ему все равно.
Подошел к нему совсем близко. Смердит грязью, потом, но не никаких эмоций. Человек вызвал во мне еще большее отвращение. Провел ему когтями одной руки от плеча до груди, оставляя неглубокий кровавый след. Он заорал от боли, но не больше. Приказал ему рассказывать. Ни слова. Ярость и злость проснулись во мне с новой силой. Давно я их не испытывал. Теперь мне будет сложно остановиться, да и не хочу я этого. Снова и снова проводя по телу человека, наслаждался его криками боли и ждал, когда он заговорит.
— Кайсар! — крик боли в голосе той, что должен оберегать остановил меня, и я обернулся к Саше.
Глава 71
Проснулась от ужасной боли в груди, ее словно рвали на части. Поднялась, опираясь на руки, теперь боль пронзила спину. Села на колени и осмотрелась. Одна в шатре, сквозь не плотно закрытый полог видно, что сейчас ночь. Рядом со мной светящаяся шкатулка с кристаллом на минимум, так как я люблю оставлять на ночь. Тайгира рядом нет. Вспомнила, как потеряла сознание. Стало обидно, что сейчас одна. Боль в груди усилилась. Посмотрела на нее и увидела два продольных следа от ногтей. Меня накрывала какая-то непонятная слабость, перед глазами все начало расплываться. Вот только в этот раз понимала, что еще немного и я умру.
Накинула верхнее платье, шипя от боли. Топ просто не смогла. Вышла босая из шатра и направилась к краю кахавота. Спину сверлили два недовольных взгляда. Пыталась бежать, но ноги заплетались и получалось плохо.
На том месте, где стоял паланкин, сейчас, недалеко друг от друга, стояли две повозки. К одной привязана темная эльфийка, и ее спина исполосована тонкими красными линиями, а у другой стоял Кайсар в истинном обличии. Тайгир сделал взмах рукой и боль в груди усилилась в разы.
— Кайсар! — крикнула из последних сил и окончательно обессиленная упала на колени.
Смотрела на землю перед собой не в силах поднять голову, сердце билось так сильно, что слышала стук в ушах. Сидела неподвижно и прижимала к груди руку, чувствовала, как ткань платья пропитывается кровью. Среди ярких пятен перед глазами разглядела носки кожаных сапог. Горячие пальцы коснулись моего подбородка, поднимая голову вверх.
— Если ты сейчас скажешь, что я должен оставить в живых этого, хм. — Тайгир рычал, но запнулся, подбирая слово.
Он стоял передо мной, пряча правую руку за спиной. Я пыталась разглядеть его лицо и теперь не знала, как сказать, что именно за этим я здесь. Отняла от груди руку и показала ее Тайгиру. Он изменился в лице и опустился на корточки.
— Откуда⁈ — быстрый взгляд мне за спину, возможно на мою охрану. Аккуратно открыл края платья. — Ты знаешь, что происходит? — уже тихо спросил он.
— Я не успела разорвать связь. Мне нужно снова коснуться его. — попросила шепотом.
Кайсар очень долго думал, принимая свое решение.
— Тай, мой Кайсар, прошу тебя. Я уже все равно умираю. Дай мне шанс. — на слезы жалости к себе сил не было.
Тайгир обреченно вздохнул. Поднял меня за локти, стараясь не касаться спины и подвел к мужчине, привязанному к повозке. Грудь того вся исполосована, голова повисла, дыхание было хриплое и очень прерывистое. Не обращая внимание на кровь, положила одну ладонь на лоб, а другую на затылок.
— Покажи мне все!
Закрыла глаза и погрузилась в жизнь мужчины. Картинки мелькали так быстро, словно переключали каналы, старалась ни на чем не останавливаться. Мне нужен был конкретный момент.
Мужчина стоял у эльфийских лошадей, рядом с кахавотом. К нему из темноты подошел кто-то в закутанный в черный плащ, голубым блеснули глаза из-под низко надвинутого капюшона.
— Вот это дашь человеческому магу. — голос мужской, но какой-то высокий. Говорил пришедший на эльфийском, но слова получались не совсем правильные, будто старинный французский. Он протягивал знакомый флакончик.
Отняла руки, разрывая связь. Мужчина издал тихий вздох облегчения и почти неслышное: «наконец свобода».
Я повернулась к Тайгиру, уткнувшись в грудь носом и зарыдала. Чувствовала, как разлилась волна облегчения по телу, как заживали раны на груди. Тайгир гладил меня по голове, но это не помогало. Чувствовала себя виноватой в смерти этого человека.
Алерн Хонтус, вызванный Тайгиром, уже напоил меня успокаивающим отваром, провел разъяснительную беседу. Что тот человек сегодня все равно бы умер, я совершенно ничего не могла с этим сделать. И очень хорошо, что я успела увидеть, что он в подчинении другого мага. На то, что я сама этого не поняла, эльф только отмахнулся. Лекарь велел мне отмываться, кушать и отдыхать.
Теперь отмытая, несколько довольная. Кажется, что-то в этих травах намешано. Лежала на животе, опираясь на локти и ела смиш из тарелочки, поставленной передо мной, люблю я все же этот розовый виноград.
— Завтра заживет полностью. — сказал он, убирая прилипшие сырые волосы с моей спины. Я слышала в его голосе сожаление.
— Ты, Кайсар, тебе нельзя жалеть о своих поступках. — ответила, отправляя очередную ягоду в рот. Тем более, что спина почти не болела, особенно, если ее не трогать. А облегчение от того, что я жива было настолько сильным, что и эта боль не замечалась.
— Знаешь, о чем я жалею? — аккуратный, почти невесомый поцелуй в плечо.
— Нет. Но хотелось бы узнать. — еще одна ягода в рот, сказано есть, значит буду есть.
— О том, что ты настолько своевольна и упряма, что творишь непонятно что, даже при мне. — еще один поцелуй.
— То есть, ты жалеешь о том, что долго и упорно вытаскивал меня из моей лично скорлупки? Не-а, жалобы не принимаются. Сам старался, сам страдай. — очередная ягода чуть не встала поперек горла, по попе прилетел увесистый шлепок. — Ты обалдел? У меня и так спина болит.
— Я тут подумал, как тебя перевоспитывать. — смешок и на горящее место опустилась не менее горячая ладонь, даря волну прохлады. — Ты же хочешь детей?
Поднесенная ко рту ягода так и осталась не съеденной.
— Не поняла. Это как взаимосвязано? — попыталась обернуться к Тайгиру, но меня тут же вернули обратно.
— Ты подаришь мне детей только тогда, когда научишься вести себя, как взрослая. — снова поцелуй в плечо.
— Аргумент против хочешь? — придумал он, не предохраняемся, а тут жди, пока я
