– Сквайр Дадли Полк? – переспросил встревоженный Джером. – Вы его имеете в виду?
– Ну да, он самый.
Джером нахмурился. Он слишком хорошо знал, кто такой Дадли Полк. Если Дэниела действительно попалась ему в лапы, пощады не жди.
– И на что же похожа эта женщина, – спросил он небрежно, – наверное, какая-нибудь мужеподобная крестьянка?
– Да нет вроде бы, говорят, совсем молоденькая и красивая, с рыжими волосами – что твой огонь. Вот только ростом ее действительно бог не обидел. Говорит, что якобы дочь графа, только кто ей поверит! Она была одета в мужской костюм и ездила верхом как мужчина! Не может быть, чтобы граф позволил такое своей дочери! Я бы своих за подобный стыд так наказал, сразу бы забыли всякие глупости!
Джером и Морган переглянулись. Если у них и оставалась какая-то надежда, что это может быть не Дэниела, то теперь она полностью исчезла! У Моргана было такое чувство, что это ему палач накидывает петлю на шею.
– Спасибо за столь интересные новости! – сказал Джером, поднимаясь и бросая на стол несколько монет. – А нам пора в путь.
Они молча вышли из таверны и быстро вскочили на лошадей. Уже подъезжая к Тэппенхему, Морган спросил у брата, что он знает об этом Полке и за что тот получил столь отвратительное прозвище.
– Самый продажный судья во всей Англии, – коротко ответил Джером. – А Вешателем его прозвали за то, что он очень скор на суд и это его любимое наказание. Трудно сказать, сколько невинных жертв на его счету. За деньги он готов повесить собственного брата.
Морган нахмурился еще больше.
– Мы должны спасти Дэниелу, Джером. Любой ценой.
– Без сомнения. Только надо решить, какой именно.
– Может быть, стоит заплатить ему?
– Чтобы он согласился, сумма должна по крайней мере вдвое превышать размер награды, назначенной за голову Благородного Джека. Такую сумму мне не собрать и за три дня. Да и нет у нас даже этого времени.
– Тогда у меня есть другое предложение. – Когда Морган изложил брату свой план, Джером с сомнением покачал головой, но в концов согласился попробовать.
Скованная по рукам и ногам, Дэниела с трудом вышагивала по своей тесной клетке. Она была слишком взвинчена и напугана, чтобы спокойно сидеть на одном месте.
Ей было совершенно ясно, что бесчестный негодяй судья Полк даже не собирался сообщать Бэзилу о ней и проверять, на самом ли деле его пленница – та, за которую себя выдает. Полку дела не было до истины и правосудия. Его интересовала лишь награда за поимку знаменитого разбойника. А если бы Бэзил подтвердил, что она – дочь графа Крофтона, это вызвало бы лишь ненужные осложнения.
Несколько минут назад потный, отвратительно пахнущий сквайр Полк покинул здание тюрьмы, к немалому облегчению Дэниелы. Констебль Хендрикс и Линдсей остались вдвоем.
Неожиданно дверь тюрьмы с шумом распахнулась. Дэниела в своем углу прижалась к решетке и увидела, как в караульное помещение решительным шагом вошел Джером, величественный и грозный, как никогда. Герцог был не один. При виде его спутника сердце Дэниелы бешено забилось. Боже! Неужели Морган! Они пришли освободить ее! Спасена! Спасена!
Девушка не могла отвести глаз от своего возлюбленного. Ведь она почти уже не надеялась вновь его когда-нибудь увидеть! Как же он красив в этом облегающем его высокую статную фигуру темно-синем сюртуке и бриджах для верховой езды!
Страж Дэниелы подскочил, явно робея перед незнакомцами, пораженный их внушительным, высокомерным видом, и, заикаясь, произнес:
– Кто вы, джентльмены?
Джером смерил присутствующих ледяным взглядом.
– Я герцог Уэстли, а это мой брат, лорд Морган Парнелл.
Встревоженный цепкий взгляд Моргана быстро обежал все помещение и остановился на дальнем темном углу, где, приникнув к решетке, стояла Дэниела. Облегченно вздохнув, он шагнул к ней.
За его спиной прогремел возмущенный голос герцога Уэстли:
– Как вы посмели арестовать невесту моего брата, леди Дэниелу Уинслоу, дочь графа Крофтона?!
Хендрикс и Линдсей были явно ошеломлены таким заявлением. Так же как, впрочем, и сама Дэниела. Невеста! Надо же!
Морган, подойдя совсем близко, подмигнул ей.
– Ничему не удивляйся. Мы должны во что бы то ни стало освободить тебя. – И уже громко спросил: – Как ты, моя милая? Как они с тобой обращались?
Ах, если бы она и вправду была его невестой!
Дэниела тихонько вздохнула. Однако сейчас было не до пустых мечтаний. Она покрепче ухватилась руками за решетку:
– Все хорошо. Они ничего со мной не сделали.
Пока.
– Что ж. Их счастье. Если бы хоть один волос упал с твой прекрасной головки, им бы не поздоровилось.
Морган протянул руку сквозь решетку, крепко сжал пальцы Дэниелы, и девушка с удивлением отметила, что рука у него дрожит.
Это горячее прикосновение совершенно лишило ее самообладания. С сияющими глазами она всматривалась в дорогие черты красивого мужественного лица. Как же она любит его!
Тем временем Джером продолжал отдавать приказания надменным, ледяным тоном, всем своим видом показывая, что не потерпит никаких возражений:
– Я требую, чтобы вы немедленно освободили мою будущую невестку!
Констебль нерешительно замялся, но тюремщик сразу потянулся за ключом.
– Слушаюсь, ваша светлость, – тихо произнес он.
– Лучше бы подождать сквайра Полка, а не то он... – нервно дернувшись, начал констебль.
– Мы никого не собираемся ждать! – властно оборвал его Джером.
Сквайр Полк направлялся в таверну, где собирался пропустить кружечку пивка и хорошенько все обдумать. Он знал, что за голову Благородного Джека назначена награда в пять тысяч фунтов, и уже мысленно потирал руки, представляя, как распорядится этими деньгами. Людишки в его округе были слишком бедны, чтобы можно было как следует поживиться за их счет. Суммы, которые ему приходилось брать за прекращение дела или, наоборот, за возбуждение дела против кому-то неугодного человека, подчас не превышали ста-двухсот фунтов. Смешные суммы, особенно для человека с такими амбициями, как у него.
Уже открывая дверь таверны, он услышал стук копыт и, обернувшись, увидел, как мимо него проехали двое незнакомцев верхом на великолепных скакунах. Залюбовавшись лошадьми, сквайр Полк проследил за всадниками и увидел, как те спешились возле здания тюрьмы. Нехорошее предчувствие кольнуло судью в сердце. Что им там нужно?
Чертыхнувшись вполголоса, судья поспешил назад. Он не собирался рисковать своей драгоценной пленницей.
Он открыл дверь как раз в тот момент, когда перепуганный Линдсей вставлял ключ в замок двери камеры. Один из приезжих, человек огромного роста, стоял возле стражника и притопывал от нетерпения ногой.
