— Конечно, ты была при смерти, — саркастически согласился он, затем наклонил голову. — Тс-с.
Я замолчала, но понятия не имела, почему.
— Черт, ты слышишь это? — прошептал он.
— Что?
— Тс-с… прислушайся.
Он перестал идти, и тогда мы услышали мяуканье кошки.
Я посмотрела на деревья перед нами, ничего не говоря, а Чарли, подняв голову, произнес: — О нет, малыш.
Я проследила за его взглядом, и о боже, крошечный серый котёнок сидел высоко на ветке.
Очень высокой ветке.
— О нет, — сказала я, поскольку комочек шерсти продолжал мяукать. Я соскользнула со спины Чарли. — Как он спустится?
Не знаю, чего я ожидала от Чарли, но, не говоря ни слова, он начал карабкаться на дерево. К счастью, ствол был старый и покрыт сучками, что помогло ему зацепиться, но кот забрался очень высоко, а Чарли явно потерял рассудок.
— Чарли, — нервно произнесла я. — Ты не сможешь забраться так высоко.
— Конечно, смогу, — ворковал он, используя успокаивающий голос, чтобы не напугать котёнка. — Осталось совсем чуть-чуть.
Я прищурилась от солнца, пока он продолжал карабкаться всё выше.
— Я иду, малыш, так что ты подожди меня, ладно? — сказал он, забираясь ещё выше. — Я спущу тебя вниз, закутаю в тёплое одеяло и накормлю, хорошо?
Котёнок не переставал мяукать, а я продолжала слушать в недоверии, как Чарли разговаривает с этим котиком самым нежным голосом. Его низкое, хрипловатое воркование словно колыбельная успокаивало меня, даже когда он безрассудно забирался всё выше на это высокое дерево.
— Я знаю, приятель, — сказал он, и моё сердце растаяло словно воск, когда я наблюдала, как всё внимание Чарли сосредоточилось на благополучии этого маленького котёнка. — Страшновато тут, да? Но я тебя достану, не волнуйся.
Моё сердце ушло в пятки, когда я наблюдала, как он карабкался всё выше и выше.
— Будь осторожен, Чарли.
— Я осторожен, — сказал он тем же успокаивающим голосом, которым говорил с котёнком. — Я почти на месте.
Как я вообще могла считать его придурком? Чарли Сэмпсон обладал самой мягкой, самой доброй душой, несмотря на то, что она была окружена горьким цинизмом, и я испытала странное чувство гордости, наблюдая, как он приближался к котёнку.
Потому что сколько людей в такой ситуации просто начали бы взбираться?
Добравшись до ветки под котёнком, он продолжил разговор с ещё большей интенсивностью. — Сейчас я тебя схвачу, и тебе нужно постараться слишком сильно не пугаться, хорошо? Если слегка поцарапаешь — ничего страшного, но, пожалуйста, не прыгай вниз. Мы же не хотим, чтобы ты ушибся.
Я сделала пару шагов, чтобы встать прямо под ним, невероятно обеспокоенная тем, насколько высоко он забрался. Может быть, если он упадёт на меня, а не на землю, то не умрёт.
Он протянул руку и, слава богу, с первой попытки достал кота.
И вместо того чтобы попытаться вырваться, маленький пушистый комочек зарылся головой в воротник Чарли, когда тот гладил его.
— Молодец, дружище. Такой хороший мальчик, сидел спокойно и ждал меня.
Чарли, почти касаясь губами ушка котёнка, нежно произнёс: — Ты такой хороший котёнок.
Я наблюдала, как он, повиснув на ветке дерева, нежно прижимал к себе и заботился об этом крошечном комочке, и это было неоспоримо.
Я испытывала очень сильные чувства к Чарли Сэмпсону.
Вот же блин.
Глава 37
Бейли
Поездка домой была такой же, как и дорога туда — весёлой и расслабленной — только с дополнительным бонусом в виде очаровательного котёнка Чарли, Пушком. Имя, которое я заслужила право дать, выиграв пари «что они закажут на завтрак», прежде чем мы отправились в путь. Чарли хотел поговорить с мамой, прежде чем принести котёнка домой, поэтому моя мама предложила приютить котёнка у нас, пока он не получит разрешения. Мне было странно видеть, насколько Чарли опекал этого котёнка, и одновременно я была одержима его мягкой стороной.
После того, как мы притащили котёнка в кондо, Скотт побежал в магазин и вернулся домой с одноразовым лотком, едой и игрушкой для котёнка, и все трое — Скотт, моя мама и Чарли — весь вечер восторгались пушистым котом.
Проклятый котёнок всё испортил.
Потому что теперь, помимо того, что я была эмоционально отвлечена прекрасным образом, как Чарли так трогательно заботился о котёнке, я больше не могла игнорировать очевидное, наблюдая, как они ласкали котёнка.
Скотт был порядочным парнем.
Он был милым и внимательным, даже дал Чарли шанс, несмотря на всё то, что Чарли сделал, чтобы насолить ему.
И как я могла упорствовать в своём стремлении всё испортить, особенно когда моя мама явно была от него без ума?
Данная ситуация вызывала у меня стресс, однако представление о том, что он останется в нашей жизни навсегда, многократно усиливало это чувство.
Вот и вся расслабленная атмосфера «всякое бывает».
Но когда мы мчались по шоссе, я чувствовала себя лучше, чем накануне вечером, потому что теперь у меня был чёткий план.
После того, как я пролежала без сна несколько часов на том раскладном диване, думая о своих чувствах к Чарли и зацикливаясь на том, почему они были ужасны, ответ пришёл ко мне.
Это не имело значения.
Не имело. Кого волновало, что у меня появились новые и запутанные чувства к Чарли?
Я так зациклилась на своих чувствах — что они означают? Реальны ли они? Как мы можем быть друзьями, если я так сильно в него втюрилась? — прежде чем поняла, что дело было не в самих чувствах.
Дело в том, что я с ними делаю.
А я ничего не собиралась с ними делать.
Потому что знала, что Чарли не чувствует ко мне того же, что я к нему. Я знала, что нравлюсь ему, я была почти уверена, что ему было весело проводить со мной время, и я абсолютно уверена, что ему нравилось меня целовать.
Боооооооже, как же он целовался.
