне, Ариэль, ты талантливая юмористка, не хуже Элейн Мэй.
– Я рада, что ты нашел это забавным, – медленно произнесла я, – но вообще-то – это правда.
– Знаю! Вот потому-то и получилось так смешно.
– Так тебя не обижает, что я…
– Вовсе нет! По правде говоря, я в ту ночь тоже мечтал о другой.
– Серьезно?
– Угу, – промямлил он.
– И о ком же ты мечтал?
– О Джессике Ланж.
Я с силой двинула трубкой себя по черепушке в надежде, что помру от тромба. Мой план не только сработал с точностью до наоборот, но теперь я каждый раз во время секса буду думать: а не мечтает ли Адам о Джессике? Невозможно поверить в его всепрощение. Невозможно поверить в то, что его так трудно вывести из себя. Пора повышать ставки.
На следующий день я получила сообщение от Джейсона Левина, того самого члена МСО и противника моногамии. «Последние несколько лет я занимался профсоюзными делами в Чикаго, – сообщал он, – но недавно получил место учителя в Южном Бронксе и несколько недель назад переехал в Парк-Слоуп. С огромным удовольствием читаю твою колонку. Нельзя ли нам встретиться и выпить, может, сегодня вечером, если ты свободна?» Я сразу же перезвонила Джейсону, и мы договорились встретиться в корейском баре на Первой авеню.
– Хорошо выглядишь, – сказал он, войдя в бар.
– Спасибо, – ответила я. – Ты тоже.
Но я лукавила. Джейсон оказался меньше ростом, чем я думала, и выглядел каким-то изможденным. В глазах его читались некоторое отчаяние и безрассудство.
– Ты кажешься более зрелой. Более взрослой.
– Так моногамия влияет на девушку.
– Кто все-таки этот любовник-новеллист?
– Его зовут Адам. Он писатель. А как ты? Встречаешься с кем-нибудь?
– Моя девушка бросила меня два месяца тому назад. Мы были вместе полтора года.
Вот в чем причина горестного взгляда. Не привыкшие к холостяцкой жизни мужчины всегда выглядят контуженными, когда снова возвращаются в седло.
– Мне очень жаль, – сказала я.
– Ничего. Сколько времени вы встречаетесь с Адамом?
– Несколько месяцев.
– И ты счастлива?
– О господи, да! Я влюблена в него по уши. Он действительно знает, как правильно обращаться с женщиной. Он меня уважает. Он сильно выигрывает по сравнению со всеми придурками, с которыми я встречалась раньше.
– Это камешек в мой огород?
– Ты говорил, что не признаешь моногамию, а все дело было в том, что ты просто не мог влюбиться в меня. Если бы ты это понял, то бросил бы меня уже через неделю, вместо того чтобы дурить мне голову, воображая, что между нами что-то есть.
– Мне жаль, – сказал Джейсон. – Я не хотел тебя обидеть. Просто запутался – сам не знал, что делаю. – Он придвинулся поближе. – У тебя такие красивые глаза, Ариэль. Никогда раньше этого не замечал.
– Ты много чего во мне не замечал, – сказала я.
– Это точно, – согласился он. – Так ты вправду влюблена в этого парня, а?
– Ага. По уши. А почему ты спрашиваешь?
– Так, из любопытства.
Следующие полтора часа мы болтали о всяких пустяках. И хотя в его обществе мне было приятно, я поняла, что Джейсон вовсе не такой уж одаренный, каким я его считала. Будучи умным, он умел четко выражать свои мысли и по-прежнему обладал каким-то скромным харизматическим обаянием, но уже не казался мне таким же дерзким и блестящим, как раньше. Джейсон производил впечатление умеренно интеллигентного, более или менее привлекательного холостяка.
Когда мы покончили с выпивкой, он проводил меня до Второй авеню, где можно поймать такси до центра.
– Приятно было встретиться, – сказал Джейсон. – Надо бы еще как-нибудь увидеться.
