Читаем без скачивания Шифр Джефферсона - Стив Берри

Малоун в какой-то степени чувствовал себя Робертом Мэйнардом, отправляющимся сражаться с Черной Бородой.

Тогда на карту было поставлено многое, теперь тоже.

– Что ты наделала? – прошептал он, думая о Кассиопее.

Нокс менял позицию, оставаясь на первом ярусе над землей. Он держался у внешней стены, используя груду камней как прикрытие. В наружной стене повсюду тянулись зияющие отверстия, открывающие вид на освещенную луной бухту. От сильного ветра у него трескались губы, но, по крайней мере, ветер уносил почти всю птичью вонь. Нокс прислушивался к разговору Карбонель с Уайеттом и старался найти более выгодное место, откуда было удобнее наблюдать за их противостоянием. Может, если повезет, он сможет убрать их обоих?

– Нокс.

Он замер. Уайетт обращался к нему.

– Я знаю, где спрятаны эти два листа.

Сообщение. Громкое и ясное. Если думаешь убить меня, передумай.

– Будь разумным, – крикнул Уайетт.

Нокс понял, что имелось в виду.

У нас есть общий враг. Давай с ним разделаемся. Как думаешь, почему я позволил тебе завладеть пистолетом?

Хорошо. С этим он согласен.

Пока что.

Хейл подошел к камере, где находились три женщины. Волосы Кэйзер были спутанными, одежда мокрой, но у нее было еще кое-что – красота, приходящая с возрастом и опытом, по которой он будет тосковать.

И по ее особой одежде.

– Значит, прилетела выяснить, на что ты способна? Найти мисс Нелл?

– Прилетела, чтобы исправить свой просчет.

– Восхитительно. Но очень глупо.

Он прислушался к тому, что происходит снаружи, и остался доволен тем, что ветер и дождь начали затихать. Может быть, шторм пошел на убыль. Однако ближайшая проблема была более срочной.

Хейл посмотрел на незнакомую женщину.

Стройная, элегантная, с темными волосами и смуглой кожей. Настоящая красавица. И бесстрашная. Она напомнила ему об Андреа Карбонель, что было некстати.

– Кто ты? – спросил он.

– Кассиопея Витт.

– Ты была их освободительницей?

– Одной из многих.

Хейл понял, что она имела в виду.

– Все кончено, – сказала ему Стефани Нелл. – Твоя песенка спета.

– Ты так думаешь?

Хейл полез в карман и достал сотовый телефон, который его люди забрали у Витт. Интересная штука. Там не обнаружилось ни регистраций, ни контактов, ни сохраненных номеров. Очевидно, телефон предназначался для связи с единственным номером. Хейл предположил, что такими аппаратами пользуется разведсообщество.

Поэтому Витт оказывалась в числе врагов.

Он уже предположил, что другие были посланы отвлечь его внимание, пока она освобождает Нелл.

И этот план едва не сработал.

– Работаешь на НРА? – спросил он.

– Я работаю на себя.

Хейл оценил ее ответ и решил, что его начальное суждение было верным. Без принуждения эта женщина ничего ему не скажет.

– Ты только что видела, что я делаю, когда отказываются отвечать на мои вопросы.

– Я ответила на ваш вопрос, – сказала Витт.

– Но у меня есть еще один. Гораздо более важный. – Он показал телефон. – Перед кем ты отчитываешься?

Витт промолчала.

– Я знаю, что Андреа Карбонель ждет вестей от тебя. Скажи ей, что Стефани Нелл здесь нет. Что ты потерпела неудачу.

– Вы ничем не заставите меня это сделать.

Хейл понял, что это правда. Он уже составил мнение о Кассиопее Витт и решил, что она готова рисковать. Если она сказала правду и за ее успехами следят другие, то не получив от нее сообщения, они начнут действовать. Ей нужно только держаться до тех пор, пока не пройдет достаточно времени.

– Я не собираюсь ничего делать с тобой, – объяснил он.

И указал на Кэйзер.

– Я намерен проделать это с ней.

Глава 78

Новая Шотландия

Уайетт надеялся, что Нокс понял его предостережение. Ему требовалось провести без помехи несколько минут с Карбонель. Потом он и Нокс смогут вести игру между собой. И поведут, так как он сомневался, что Нокс просто уйдет, раз понял, что шансы теперь стали равными. Нашел Нокс эти два тела? Возможно. Но если нет, ему нет смысла предполагать, что в форте есть еще кто-то, кроме них троих.

Уайетт, бесшумно ступая, спустился на нижний ярус, очки ночного видения помогали ему в темноте. Нашел основание лестницы, затем дверной проем, ведущий во внутренний двор, где ждала Карбонель.

Взглянул на часы.

Прошло почти три часа с тех пор, как он и Малоун находились в подземелье. Каждые шесть часов. Таким был ритм – между отливом и приливом.

– Я здесь, Андреа, – сказал он.

– Я знаю.

Оба продолжали прятаться.

– Ты солгала мне, – сказал он.

– Ожидал, что я этого не сделаю?

– Не знаешь, когда прекратить это, так?

Он услышал ее смешок.

– Оставь, Джонатан. Ты не новичок. Ты кое-что повидал. Знаешь, как ведется эта игра.

Уайетт знал. В разведке двуличие являлось образом жизни. Но эта женщина вышла за пределы нормы. Она его использовала. Ни больше ни меньше. Ее задача не представляла для него интереса. Он был просто средством для достижения цели. И хотя она платила ему хорошие деньги, это не давало ей права поступать с ним, как вздумается. К тому же она прилетела сюда убить его, не дать воспользоваться ее деньгами.

– В чем проблема? – спросил он. – Не можешь допустить, чтобы я проговорился? Я знаю слишком много?

– Я сомневаюсь, что ты проговоришься. Но имеет смысл быть уверенной на сто процентов. Ты действительно нашел эти листы?

– Нашел.

Это была не совсем правда, но близко к ней.

– А с какой стати мне тебе верить?

– Не могу придумать ни одной причины.

Уайетт понимал, что Карбонель тянет время, чтобы ее люди смогли появиться и убить его.

– Не нужно такой враждебности, – сказала она.

– Тогда выйди и покажись.

Он снял очки.

Нокс находился поблизости, был вооружен. Уайетт ощущал его присутствие. И надеялся, что он будет не действовать, а слушать, так как ему тоже требовалось то, что спрятал здесь Эндрю Джексон.

Кассиопея ничего не могла поделать. Два члена команды вытащили вопящую Шерли Кэйзер из камеры, еще три человека навели оружие на саму Кассиопею и Стефани. Шерли утащили в другую камеру, которую было четко видно через решетку. Запястья и лодыжки ее привязали скотчем к массивному дубовому стулу, рот заткнули, она протестующе качала головой.

Двое мужчин с пистолетами вышли из их камеры.

Кассиопея и Стефани остались одни.

– Что нам делать? – прошептала Стефани.

– Если я не выйду на связь, к нам придут на выручку.

– Но как знать, что будет с ней. Сколько у нас времени?

– Примерно час до рассвета.

Появился еще один человек с черной кожаной сумкой.

– Это врач нашей компании, – сказал Хейл. – Лечит раны.

У крепко сложенного врача было льстивое лицо и коротко остриженные волосы. Он поставил сумку на деревянный стол перед Шерли. Достал оттуда костные ножницы из нержавеющей стали.

– Врач – значительный член любой команды, – продолжил Хейл. – Хотя он не сражался и не защищал корабль, но всегда получал бо́льшую часть добычи, чем остальные. Так остается и по сей день.

Врач стоял возле Шерли, держа ножницы.

– Мисс Витт? Мисс Нелл? У меня лопнуло терпение. Я имел дело с обманщиками, и в конце концов мне это надоело. Я хочу, чтобы меня оставили в покое, но правительство США этого не делает. Теперь мой дом подвергся нападению…

Фанерная дверь распахнулась, вошли три человека, стряхивая дождевую воду с плащей.

На вид они казались ровесниками Хейла.

– Остальные капитаны, – прошептала Стефани.

Нокс подобрался ближе к тому месту, где Уайетт и Карбонель устроили свое противостояние. Понимает ли она, что Уайетт выманивает ее, позволяя Карбонель считать, что превосходство на ее стороне? Нокс слышал обрывки их разговора, подбираясь к месту прямо над ними. Камни замедляли продвижение, сидящие птицы раздражали его, он боялся их потревожить, поскольку перемена в ритме их воркования выдала бы его присутствие.

Уайетт сказал, что нашел листы. Так ли это? И важно ли до сих пор?

Может быть.

Если бы он мог вернуться в Бат с двумя вырванными листами, оставив Уайетта и Карбонель мертвыми, его ценность для капитанов возросла бы в сто раз. Они бы оказались не только юридически защищены, но он еще и оказался бы их спасителем.

Перспектива была заманчивой.

Нокс крепко держал пистолет.

– Ладно, Джонатан, – услышал он голос Карбонель. – Я тебе покажусь.

Хейлу не понравилось появление коллег. Что им здесь нужно? Это их не касается. Нападению подвергся его дом, не их, и они пальцем не шевельнули, чтобы помочь. Он наблюдал, как они смотрели на распростертое на полу безухое тело с огнестрельной раной в голове.

– Ты что делаешь? – спросил Болтон.

Хейл не собирался терпеть выговоры от этих олухов, тем более в присутствии своих людей и пленниц.