а не то сам тобою зай…
Прогремел оглушительный взрыв, заставив заткнуться раскричавшегося дозорного. Семён, воспользовавшись замешательством, резко распахнул дверь и выстрелил, но во время перезарядки сам был ранен вторым дозорным. Его бросило к стене, а Яр немедля прыгнул в дверной проём. Нырнул под выстрел, перекувырнулся и в упор пальнул в противника. Того отбросило на стеллаж у стены, после чего тело, оставляя кровавый след, мешком рухнуло на пол.
Яр осмотрелся с ружьём наперевес в поисках второго. Но тут же опустил оружие. Противник с развороченным лицом лежал справа на полу.
Юноша вернулся в коридор, подбежал к Волкову, нагнулся, осматривая раны. Разорвав фуфайку, в груди его обнаружил огромную дыру, пробившую правое лёгкое. Кровь пропитала одежду и местами пузырилась. Семён часто и с хрипом дышал, в уголках рта тоже надувались кровавые пузырьки.
— Сейчас! Сейчас что-нибудь сделаю, — заметался Яр в поисках тряпки, но Семён слабой рукой остановил его.
— Уходи! — задыхаясь, заговорил он. — Бери что хотел, и уходи!
— Нет! Сейчас чем-нибудь заткнём твою дыру, и…
— Чем ты её заткнёшь, придурок? Может, двадцать лет назад и помогли бы мне, но не сейчас… Беги, говорю! Трос на крыше здания, если Игорь твой не тормоз, то он по нему спустится. А там трёхэтажный дом заводоуправления обогнёте… банк будет… а справа обойдёте — пожарная часть, там на авто пересядете. Домчит, покуда колёса держат. Привет передавай… Может, свидимся… — Семён закашлялся, в ране забулькала кровь. — Уходи… Слышишь? — он на время замолк, указывая в сторону возобновившегося пулемётного треска. — Смерть стрекочет… в лучший мир унести меня хочет…
Он снова замолчал, глаза остановились в одной точке, а Яр словно только что услышал приближающиеся выстрелы. Юноша бросился обратно в комнату, отыскал рюкзаки Игоря и девушек, схватил свой лук, винтовку и пару автоматов, что у них отобрали — странно, но их веса он почти не чувствовал. После этого Яр отворил дальнюю дверь и вышел на улицу. Линия низеньких построек уходила вдаль. С литейного цеха на четырёхэтажное здание вдалеке перекинулся еле заметный на фоне серых облаков трос. Наметив путь, юноша зашагал в ту сторону, быстро скрывшись за ближайшим строением.
* * *
— Чёрт! Что это было? — спросил Алексей, младший из братьев Юдиных, когда взрыв зашатал деревянные постройки. Дерево заскрипело, стены заходили ходуном, но выдержали.
— Хреновина какая-то, — ответил Андрей, поднимаясь с пола. — Надо двигать к выходу, а то мало ли, сложится тут всё, как карточный домик!
— Назад воротаться-то долго очень, — заметил Пётр, выстрелив в выбежавшего из-за угла бойца. — Не успеем.
— Так не надо назад, — Андрей указал в противоположную сторону. — У таких зданий несколько выходов. А цех — не бесконечный. Уже почти до другой стены дошли. Чуть-чуть — и найдём выход.
— Тогда вперёд! — скомандовал старший брат.
— Стойте! — Алексей смотрел назад. — Надо наших предупредить! Идите, а я им навстречу.
Андрей посмотрел на Петра, тот, секунду помедлив, кивнул, и братья разделились. Алексей бросился обратно, туда, где Жлоб всё ещё палил из пулемёта. Он быстро достиг дыры от взрыва, тянущейся вверх на три этажа. Кое-где горели доски и занимались огнём другие, плавился пластик. Надо было спешить.
С треском обвалилась часть комнаты с третьего этажа, подняв кучу пепла. Алексей, подождав, пока развеется пыль, попытался обойти завал из досок, но вдруг за что-то зацепился. Обернувшись, увидел, что его держит за ногу мужчина. Его придавило свалившейся конструкцией, а в спине торчали крупные острые щепки. Голова была задрана, белёсый глаз уставился на Алексея, а запёкшиеся кровью губы двигались и шептали.
— Ангелы чёрные рядом… Руку протяни — дотронешься до снов. И они будут править миром… без людей… без жизни… б-б-без… мира.
Рука разжалась, и мужчина уткнулся лицом в пол, словно ставя жирную точку в своей жизни, так её заканчивая. Алексей почувствовал, как холодок пробежал по спине: ничего кошмарнее он ещё в жизни не видел. Конструкция вокруг затрещала громче, отчего мужчина вышел из оцепенения. Теперь не надо было пересекать завал — пулемёт замолк, а матюги Зека, Варвара и Сени слышались с этой стороны, совсем близко.
— Быстрее! Уходим! — крикнул Юдин, когда отыскал их в лабиринте.
— Э-э-э, что орёшь? — выругался Василий Аркадьевич, замахнувшись ножом. — Мы могли и тебя замочить!
— К чёрту! — отмахнулся Андрей. — Не до этого сейчас! Конструкция может рухнуть!
— Конструкция? — не понял Варвар, оглядываясь.
— Да доски эти, что понастроили тут! Надо валить из здания! — Как бы в подтверждение его слов, строение застонало, затрещали и начали ломаться деревянные опоры, стены заходили ходуном, раскачиваясь. — Быстрее! Туда!
Бойцы бросились за Алексеем, который интуитивно чувствовал, в какую сторону надо бежать. Они лавировали в лабиринте стен и коридоров настолько узких, что Жлоб иногда еле протискивался. «Печенег» он сбросил давно за отсутствием боеприпасов, иначе бы уже застрял.
Нарастающий гул, в котором слились звуки рушащейся конструкции, усиливался, подгоняя беглецов. Дышащие на ладан деревянные стены не выдержали. Изрешеченные пулями и расшатанные взрывом, они полопались, обвалились, нижние этажи потянули за собой верхние, и деревянное сооружение начало складываться, как карточный домик, из основания которого вытянули одну карту.
До выхода оставалось чуть-чуть, но их преследовала смерть. Жизнь людей вновь оказалась во власти того, что они создавали. Ирония судьбы на протяжении веков — игра со смертью…
Алексей остановился на финишном перекрёстке и, подгоняя остальных, махал рукой:
— Давай! Давай! Давай! — первым проскочил мимо Зек, за ним Варвар, а следом Гризли, грубо толкнув Юдина. Тот не удержался на ногах и упал. Поднявшись, метнулся было к спасительной двери и комнате за бетонной стеной, но «карточный домик» сложился раньше, похоронив Алексея под тоннами деревянных обломков.
* * *
Игорь оставил Яра и Волкова внизу — заниматься возвратом имущества, благо Семён знал, что и где хранили в этом муравейнике, а сам что есть духу бросился наверх. На нижних этажах пришлось три раза воспользоваться оружием: защитники стекались сверху вниз, чтобы остановить неизвестного врага, который своим пулемётом разрушал их мир. Естественно, что угрозой был и Игорь, и он не питал надежд на понимание жителей Кольчугино, поэтому без зазрения совести стрелял на поражение. Потому что нет друзей в этом мире, и любой человек с оружием опасен. Сейчас задачей было выбраться и прихватить с собой Ольгу с Лидой,
