– У тебя не было такой возможности. Пока не было. Это могло бы принести им еще большие страдания потом.
Это правда. Если им никогда не удастся отыскать девочек, неоправдавшиеся надежды только усилят страдания. Автомобиль мчался по дороге, Отем смотрела в окно. Они объехали медленно ползущий в гору грузовик и встроились в неплотное дорожное движение. Посмотрев в зеркало, Бен встретил ее взгляд.
– Как она выглядит?… Я говорю о Молли. Сейчас, когда она так выросла.
У Отем заболело сердце. Она понимала, как тяжело все происходящее для Бена. Проходить заново через все эти поиски и страшные мысли о том, что он может никогда не найти свою дочь.
– Ну, теперь ей двенадцать, она больше не маленькая девочка, поэтому выглядит повзрослевшей.
– Еще не двенадцать, – поправил Бен. – У нее день рождения первого августа.
– Да, верно, я забыла. – Отем прикрыла глаза и попыталась представить себе образ девочки, которую столько раз видела во сне. – Она по-прежнему очень похожа на Кэти. У нее более пухлые губы и более высокие скулы. Она вот-вот станет тинейджером, потеряет черты маленького ребенка. Но я думаю, ты сразу узнаешь в ней свою дочь. У тебя не будет никаких сомнений.
– Господи, как я хочу вернуть ее домой! – Бен нервно сглотнул.
– Мы приближаемся к этому, Бен. Подходим все ближе и ближе.
Но, как и раньше, они все еще не знали, где именно искать Молли. И хорошо это понимали.
Глава 24
Отем в огромной кровати Бена. Это оказалось потрясающе: мягкий удобный матрас, дорогие хлопковые простыни – нежные, как шелк. И хотя места было предостаточно, Отем и Бен спали на одной стороне кровати. Он прижимался к Отем мускулистым телом, его покрытые волосами ноги лежали на ее ногах. Почувствовав слабый запах одеколона и мужчины, Отем повернула к нему голову и глубже зарылась в подушку.
Она не понимала, как ему удалось уговорить ее поехать к нему домой, когда они вернулись из Сэндпойнта. Но она была здесь, насытившаяся любовью, разморенная и еще не проснувшаяся окончательно. Отем знала, что ей не следовало тут оставаться. Это попросту глупо – входить в близкие отношения с таким мужчиной, как Бен. Он – богатый плейбой, привлекающий к себе самых роскошных женщин. Однако сейчас она ему нужна, только с ней он может отыскать свою дочь. В настоящее время их жизни переплелись, но потом, так или иначе, это закончится. Отем говорила себе, что, когда это произойдет, она справится. Она сильная и выживет. Как всегда.
Отем слушала ритмичное дыхание Бена, и постепенно, точно в трансе, ее веки отяжелели. И в середине ночи ей приснился сон.
Там, во сне, она сдвинула брови, потому что перед ней разворачивались картины, которые она не видела ранее. Изменился даже дом, хотя Отем по-прежнему видела горы, расположенные где-то рядом. Она была в гостиной, где стоял мягкий диван и кресло с покрывалами в коричневых цветах, украшенными бахромой. На стене висела вышивка гладью. В углу виднелся большой старинный гардероб. Через распахнутую дверь Отем смотрела на столовую. Старинный обеденный стол накрыт белой вязаной скатертью с каймой. Вокруг – шесть стульев.
До Отем стали доноситься голоса, хотя слов она разобрать не могла. Наверху, шумно царапая пол, двигали мебель. О стену швырнули светильник. И вдруг раздался женский крик – пронзительный и испуганный, почти истеричный. Крик не смолкал, становясь все отчаяннее и громче. Отем мороз продрал по коже.
Каким-то образом она вдруг очутилась в спальне наверху. Двое мужчин в лыжных масках стояли возле кровати, на которой распростерлась дрожащая от ужаса молодая женщина. Она была ранена и держалась за грудь. Алая кровь струилась по пальцам, стекая на простыни. Отем заметила красные капли на лезвии огромного мясницкого ножа, который сжимал в руках один из мужчин.
Она металась по матрасу, пытаясь подавить собственный крик, думая о Молли, боясь узнать ее в девушке на кровати, боясь увидеть, что напали на нее. Но затем она разглядела лицо. И светлые волосы. И темные глаза.
Это не Молли. Не Молли. И ни одна из женщин из того, другого, дома. Отем хотелось плакать от облегчения. Она почувствовала, как слезы вытекают из уголков ее глаз, однако она все еще находилась в спальне раненой женщины и нападающих на нее мужчин и не проснулась. Человек с ножом сделал шаг к кровати, и девушка испустила еще один пронзительный крик. Он бросился к ней, вонзая нож в ее грудь и с силой ведя его вверх. И все затихло.
Нет!.. Отем заскулила от ужаса, глядя, как мужчины отходят от кровати. Она видела молодую женщину лет двадцати в короткой голубой ночной рубашке. Широко распахнутые глаза невидяще уставились в потолок, рот раскрыт в последнем беззвучном крике. Отем изогнулась на кровати, мотая головой из стороны в сторону, пытаясь вырваться из сна.
– Нет… Нет…
Ее сердце оглушительно колотилось, тело покрылось холодным потом. Мужчины повернулись и направились к двери. Отем не могла разглядеть их лица, но в обнажающих их губы дырах она заметила, что они улыбаются. Она открыла глаза и закричала.
– Отем! Отем, проснись, ради бога! – Бен схватил ее за плечи и стал грубо трясти. – Отем, это просто сон! И больше ничего! Это просто еще один сон!
Повернувшись к Бену, она уставилась на него непонимающими, полными слез глазами и внезапно бросилась ему на шею:
– Господи, Бен, господи, господи, господи!
У него стиснуло грудь. Руки задрожали. Он не хотел знать, что она видела.
– Это была… это была Молли? Что… что-то случилось с Молли?
– Нет-нет, не с Молли. – Отем торопливо затрясла головой. – О господи, Бен, они ее убили! Я это видела. Я видела, как они убили ее мясницким ножом.
– Успокойся. – Он глубоко вдохнул, стараясь держать себя в руках. – Ты сказала, что это была не Молли. Если это была не она, то кто? Кого убили?
– Не знаю. Я никогда ее раньше не видела.
– Это тот блондин ее убил?
– Я не могу сказать. Их было двое, и они были в лыжных масках. Они были… они были в другом доме, не в том, где живет Молли… а где-то еще.
– Ладно, успокойся, пожалуйста. – Ему бы и самому не мешало успокоиться. – Сделай глубокий вдох и медленно выдохни.
Отем повиновалась.
– Ну что, лучше?
Она согласно кивнула.
– Хорошо. А теперь расскажи, что именно произошло в твоем сне.
Бен хотел бы записать рассказ на диктофон, но он остался на тумбочке в квартире Отем.
– Они ударили ее ножом. – Отем сжала губы и закрыла глаза. Но из-под ресниц показались слезы. – Думаю, что дважды. – Она посмотрела на Бена, и слезы заструились по щекам. – Они… они улыбались, Бен. Они убили ее, и бросили там, и улыбались.
