раздаётся от мужика, который про дуэль и сказал.
— Если ты сейчас не заткнёшься, я тебе нос сломаю, — прошипел на него, что тот отшатнулся и заморгал часто, как девочка.
Отмахиваюсь от него, глушу бокал вина. Ух, хорошо, вот чего так не хватало! А то даже выпить спокойно не дают. Илона подваливает, уже с пустым бокалом, походу, весёлая.
— Вы такой смелый, сэр Кристиан, — выдаёт под мамашин манер. Меня аж передёрнуло.
Похоже, она пробует разного рода подкаты. По ней и не скажешь сейчас, что легко может сиськи вывалить и любоваться как её мамашу шпилят.
Игнорируя флирт, иду к лестнице, пока Гертруда не вернулась ещё. На втором этаже вдоль балкона кругового стоят гости с бокалами и вниз на танцующих глазеют. Здесь же лакеи предлагают проводить до музеев искусств. Но я поднимаюсь ещё выше! Потому что хочу всё же поболтать с Шатуром.
На третьем этаже целое казино организованно. Харя Гилинга промелькнула, увидел и его дружков. Один на меня так встревоженно посмотрел в ответ. А когда я выше пошёл уже на четвёртый этаж, рванул вниз по лестнице. Похоже, за Инессой. Давай, давай мужик, только рамки не переходи.
На четвёртом лакеи уже злее.
— Простите сэр, но здесь могут находиться только члены первого круга Сотни и их приглашённые, — заявил дядечка.
Главная проблема, что лестница не напрямую вверх, всегда на этаж нужно вступать, чтобы подняться до следующего. Как блин в торговом центре. Тут и фильтровать начали.
— Я приглашённый леди Гертрудой Раей, — заявил и представился.
Впустили! А тут диваны обособленные со столами, как в кальянной какой — нибудь, сиди себе в вразвалочку, всё принесут. ВИП — зоны вдоль балкона устроены, развали яйца и вниз на головы плюй.
Тут же на Валианта с сыном напоролся. Сидят в ближайшей зоне на диванах, чаёк попивают. Меня увидели, подскочили.
Сын Валианта Алан сразу про Инессу стал расспрашивать с горящими глазами. Оказалось, что они успели даже в универе Леванта пересечься, когда Инесса при живой матери там училась.
— Иди, отбивай у женихов, — усмехнулся я, но выловив настороженный взгляд отца добавил: — Только без дуэлей. Лучше я потом тебя с ней сведу.
Кивнул, помчал радостный.
— Боюсь за сына, — признался Валиант. — Он моя гордость, но здесь такие порядки, что нельзя быть ни в чём уверенным. Страшно, что однажды его вызовут на дуэль по пустяку, и я потеряю сына.
— Так учите его фехтованию.
— Он мастер, но это ничего не меняет…
Пока болтал с Валиантом, приковыляла Гертруда под руку с дочкой, взмыленная и недовольная.
— Какие дуэли, Кристиан? — Прогремела с ходу. — Не вздумай! Эти тирские варвары тем и живут, лишь бы кого убить без разбору.
— Да не буду я с ним дуэлиться, просто руку сломаю и всё, — отбрыкиваюсь с ухмылкой.
— Не желаете выпить, мне тут достали вина двадцати циклов выдержки, — быстро переобулась Гертруда.
— Начинайте пока, — говорю, вскакивая, и на пятый этаж рвусь поскорее.
— Кристиан, куда⁈ — Вскрикивает Гертруда, спохватившись. — Туда нельзя! Шатур не принимает никого!
Слышу, побежала за мной аж.
— Валиант, что сидишь? Останови своего друга, пока не поздно! — Продолжает причитать.
— Я, млять, принц или кто? — Бурчу на неё, и прыгаю уже через ступеньку. Второй пролёт и выход на площадку, куда буквально взлетаю. Небольшой холл, арка, через которую видно собравшихся на диванах. Среди них Шатур и его приёмная дочка балерина Аурелия за отдельным столиком! Корпус оба подали вперёд, сидя друг напротив друга, руками что — то двигают. Они, блин, что, в шахматы играют⁈
Путь преграждают сразу четыре здоровенных «мушкетёра».
— Покиньте этаж, сэр, — говорит один из них вежливым тоном, но с нажимом.
— Принц Леванта Кристиан Везучий, — представился. — Прибыл поприветствовать хозяина вечера и в целом всего Градира.
— Сэр Шатур никого не принимает, — прогремел уже самый матёрый на вид. — Будь вы хоть король.
Так, понятно. На кривой козе не подъедешь. Надо привлечь внимание.
— Вы меня оскорбили, сэр, охранник? — Взвинтился я на самого мощного.
— Я — гвардеец, — бросил тот горделиво.
— А я — принц, и мне гвардейцы не указ, — наращиваю скандал.
— Простите, но мы подчиняемся воле Беринга Шатура, — снова встрял первый, отпихивая своего же.
— Я понял, но извинения не приняты, — хмыкнул и стал пальцем показывать. — Ты, ты, ты и ты. Жду у большого фонтана на дуэль через полтора часа.
— Вы в своём уме, сэр? — Спросил более тактичный боец.
— Струсили, господа? — Усмехнулся я.
— Вы сумасшедший, мы лучшие мастера фехтования Градира, — прогремел матёрый с видом, что готов мне уже морду набить.
— Трусливые мастера Градира, — поправил я любезно.
— Хочет сдохнуть, пускай, мы принимаем вызов, — встрял третий с ухмылкой.
— Простите, а вы кто? — Подал голос четвёртый. — Шатур не обрадуется, если убьём его друга.
— Я ж представился невежды! — Выдаю громко, авось Шатур услышит. — Принц Кристиан из Леванта, мы ещё Разлом великий продолжаем ломать, так и передайте.
— Шах и мат, — раздалось вроде как от Аурелии едва слышное, и затем кто — то смачно захлопал в ладоши.
— Девочка моя, ты делаешь успехи, — расслышал и Шатура. Голос у него, конечно, женственный какой — то.
Захлопал в ладоши и я, но меня потолкали к лестнице.
— Сэр, мы приняли вызов, прошу, проведите свои полтора часа достойно, — выпалил четвёртый петух.
Я бы мог свернуть им шеи прямо сейчас. Но это будет недружественный акт. Если и дуэль с его лучшими мастерами не привлечёт зажравшегося деда, придётся уже брать мамкину верёвку и вешаться. А точнее пробираться в покои и ждать генералисимуса там.
— Ты, ты, ты и ты! — Повторяю, спускаясь и не отрывая от них глаз. — Трупы, пишите завещание.
— Ищите секунданта, сэр! — Выкрикнул самый молодой.
— Да уймись ты, — буркнул самый вежливый.
— Да он даже не пьян…
Спускаюсь вниз довольный. На четвёртом разъярённая Гертруда стоит, караулит. Похоже, не решилась на глаза охране маэстро попадаться, слетела, как миленькая. Мол, я его не знаю.
— Ты что учинил⁈ Я всё слышала!
— Мне скучно, — протягиваю и спускаюсь ещё ниже.
— Кристиан, я попробую всё уладить, — хлопочет в след.
— Ага, будешь моим секундантом! — Кричу, уматывая в общий зал.
— Идиот! — Рычит. Но мне уже плевать.
На втором этаже на балкон заворачиваю, потому что вижу, что дружки Гилинга во главе с ним у бортика стоят, свесившись и наплевав на игру этажом выше, высматривают что — то внизу. Подскочил и я.
А там Инессу кружит в танце прямо под ними их дружок, который её ещё в будни приглашал на свидание. Отжигают по полной программе. Ха! Расступился народ для них, вообще никто рядом не пляшет. Все на них смотрят, а точнее на сексапильный зад, шикарные волосы и милое личико моей подружки. В круг зрителей и сын Валианта затесался с бокалом. Взгляд у него слишком уж недобрый. Иногда по человеку сразу видно, что заинтересован, что… влюбился. Алан, похоже, попал в сети сделанного мою рокового образа. Быть может, и нет. Он ведь помнит её с универа.
— Сэр Кристиан! — Спохватывается шайка, завидев меня.
Бегут здороваться. Гилинг самый противный, без особой охоты подходит.
Внизу потасовка! Вижу по тому, как рвутся к борту ребята, а затем срываются вниз по лестнице, обгоняя меня.
Рванул и я, по дороге поинтересовавшись. Млять! Алан сцепился с дружком Гилинга за Инессу! Танец не поделили! Подошёл забрать её, а тот как — то не так отказал.
Врываюсь сквозь толпу, расталкивая мужчин, как детишек. Бурчат что — то. А я сука челюсти сейчас ломать начну, ибо за пацана Валианта прибью нахер.
Выскакиваю, а они уже о дуэли договариваются на шпагах в парке через два часа. Инесса хнычет в сторонке, папаня её рядом на подстраховке стоит.
— Не угадали, ребята, — встреваю я и к дружку Гилинга сопернику Алана. — Слышь, петух, через полтора часа у большого фонтана, вызываю тебя на дуэль.
— Сэр, в чём причина? — Отшатнулся парень, явно не ожидавший такого напора. — Вы брат моей возлюбленной, я не могу принять…
— Ты её за задницу лапал, я видел, — заявляю громко.
— Это клевета! — Возразил парень.
— Сэр, вы что — то путаете, — подключились и его дружки. — Простите, выражая доброе отношение, мы готовы простить вам столь дерзкое…
— Кто ещё возразить хочет? — Хмыкаю. — Через полтора часа у большого фонтана. Я вас всех жду, цыплята.
— Да что он себе позволяет⁈ — Возмутился Гилинг.
— Похоже, пьян, — комментируют окружающие.
— Полтора часа, ребят, — бросаю, показывая на всех пальцем. — Кто струсил, можете
