разбойнике с большой дороги
Историю, которую я расскажу…
Тенор мистера Уилтсона разнесся, заполняя мир вокруг них.
― Его звали Эйден Уилтсон,
И он действительно жил в Ирландии…
― Ты только посмотри на это! ― прошептал Финн.
Тени отступали, погружаясь в землю. Тиган зашагала вместе с Финном, и они последовали за мистером Уилтсоном и Эйденом по широкой тропинке, расчищенной его песней.
― Но… папа не гоблин, ― сказала Тиган.
― Твоя мама вроде бы говорила, что ваш папа ― потомок Мерлина?
― Мирддина Виллта, ― автоматически поправила Тиган. ― Он был всего лишь валлийским… бардом…
― А твой отец всего лишь библиотекарь-бард, ― Финн поправил Томаса на плече. ― Любовник, а не боец. Он сам так себя назвал. Любитель книг и поэзии, как Мерлин, ведь так? Это в нем проявляется милезийская кровь.
― Валлийская, ― сказала Тиган.
― Тогда, получается, это не имеет значения. Эйден получил свой дар от вашего отца, а вовсе не от матери!
Маг-Мелл не капризничала и не вихляла, когда мистер Уилтсон пел. Тропа, которую она создала, была широкой, красивой и удивительно короткой. Они еще не прошли полностью через лес теней, когда Тиган увидела верхушки рук Иггдрасиля над деревьями пониже.
Ройзин стояла в дверном проеме, как будто не сходила с места все это время. Она побежала к ним. Грендаль вместе с ней.
― Томас! ― крикнула Ройзин, когда они все оказались на поляне. Финн опустил Томаса на землю. Ройзин упала рядом с ним, всхлипывая и бормоча что-то по-гэльски. Томасу удалось поднять руку, и Ройзин прижала ее к губам.
Внезапно воздух разорвал вой. Это был звук, который издал Дорхэ, его животный крик, усиленный магией и почему-то гораздо более пугающий. Грендаль зашипел и попятился к Ройзин.
― Что это за сирена? ― спросил мистер Уилтсон.
Это не был вой охоты, который они слышали раньше. Это было нечто похуже. Нечто более… голодное. Адские гончие.
― Может, полиция? ― предположил мистер Уилтсон. ― Я никогда не слышал ничего подобного. Нет, это, должно быть, те новые пожарные машины. С какой стороны звук?
Звук, казалось, кружился вокруг них и становился все сильнее.
― Папа, пой, ― попросил Эйден. ― Спой еще!
Мистер Уилтсон снова начал петь, но ничего не произошло. Маг-Мелл не шевелилась, и для них не открывался проход.
― Тиа, ― позвал Финн, потянувшись к Томасу.
Тиган подняла Ройзин.
― Финн снова понесет Томаса, ― сказала она, надеясь, что девушка поймет. ― Мы должны выбираться отсюда.
Финн схватил Томаса за руку и рывком усадил в сидячее положение. Томас был либо достаточно в сознании, либо достаточно напуган, чтобы подняться на ноги, но Финн не стал ждать, пока он сделает шаг. Он поднял его и перебросил через плечо.
― Идем! Эйден, куда?
Эйден побежал, таща за собой отца. Ройзин схватила Грендаля и побежала за ними, ее длинная юбка волочилась по грязи.
― Самый короткий путь, Эйден! ― окликнула Тиган.
― Знаю, ― крикнул в ответ Эйден.
Тиган немного отстала от Финна. Адские гончие бежали сюда, она чувствовала их приближение. Она споткнулась, но вернула равновесие и побежала быстрее, чтобы догнать остальных.
Земля, по которой они бежали, стала рыхлой и мягкой, затем они стали обходить зеленые лужи и перескакивать огромные корни и ветки деревьев. Тиган показалось, что впереди она видит мерцание в воздухе ― проход в парк.
Тиган оглянулась и увидела их ― двух огромных черных гончих, несущихся между деревьями. Они были размером с маленьких медведей, но гладкие, как доберманы, с навостренными ушами и горящими желтыми угольками глазами. Их хвосты были длинными и тонкими, как хвосты борзых или гончих, и пена струилась из их морд, когда они бежали. До парка не успеть. Гончие ― пожиратели душ ― приближались слишком быстро.
«Я должна развернуться и встретиться с ними. Если я замедлю их, они не доберутся до Эйдена или Финна. Они не доберутся до папы», ― подумала Тиган и остановилась. Страх был хуже всего, что она когда-либо испытывала. Даже встретиться лицом к лицу с Темным Человеком было не так плохо. Но от страха у нее ослабли ноги, а воздух стал слишком густым, чтобы втягиваться в легкие.
«Я не хочу умирать».
Как только она подумала об этом, то почувствовала, как палец в кармане дернулся. Был способ замедлить гончих и остаться в живых.
Она вытащила носок из кармана и сорвала обертку.
― Джинни! ― крикнула Тиган. ― Зеленозубая Джинни!
Голова Джинни показалась из-за листьев, скрывавших глубокий пруд.
― Пожалуйста, ― зрачки гоблинши расширились от страха. ― Прошу, только не это. Я больше никому не причиню вреда. Обещаю, обещаю, обещаю! ― вода струилась с ее спутанных волос, стекая по лицу, как слезы. ― Я изменюсь, клянусь.
Полсекунды Тиган колебалась.
― Пожалуйста, ― прошептала Джинни.
Гончие приближались.
Кто-то должен умереть, чтобы замедлить их.
Тиган почувствовала, как внутри у нее что-то скрутилось, когда она бросила палец ноги.
― Ты поклялась плотью и костями, что защитишь нас, что бы ни случилось! ― палец плюхнулся в воду рядом с гоблиншей. Джинни вскрикнула, когда он, извиваясь, пополз к ней, как водяная змея. Она схватила его и выползла из пруда.
С дрожащими плечами она повернулась лицом к адским псам.
Тиган побежала за остальными. Она почти догнала Ройзин, когда услышала крик Джинни. Ройзин споткнулась, запнувшись о свои длинные юбки. Тиган схватила ее за руку, чтобы поднять, оглядываясь при этом.
Огромная псина вцепилась Джинни в руку. Она трясла водяную гоблиншу, как тряпичную куклу. Рука Джинни вырвалась из сустава, когда гончая подбросила ее в воздух, и из нее хлынул кровавый фонтан. Пес запрокинул голову и проглотил ее, в то время как второй поймал гоблиншу своими огромными челюстями. Джинни дернулась в сторону, вырываясь из
