пока их путь не разойдется с нашим.
Он поморщился, и не в первый раз, но не сбавил шага и не пожаловался. Что бы ни привело Шанадара сюда, в мир Ю'унг, это стоило ему физических страданий. Боль, пронзавшая его ступни или ноги — а может, бедра, — не была вызвана какой-либо недавней травмой, которую она могла бы видеть, а значит, это было хроническое состояние, с которым он научился жить, как Старейший со своими многочисленными недугами. Однако это не означало, что с ними нельзя было справиться, чтобы дать ему облегчение вместо постоянной боли.
— Шанадар. У тебя есть недуги — старые, может быть? — которые ты не лечил, возможно, из-за своего стремления помочь мне и моему Народу. Теперь ты здесь. Я целительница. Я могу вылечить то, что тебя мучает.
Он улыбнулся, его тон был усталым, но бодрым.
— Будет время позже, когда мы будем в пути. Я буду рад.
— Когда доберемся до моего лагеря.
— Может, и так, но беда, в которой ты, ждать не может. А мои недуги — могут.
Шанадар рванул вперед, мощно и быстро, словно подгоняемый событиями, а значит, и Ю'унг тоже, вытягивая шаг на полную длину и помогая себе руками, чтобы не отстать. Поддерживать такой темп было испытанием для ее измученного тела, но это не имело значения. Шанадар дал ей понять, что время вышло.
Когда они наконец приблизились к лагерю, Шанадар заговорил со Стаей Канис пыхтением и рычанием. Они разделились, слились с местностью по обе стороны от племени Народа, и Шанадар присоединился к Ю'унг.
— Дай своему племени знать, что мы должны уходить немедленно, — сказал он. — Мы со Стаей Канис будем их проводниками. Тебе же нужно в другое место.
— Я их не оставлю.
— Ю'унг. Выслушай меня. Ты должна убедить их довериться мне, хоть они меня и не знают, а ты — лишь через Ксосу. Я не подведу ни тебя, ни их. Когда мы войдем в лагерь, ты должна быть Альфой, главной, принимающей трудные решения, которые племя не всегда понимает или одобряет. Но они должны следовать твоим словам.
Б'о увидел ее и с облегчением бросился ей навстречу. Старейший спешил следом, с легкой улыбкой на губах.
Для него Шанадар не стал неожиданностью.
Эсе стояла поодаль, ее взгляд был прикован к долговязой, растрепанной фигуре Шанадара.
Ю'унг хмыкнула.
— Хорошо. Каков план?
— Все, что ты знала, изменилось. Водопои стали непригодны для питья. Скоро на землю обрушится засуха. Леса поредеют. Стада покинут свои исконные пастбища.
Ю'унг поймала взгляд Старейшего.
— Старейшина, Старейший, знает место, куда мы можем пойти, родину, где жили отцы его отцов, и есть еще место по пути, куда идут Высокие с Крииной, моей матерью, — оно зовется морем без берегов.
— Ксоса послала меня, чтобы убедиться, что вы доберетесь до моря без берегов. Затем вы либо продолжите путь на бывшую родину Старейшего, на новую стоянку, либо пойдете с Высокими. Я и Стая Канис будем с вами столько, сколько понадобится. Мы — ваша стая.
Что-то в Шанадаре казалось правильным, может, из-за связи с Ксосой, или потому, что он оказался рядом именно тогда, когда ее жизнь висела на волоске. Какой бы ни была причина, она хотела — нуждалась — в его помощи.
— Шанадар. Я так многого не знаю!
Шанадар смерил ее суровым взглядом.
— Ксоса выбрала тебя, чтобы спасти твой род, твой и мой. Подумай, что ты сделала сегодня. Ты проигнорировала опасность, чтобы поговорить с матерью. Ты дважды отбилась от хищников и разработала новый план, потому что старый провалился.
— Ты видел? — прошептала Ю'унг.
— Я думал, что ищу тощего, маленького, отчаявшегося юнца, а не уверенное, умное создание, что спаслось из-под обвала и одолело стаю гиен. Я нашел тебя цепляющейся за осыпающийся утес, оседлавшей бревно, без пути наверх или вниз, пока гиены пускали слюни в предвкушении твоей гибели. Даже тогда ты была занята тем, что придумывала, как выжить. Это и убедило меня, что ты та, за кем послала меня Ксоса, что она права.
— На твои плечи ложится многое, но ты не одна. У тебя есть твое племя и твоя новая стая. Тебе понадобятся все мы, потому что легкие времена позади. Теперь нам предстоит испытание.
Дух Ю'унг воспрял не потому, что она хотела ему верить, а потому, что верила.
Шанадар извлек из сумы другую кость.
— Каждая метка на этом древке обозначает день пути, что потребовался, чтобы добраться до тебя.
Ю'унг уставилась на зарубки и вздохнула.
— Путешествие будет долгим.
— Пойдем. Твое племя ждет, чтобы отправиться в путь.
Вопросы, которые вы задаете
Была ли жизнь неандертальцев скучной?
Что ж, они действительно тратили массу времени на поиски пищи, приготовление еды, изготовление орудий, шитье одежды и кочевья (занятия, которые некоторые сочли бы «скучными»), хотя использование огня (для тепла, защиты и освещения в темноте) и изобретение таких приспособлений, как вареный клей и одежда, облегчали жизнь, позволяя древнему человеку задаваться вопросом, почему происходят те или иные события, а затем принимать решения на основе размышлений, а не инстинктов. Артефакты подтверждают идею о том, что неандертальцы открыли для себя красоту искусства и музыки и, возможно, приписывали события в своей жизни чему-то большему, чем они сами. Такие интеллектуальные достижения делали повседневное существование каким угодно, но только не скучным.
Как выглядели неандертальцы?
Судя по останкам скелетов, неандертальцы были ростом с современных невысоких мужчин, с крепкими костями, широкой грудной клеткой, покатым лбом, довольно прогнатическим большим носом, размером мозга, умеренно превышающим наш, но черепом меньше спереди и больше сзади. Их волосы, вероятно, были прямыми и темными, с определенным процентом рыжих.
Как вы понимаете, цвет кожи не сохраняется на протяжении десятков тысяч лет, поэтому ученые расходятся во мнениях, были ли неандертальцы белыми, смуглыми или черными. Будучи коренными жителями Евразии, они поглощали солнечный свет так же, как и наш вид в регионах с меньшим количеством солнца. Предположение, основанное на этом и других причинах, заключается в том, что они были светлокожими.
Примечание: клеточная мтДНК предоставляет данные о видах, уходящие в прошлое на 100 000 лет. Мы знаем о наших неандертальских предках больше, чем многие думают.
В этой истории неандертальцы — не глупые пещерные жители.
Образ умственно отсталых гоминид, которые таскали дубинки на ссутулившихся плечах, давно опровергнут доказательствами. Неандертальцы варили
