Конор сел на планшир судна и отстегнул ремни планера. Особых повреждений вроде нет, но завтра утром он проверит каждую секцию, каждую нервюру. Даже малейший разрыв в ткани крыла может привести к тому, что он упадет с неба, словно подстреленный голубь.
Один из мешочков с алмазами с клацаньем упал на землю. Конору этот звук показался громче выстрела. Он присел на корточки в тени ялика, нашел мешочек и прижал его к груди, словно младенца, скользя взглядом по стене, но не увидел ничего, кроме мерцания огней.
«Будь осторожен, летчик. Одна ошибка — и ты снова окажешься на пароме, увозящем тебя на Малый Соленый».
Он сунул мешочки под кормовую скамью и осторожно положил сложенный планер на палубу. Потом произошло нечто заставившее его улыбнуться. Он встал и поднял руку, чтобы почувствовать движение воздуха.
«Ветер изменился. Я могу плыть прямо в Килмор».
Он стащил ялик к береговой линии.
«Спокойная вода и попутный ветер. Добрые предзнаменования».
Почувствовав, что вода поднимает ялик, Конор вспрыгнул на борт. Палуба содрогнулась под его весом. Одной рукой он развязывал парус, потряхивая его, чтобы отцепить от мачты, другой сжимал румпель, по широкой дуге огибая западный берег Малого Соленого.
«Через час буду дома, — подумал он. — Может, Линус что-нибудь сыграет. Музыка — бальзам для души».
Парус поймал ветер, и маленький ялик понесся по волнам.
«Хорошее судно. Быстро домчит».
Он плыл к своему новому дому, заставляя себя не оглядываться. Позади нет ничего, кроме страданий.
С высоты холма Артур Биллтоу следил за отплытием странного летчика. И хотя острые камни впивались ему в живот, он даже не шевельнулся, пока человек, бывший, по его убеждению, дьяволом, полностью не исчез за изгибом береговой линии Малого Соленого.
Пайку не хватало сосредоточенности, чтобы соблюдать такую осторожность, поэтому он облегчился и, сталкивая камни в прибой, начал спускаться к желобу, прорезанному в глинистой поверхности килем ялика. Вскоре Биллтоу присоединился к нему.
— Не понимаю, почему это место называется мост Себбер, — пробормотал Пайк. — Это же не мост, правда? Просто каменная коса, нанесенная течением.
— Когда-то здесь был мост, тысячи лет назад, — заметно нервничая, ответил Биллтоу. — А потом море смыло его. Он тянулся отсюда до Малого Соленого, а потом переходил в мост Патрика на материке.
— Этот летчик вроде как лишил тебя мужества, а, Артур? — сказал Пайк, меняя тему разговора.
— Он приставил меч к моему горлу. Отвратительный, огромный меч, не чета вашим фехтовальным бабским иголкам. Им он мог снести верхушку дуба.
— И все же он человек, Артур. Ты сам видел. Эти его крылья типа воздушного змея, вот и все.
— «Вот и все!» — взорвался Биллтоу. — Ты полный идиот! Не понимаешь, свидетелями чего мы только что были?
— Идиот? Ты назвал меня идиотом, Артур? — обиженно воскликнул Пайк. — Разве не я избавил тебя от дьявола? Теперь ты снова можешь спать спокойно. Идиот… Это, знаешь ли, немного чересчур.
— Ничего не чересчур! — Биллтоу уже позабыл свои страхи. — У этого человека есть летательное устройство. Ты хоть представляешь, сколько «Убойные бараны» заплатят за него? Попади оно им в руки, они смогут прямо с неба падать в любой порт, в какой пожелают, и плевать им на таможню. Такое устройство может навсегда изменить контрабанду.
Пайк прочистил горло.
— Так уж получилось, что я знаком с несколькими джентльменами, возможно, связанными с «Убойными баранами». Возможно.
Биллтоу приложил ладонь ко рту Пайка, как будто вышеупомянутые джентльмены могли его услышать.
— Нет. Нет. Мы не будем связываться с «баранами»* пока эти крылья не окажутся у нас под замком. Ты же знаешь, какие они вероломные. Заберут крылья себе, а нас скормят акулам. В этой сделке нам нужны все козыри на руках.
Пайк сбросил руку Биллтоу, от которой несло потом и чем-то еще более гадким. Было ясно — больше они не друзья. Самое обычное дело для Артура Биллтоу. Значит, Пайк снова всего лишь лакей, которого можно оскорблять.
— Как скажешь, Артур.
— Какой еще…
— Понимаю, понимаю, мистер Биллтоу.
Пайк повернулся к морю и бросил камень вдоль его поверхности.
«Типично для Артура Биллтоу. Я избавил его от дьявола, а он забыл об этом, чуть запахло деньгами. Я-то думал, что теперь так и будет: Пайки и Артур. Как же я ошибался!»
Бросание камней успокоило его; каждый раз, когда камень прыгал по воде, это напоминало детство. Он замахнулся для очередного броска, но Биллтоу внезапно схватил его за руку и вырвал из пальцев камень.
— Где ты его взял? — спросил он, и щеки у него заалели.
Пайк подумал, что, может, это один из тех вопросов, которые на самом деле не требуют ответа, и если он ответит, то будет выглядеть глупо.
— Это просто камень, Артур… мистер Биллтоу. И я просто подобрал его…
Биллтоу рухнул на колени и принялся скрести глину, пока не нашел еще штук шесть так заинтересовавших его камней. Он держал их в сложенной чашечкой ладони так бережно, словно бродяга, боящийся лишиться яйца на завтрак.
— Артур, ты что, заболел? Хочешь, я наберу тебе еще камней? А вон там, дальше, лежит славный кусочек дерева.
Биллтоу был слишком счастлив, чтобы злиться.
— Это не просто камни, Пайки. Это необработанные алмазы. Вот зачем наш летчик останавливается на Малом Соленом. Он занимается контрабандой алмазов.
Он встряхнул сложенные лодочкой руки, бряцая алмазами, словно колдун костями.
— Хочешь предсказать нам будущее? — пошутил Пайк.
Неприкрытая жадность во взгляде Биллтоу заставляла его нервничать.
— Мне известно будущее, — ответил Биллтоу. — Мы подберем несколько крепких парней, устроим засаду этому летчику, продадим его крылья и украдем его алмазы.
— А с ним что будет? Отпустим на свободу, надо полагать.
Биллтоу добродушно ткнул Пайка локтем в бок.
— Славный малый Пайки. Отпустим его на свободу, как же! Нет, мы убьем его, разрежем на мелкие кусочки и сожжем их. С точки зрения всего остального мира этого летчика никогда не существовало.
Пайк с трудом сглотнул. Все эти разговоры об убийствах заставляли его нервничать. Он решил никогда в жизни не изобретать ничего полезного, а не то Биллтоу может расправиться и с ним.
ГЛАВА 15
Дома
Было на удивление тихо, когда Конор вплывал между скалами в пролив Соленых островов. Скалы большую часть времени покрывала вода, но иногда ее уровень опускался так низко, что их плоские вершины обнажались. Когда однажды вечером в пятилетнем возрасте Конор плыл с отцом на патрульном судне и впервые увидел эти искривленные, продолговатые образования, он посчитал, что это крокодилы, и не успокоился, пока Деклан не согласился сделать предупредительный выстрел. Без сомнения, грохот выстрела возымел эффект, и оба крокодила скрылись под водой.
