повзрослею.
«Угу», промычал Тайгир занятый очередным поцелуем. Все же, он жалеет, что моя спина выглядит сейчас именно так, хоть и не признается.
— Тогда у нас с тобой будет воздержание до тех пор, пока я не повзрослею. Ну, чтоб случайности не случилось. И только попробуй пойти на сторону.
Над моей головой раздался хохот, такой сильный, что я вздрогнула от неожиданности.
— Белинда. — растягивая звуки произнес Тай, и упал рядом со мной на матрас. — Давай спать, рано утром выдвигаемся дальше.
Глава 72
Сегодня я ехала на гаале, дулась и сопела. В этот раз рогатый конь был не причем, а вот рогатый мужик даже очень.
Рано утром, еще затемно, меня разбудил Тайгир. Вместо того, чтобы накормить, умыть, мне провели воспитательную беседу. С этого дня, я от Кайсара ни на шаг — раз, два — говорю ему обо всем, что собираюсь делать, а также о возможных последствиях моих действий. Так как он понимал, что на новом месте мы не сможем быть все время рядом то, я буду отчитываться ему на весь срок его отсутствия и по возвращению о том, что было. В общем, меня взяли под тотальный контроль. Еще и поощрение назначил: веду себя хорошо — получаю фрукты, плохо — вода и каша. Шантажист.
До самого полудня я пыхтела и сопела. Остановок сегодня не было, поедала чипсины — озцу, сидя на спине гаала и обижалась. Правда, больше для вида. Утром Люба и Вера, одевавшие меня, сообщили, что у меня на спине даже следов не осталось. Одев меня в новенькие шаровары и верхнее платье, отправили в дорогу, по пути до гаала сетуя, что без меня будет неинтересно в повозке. Я бы уже и рада ехать с ними, но тут кто-то взялся за мое воспитание. Занять себя чем-то не получалось, однообразный вид на почти вертикальный склон горы угнетал, не радовали облака, появившиеся на небе, которые то и дело закрывали солнце. Придя окончательно к выводу, что я не предназначена для кочевой жизни, вспомнила, о том, что у меня еще много чего надо передумать о будущем Кайсарата.
Для начала вспомнила о том, что у нас уже есть два закона, и не мешало бы их официально записать. Правда тут была проблема. Тай не умеет ставить даже подпись. Так что, для самого начала надо научить его писать. А потом завертелось. Хоровод мыслей был таким быстрым и увлекательным, что я пропустила момент, когда справой стороны от меня, там, где ехал Тайгир, изменился пейзаж.
Мы двигались по дну широкого каменистого каньона. По обе стороны от нас высокие стены, будто сточенных лезвием гор. На черных камнях под ногами гаалов повсюду мелкие деревца и кустики. Как же я соскучилась по зелени. Сейчас я была рада даже такой скудненькой, неказистой.
Если гаалы шли по большим камням уверенно и ровно, то повозки двигались с трудом, скрипом и грохотом.
— Тайгир, мы здесь точно пройдем?
— Ты перестала мне доверять? — с улыбкой спросил он, вздернув бровь.
Доверять я, конечно же, ему не перестала, просто меня очень напрягали звуки от тележек, разносившиеся эхом по каньону. От этого они казались еще громче.
Мелкий ручей под ногами гаала меня заинтересовал. Чистая, прозрачная вода быстрым потоком с журчанием текла нам на встречу.
— Только не говори мне, что вот этот ручеек — это одна из рек, что я показывала тебе на карте.
Тайгир и не сказал, просто кивнул. А там, куда мы направлялись, тоже будет только вот это? Хотела спросить я, но увидела впереди водопад. Никогда не видела водопадов. Вода с большой высоты падала вниз, ударяясь о выступы горы, словно спускаясь по ступеням. В лучах солнца брызги переливались и сверкали, а у самого низа мерцала радуга.
Мы прошли мимо водопада и остановились в широком месте каньона. Впереди был еще один водопад, но уже с другой стороны. Шум от них двоих перекрывал почти все звуки от хавота, даже грохот от телег был не таких ярким.
Стоянка была организована ближе к закату, назвать ее кахавотом язык не поворачивался. Здесь не было палаток, шатров или навесов. Все телеги и фургончики подняли на какие-то конструкции. Рассмотреть их и разобраться в устройстве у меня не получилось. Что-то белое и плетеное, похожее на декоративный заборчик. Женщины почти не выходили из фургончиков. А раахи стали забираться на плоские крыши повозок с провизией или их личные. Боялась, что теперь тонкие конструкции опор теперь точно не выдержат, но раахи делали все так уверенно и отточено, что я успокоилась.
— Где ты хочешь провести ночь? В фургоне с женщинами или со мной?
— Не боишься, что я за ночь, что-нибудь придумаю? — скрестив руки на груди спросила в ответ.
Тайгир шагнул ко мне, прижимая к себе. Почувствовав его тепло, поняла, что замерзла. В каньоне значительно прохладнее, чем в пустыне.
— Пойдем, упрямая женщина.
Он взял меня за руку и повел к тому водопаду, который был впереди. Этот казался мощнее прошлого, вода падала по отвесной стене, совершенно не встречая преград. В том месте, где вода касалась дна каньона было небольшое озеро, от которого поднимался пар. Прикоснулась кончиками пальцев к воде — теплая. Тайгир завел меня за водопад. Оказалось, что между водопадом и стеной есть место. В нескольких местах по стене спускались еще маленькие потоки, но они были уже не такими мощными. Тай начал раздеваться. Я смотрела на него, как на сумасшедшего. А если кто-то придет?
— Пока мы тут, никто не придет. — снова поняв меня без слов сказал он. — Я думал, что ты хочешь помыться после дня дороги.
Неуверенно разделась, сложив свои вещи на более-менее сухом месте. Тайгир тут же схватил меня в охапку и затянул под одну из мелких струй. Именно сейчас мне стало казаться, что мы одни. Шум водопада и его плотный поток отрезали нас от всего хавота. Уголок уединения, мнимая свобода от всех.
Глава 73
— Тай, а исса значит истинная? — наконец спросила то, что очень давно собиралась, но никак не решалась узнать, запуская пальцы ему в волосы.
— Что значит бедуин? — вздернув бровь спросил в ответ он, прижимая еще сильнее к себе, почти отрывая от земли.
— Вот дался он тебе. Ты мне скажешь, я права или нет?
