однажды мессир Владыки. Пришла пора выполнить контракт, полученный от Жакена Торбула. Главное, не повторять ошибок.
Посетить людный трактир оказалось хорошей идеей. «Хмельной гуляка» всегда был полон и, когда Эйден переступил порог, на него сразу обрушился веселый гомон посетителей. Между столами то и дело сновали фигуристые девушки, которые не отказывали себе в удовольствии врезать привязанной к поясу палкой по слишком уж наглым пальцам. В трактире было тепло и уютно, пахло вином, элем и горячим мясным супом. В уголке играли в кости два толстых каграда и, смеясь, стукались большими кружками после каждого броска.
Эйден занял свободный стол, предварительно спихнув с него спящего эрена, и кивнул подошедшей девушке в темно-зеленом платье. Он бросил на стол монету и, чуть подумав, сказал:
– Эля. И сыра.
– Не желаешь горячего супцу, голуба? – улыбнулась девушка, опершись двумя руками об крышку стола. Красивая грудь, слегка стесненная платьем, призывно колыхнулась.
– Возможно позже. Только эль и сыр, – мотнул головой Эйден, проигнорировав её заигрывания. Девушка надула губы и резко смела со стола монету, после чего отправилась за заказом, виляя бедрами. Когда она ушла, Эйден вытянул длинные ноги и, сплетя на груди руки, обратился в слух. Чутье подсказывало, что ответы на свои вопросы он получит в любом случае, даже не открывая рта.
– Корбен давал годную цену. За четыре камня всего одну рабыню.
– Что? Сходил он в ту помойку, а потом хер у него почернел и отвалился. Ага. Когда он на бабе-то был.
– Шелка нынче дорогие. В Кагре, говорят, цены взлетели. Только модницы и могут себе позволить.
– Ох, годное-то винцо. Давай и суп попробуем.
– Все вытащили! Все, что нажито непосильным трудом. И как тут не напиться с горя?
– Говорю тебе, Ала. Сегодня в ночь как раз представление дают.
Эйден повернулся в сторону богато одетого эрена, который сидел за столом с хмурой эмпейкой. Девушка капризно сморщила носик и смотрела на него, как на шелудивого пса.
– Я насмотрелась достаточно в Ларахе. Там акробатами и фиглярами никого не удивишь.
– Это не простые акробаты, – тонко улыбнулся эрен. – Это цирк мадам Анже.
– И что в нем такого? – буркнула девушка, вертя в руках бокал с вином. – Жонглеры, силачи… Скука.
– Нет, милая. В этом цирке выступают лучшие, – вздохнул мужчина. Он пригладил торчащую бороду и понизил голос, однако Эйден все слышал. – Говорят, что все трюки там делаются без страховки. На одном из представлений метатель ножей промахнулся и вместо яблока вбил свой нож в лоб своему партнеру. Скоро зима, а значит цирк отправится в Кагру или Гастан. Последний шанс увидеть его и лично познакомиться с мадам Анже.
– Ладно, – нехотя ответила эмпейка, делая глоток вина. Черты лица у нее были грубыми, как у всех северян. – Ты не отстанешь. Сходим в твой цирк, а утром поедем обратно в Ларах. От этой грязи я вся чешусь. И рыбой провоняла.
– Конечно, милая, – кивнул эрен и вздрогнул от неожиданности, когда рядом с ним выросла фигура в черном. – Э… чем могу помочь?
– Я услышал, что вы говорили о представлении, – хрипло ответил Эйден. В его пальцах блеснула серебряная монетка. – Неужели это и правда цирк мадам Анже?
– Сам удивился, когда узнал, – кивнул купец. Он немного расслабился и посмотрел на Эйдена более благожелательно. – А вы знаток циркового искусства?
– Скорее ценитель. Я видел множество представлений, но о цирке мадам Анже ходят легенды.
– А я тебе говорил, – перебил его эрен, обращаясь к эмпейке. Та вздохнула и театрально закатила глаза. – Планируете посетить?
– Определенно, – ответил Эйден.
– О, в таком случае можем составить компанию, – широко улыбнулся мужчина.
– К сожалению, меня в городе еще ждут дела. Если вы соизволите сообщить мне место, где случится представление, благодарность моя не будет знать границ, – пусть подобный пафос и был Эйдену чужд, он все-таки знал, что такие, как этот эренский купец, обязательно на это клюнут.
– Конечно, конечно, – спохватился тот и снова понизил голос до шепота. – Все случится у Белого озера.
– «В полночь. Как и всегда», – мысленно буркнул Эйден и, улыбнувшись, кивнул эрену и его спутнице. – Благодарю.
– Эх, искусство. Как ловко ты дурманишь головы, – вздохнул купец и с интересом посмотрел на Эйдена. – Простите, я не расслышал вашего имени.
– Я его и не сообщал, – мужчины рассмеялись, после чего эрен протянул руку. Эйден осторожно её пожал. Ладонь была влажной и вялой. На Лабране ценили крепкие рукопожатия.
– Где мои манеры. Уго Кирианд. Торгую шелками и драгоценными камнями.
– Кадир, – соврал Эйден. Фамилия его отца была слишком известна, чтобы разбрасываться ей, пока контракт не выполнен. – Кадир Ноэффинн.
– А! Вы с островов Гастана? – обрадованно спросил купец. – Пряностями торгуете?
– Пряностями, сладостями, изделиями из железа. Прошу простить, достопочтимый Уго, но меня ждут дела, – ответил Эйден, когда эрен попытался заглянуть под капюшон, чтобы рассмотреть его лицо.
– Что же, увидимся на представлении, Кадир.
– «Молись, чтобы этого не случилось», – мысленно ответил Эйден. Затем коротко поклонился купцу и, бросив еще одну медную монету на свой стол, направился к выходу из трактира. Пока судьба благоволит ему, но природа её довольно капризна.
Белое озеро находилось недалеко от Костани и было излюбленным местом встреч влюбленных парочек и паразитов города, любящих за этими парочками наблюдать. Осенью берега озера становились обителью для палаточных городков: паломники, проезжие купцы, бродяги. Приют находили все. Поэтому Эйден не особо удивился тому, что место для лагеря циркачей мадам Анже выбрала именно у Белого озера.
С представлениями в полночь тоже все было понятно. Мадам Анже подогревала интерес к своему цирку разными способами. Нанятые скоморохи распускали слухи, в тавернах шептались, как на одном представлении кого-то убили, а возбужденные румяные селянки тут и там восторгались силой и статью циркачей. Рос престиж цирка, росли и цены на представления. Поначалу Эйдену тоже казалось, что цирк мадам Анже – это что-то уникальное. Но на деле это был обычный бродячий цирк, наполненный как людьми, так и зверями в человечьем обличье. И кое-кого из них Эйдену очень уж не терпелось увидеть.
Он дождался темноты и, пристроив за спиной заплечный мешок, отправился к восточным воротам. Стража, зябко ежащаяся у костров, не заметила, как неясная тень ловко взобралась по стене неподалеку и исчезла за кривыми каменными зубцами. Только старый пес, лежащий у ноги одного из стражников дернул ушами и снова задремал.
Очутившись за стеной, Эйден вдохнул холодный воздух и улыбнулся. Предстоящая встреча с циркачами заставляла сердце биться быстрее, а в голове витали кровавые фантазии, которые очень тяжело было сдерживать. Мотнув головой, Эйден нырнул в
