а как это сделать, Игорь пока не представлял. Хорошо ещё, что отсюда есть запасной выход через крышу, а то шаткая конструкция поселения вызывала очень серьёзные опасения. Ведь дерево не бетон, пули крошили нижние опорные стены, и долго это нагромождение связанных друг с другом хижин не могло простоять.
Третий этаж встретил Игоря длинным полутёмным коридором, в конце которого маячили фигурки людей. Они бежали по направлению к Потёмкину, но связываться сейчас с ними — лишь терять время. Лекарь быстро скользнул на лестницу и скрылся в лабиринте четвёртого этажа. Здесь пришлось помучиться, отыскивая путь наверх, и Игорь тысячу раз проклял ухищрения самобытных инженеров, умудрившихся запихать лестницу на пятый этаж в гущу жилых комнат. Зато оттуда ход вёл прямиком на шестой, где Потёмкин нос к носу столкнулся с Лидой и следовавшей за ней Ольгой. Не успели они обрадоваться друг другу, как прогремел мощный взрыв.
— Да грёбаные идиоты! — выругался он, поднимаясь с пола: деревянную постройку мотнуло с такой силой, что люди не смогли устоять на ногах. — Разве ж кто взрывает в таких хлипких помещениях?
— Что поделать-тоть, — согласилась Лидия, поднимаясь. — Круго́м одни обделённые! Одни мы…
— Как выбрались? — спросил Игорь.
— Да как… доски у них тут хрупкие, — ответила Лида, зарумянившись. — Чуть прыгни — и ты уже этажом пониже.
— Отлично! Пошли, — Потёмкин махнул рукой и кинулся в сторону лестницы, ведущей наверх.
— Стой! Мы только оттуда! Там же этот… Бакин!
— А там, — Игорь остановился и указал вниз, — Гром! Иногда, чтобы выжить, нужно искать опасность, а не бежать от неё.
— Понял, не дурак… не дура, — козырнула женщина, и они с Ольгой последовали за Потёмкиным обратно под крышу цеха.
Наверху творилось невообразимое. Испуганные женщины окружили домик Бакина и стенали о жестокой судьбинушке. Кто-то плакал, кто-то стучал кулаками о деревянные стены жилища главы с требованием прекратить безобразие, кто-то свернулся калачиком и, обхватив коленки, тихо поскуливал… Странно, но от власти люди всегда ждут покровительства. И даже после свинского обращения с ними женщины искали защиты именно у Бакина. А то, пользоваться — пользовался, а как опасность — и знать не знает, прячется в своей деревянной халупе под «куполом»?
Выбежав наверх, лекарь осмотрелся. До крыши цеха оставалось каких-то четыре — пять метров, но их ещё нужно было преодолеть. Должен быть какой-то способ, ведь основное здание строили намного раньше внутренних нагромождений из досок. И точно: по периметру с торца здания, там, где начиналась металлическая силовая ферма, поддерживающая крышу, чуть левее домика Бакина, по стене ползла железная лестница с опоясывающими дугами безопасности. Вот оно!
— Туда, дамы! Скорее! — Игорь подтолкнул женщин в сторону лестницы, а сам с оружием наготове осматривался.
Окружившие жилище Бакина женщины притихли, пока мимо пробегали незнакомцы, одни отшатнулись, другие — наоборот, вышли вперёд, с интересом наблюдая за их действиями. Что-что, а не каждый день настолько богат событиями.
Когда Игорь с женщинами забрались на узкую площадку под крышей, из-за спин столпившихся баб выскочил Гром. Немного шатаясь, он осмотрел огромное помещение и успел заметить закрывающийся люк. Не думая, бросился туда, тоже взбираясь наверх.
Как только дверь за ним затворилась, из-за спин любопытных женщин выбежали Бакин с дочкой, навьюченные тюками. Бабы дружно возмущённо охнули: они поняли, что глава сбега́ет без них.
— Девоньки, гляди-ка! Что это творится?
— А что, не видно? Бакин лыжи навострил!
— Никак, кидает нас, гнида!
— Да что же это? Да как так?
— Он выход знает! — встрепенулась одна. За ней удивлённо зароптали остальные, наконец осознав, что происходит.
— Точно! Айда за ним!
— Ну, где ж это видано, чтобы своих баб бросать? Не, ну, а?
— Девоньки, давай за ним! Там крыша получше будет! А здесь, того и гляди всё из-под ног провалится!
И толпа женщин, сначала медленно, подалась вперёд, к узенькой металлической лесенке. Потом бабы заспешили, понимая, что лестница-то одна, а их много. Они лавиной обрушились бы на стену, если бы Бакин, протаскивающий тюк с вещами через заграждающие планки, не увидел это. Он дёрнул сильнее, тюк, порвавшись в паре мест, проскочил, а глава Кольчугино, столь жалкий в своём страхе, поднял ружьё и выстрелил вверх.
— Стоять! — закричал он не своим голосом. — Следующий выстрел — по вам!
Шедшие впереди резко затормозили, как будто споткнулись, а задние продолжали давить. Толпа забуксовала, смешалась. Исковерканные за много лет своим «царём и богом» существа, потерявшие души, застыли в ужасе, когда их хозяин направил на них оружие. Стихийное собрание загудело, заголосило, словно рассерженный улей, и стало медленно надвигаться.
— Стоять, кому говорю! — испуганный Бакин понял, что на грани смерти людьми не покомандуешь. Они скидывают оковы, а желание жить — превыше всего.
Он бросил помповое ружьё: сейчас главное — руки и возможность быстро забраться наверх. Страх при виде сотни разъярённых женщин обуял его. Такие могут и порвать.
Но и тут на помощь пришла удача: вот неизвестно, почему она так любит всяких мразей и подлецов?
Дерево под ногами женщин издало протяжный стон, конвульсия волной прокатилась от края до края сооружения. Многие из баб попадали на пол. И вдруг всё, начиная от середины построек, обрушилось. Треск дерева, скрежет металла, крики женщин смешались в ужасающем грохоте. Бакин побледнел и, не в силах вынести зрелища, творившегося внутри здания ада, полез наверх. Через несколько секунд пыль взметнулась, скрывая ужас, творящийся внизу. Глава, задыхаясь, бросил тюк вниз, закрыл рукавом нос и поспешил из здания.
Выбежав, Игорь в первую очередь отыскал взглядом ту балку, о которой говорил Семён. Она крепилась на краю крыши со стороны города. Металлические щиты по центру крыши, которые когда-то разъезжались и через которые выносилось оборудование, заржавели. И жители приспособили балку в качестве удерживающей металлический трос опоры. На тросе, заклиненной, висела люлька — так, видимо, на крышу поднимались когда-то доски для строительства. Игорь осмотрел механизм люльки и удовлетворённо хмыкнул: заставить её спуститься по тросу ничего не стоило — механизм простой, хоть и полностью проржавевший, а крючкообразный стопор от пары хороших ударов сдвинется с места.
— Отлично! Заходите! — пригласил лекарь девушек.
— Туда-ть? — изумлённо и испуганно спросила Лида, оценивая взглядом расстояние до земли.
— Другого варианта нет, — подтвердил Игорь. Пригорок с домами манил, но одновременно был так далеко. — Всё будет здорово, я уверен! Да
