Читаем без скачивания Пять «разбитых» сердец - Ева Никольская

— Почему ты скрыл, что близко знаком с Ниром? — чувствуя, что "закипает", проговорила девушка.

— Разве я скрывал? — искренне удивился мужчина, пригубив еще вина. — Меня просто никто не спрашивал. Но если уж такой вопрос встал на повестке дня… то есть ночи, то за подробностями, Аделаида, советую обратиться тебе к жениху.

Выхватив из рук алхимика бокал, Ада опрокинула его содержимое на рыжую макушку и бросилась вон, пока была еще в силах удержаться от попытки немедленно придушить этого скользкого типа. Он не кинулся ее преследовать, нет. Зато тихий мужской смех, летящий ей вдогонку, звучал в ушах девушки до самой ее комнаты.

— Ну, что? Как прошло? — открыв только что захлопнутую дверь, спросила Жозефина. Она застыла на пороге номера, который Лола с Ритэром сняли для феи, и с интересом уставилась на покрасневшую от злости подругу.

— Не спрашивай! — прошипела Адель, сверкнув черными глазами, в которых полыхало алое пламя.

— Неужели опять приставал?! — скептически оглядев растрепанную собеседницу, предположила ведьма.

— Нет! — рявкнула та. — Он просто… просто… он умудрился ничего не сказать, хотя отвечал на все мои вопросы. Ну, как это у него получается, а?! — всплеснула руками девушка и, вздохнув, села на кровать. — Я так взбесилась, что даже про метку забыла спросить. Эх…

— Расслабься, — предложила подруга. — У нас завтра первый урок в самом престижном университете. Почитай лучше что-нибудь по травоведению, или банально выспись. А рыжего завтра вместе "дожмем".

— Хорошо, — согласилась фея и решительно дернула покрывало, делая вид, что собирается последовать второму совету Жозефины. — Спокойной ночи и спасибо тебе за помощь, — улыбнулась она подруге.

Та пожала плечами, пробормотала себе под нос "Не за что!" и, помявшись еще пару секунд на пороге, вышла-таки из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. Как только шаги ведьмы стихли, фея вскочила с кровати, заперла комнату на ключ изнутри и, достав из-под подушки Мурзика, принялась строчить записку.

— Обратиться к жениху, значит, — бормотала она себе под нос, — ну так получай, дорогой!

Почтовый медальон тихонько мяукнул на груди Ритэра. Отложив в сторону полотенце, которым вытирал голову, мужчина вытащил послание от невесты и с улыбкой прочел:

"Надо поговорить!"

— Поздно, милая, поздно… для разговоров, — зевнув, прошептал он и отправил ей ответ с извинениями.

Следующая записка гласила:

"Нир, это не блажь! У меня серьезная проблема".

Вздохнув, он написал, что уже почти спит, чего и ей желает. И в ответ получил это:

"Я влюбилась в парня из ОМУТТа. Он такой, такой… впрочем, не важно. Он пригласил меня на ночную прогулку через полчаса. Приглуши, пожалуйста, действие своего браслета хотя бы на сегодня, а? И спи себе дальше".

— В кого это ты влюбилась? — решительно распахнув дверцу, мужчина вышел из шкафа в комнате феи и, заметив, что она прихорашивается, сидя у зеркала, хмуро проговорил: — Ты совсем дурочка, да? Приличные феи на первое свидание после полуночи не бегают.

— А на второе, значит, можно? — пряча победную улыбку за распущенными волосами, уточнила Адель.

— Нет.

— А на третье? — поднявшись с мягкого пуфика, она что-то быстро взяла с трюмо и направилась в его сторону.

За неприкрытой дверцей шкафа виднелся мрачный пейзаж, мало похожий на вешалки с платьями. Очередной лик Тритэры, не иначе. Но фею сейчас это мало интересовало.

— Ты помолвлена, цветочек. Дождись разрыва наших вынужденных отношений, а потом хоть со всем университетом встречайся, — с нотками недовольства в голосе, проговорил Нир.

— Разрешаешь? — сделав круглые глаза, притворно изумилась девушка.

— Нет, — честно ответил он, когда ее руки легли ему на плечи. — Адель, что ты задумала, а? — накрыв ее ладонь своей, спросил мужчина. — Записка — ложь, я правильно понял?

— Конечно, ложь, — промурлыкала фея, глядя снизу вверх на своего жениха. Ее проворные пальчики скользнули выше: от ключицы к шее, пробежались по жесткой линии его подбородка и, погладив щеку, зарылись во влажные волосы у виска. — Но как-то же я должна была тебя сюда заманить.

— Зачем? — сглотнув странную сухость в горле, спросил Нир.

— Поговорить, — перебирая его пепельно-русые пряди, фея привстала на носочки. — Зачем же еще? Ммм, — прикрыв глаза, протянула она. — Ты пахнешь вином. Клубничным… У меня в баре такое же стоит — эта гостиница славится ягодными напитками. Не хочешь…

— Нет, — выдохнул он, глядя на ее милое личико с чуть приоткрытыми губами и опущенными ресницами.

Слишком близко, чтобы устоять от соблазна. Не стоило ей так прижиматься к нему, ох не стоило! Нир и сам не заметил, как наклонился, повыше приподняв свою невесту за талию. Она поцеловала его первой, и это неумелое касание ее нежных губ заставило сорваться "вскачь" обычно спокойное сердце мага. Вся невинность и трогательность их поцелуя растаяла без следа, когда он перехватил инициативу. Девушка отвечала на жаркие ласки, обнимая одной рукой жениха за шею, в то время, как другая торопливо расстегивала его рубашку.

Резкий рывок острого ворота, толчок в грудь и тихий вздох с протяжным стоном послужили финальной точкой для их поцелуя. Адель отшатнулась и, взглянув на метку на груди обескураженного мага, со всей силы дала ему кулаком в челюсть.

— За что?! — выпустив ее из объятий, Нир потер ушибленное место.

— За клубничное вино на твоих волосах, — отступив назад, девушка лизнула кончики своих пальцев, отчего мужчину малость тряхнуло, но Ада была слишком занята разоблачительной деятельностью, чтобы замечать подобные проявления. — И за это, Нир, или Некрос звучит лучше? — фея ткнула в спиралевидный рисунок — точно такой же, как тот, что она уже видела однажды на теле Ритэра. — А еще вот за это, темный! — зло сверкнув глазами, процедила Адель и швырнула в лицо жениху золотистую листовку с рекламой нового романтического тотализатора под названием "Пять разбитых сердец". — Даже не пытайся отрицать! Я уверена, что это твоих рук дело.

— Ну, — взлохматив свои и без того растрепанные волосы, пожал плечами Нир. — Я и не пытаюсь, — улыбка на его физиономии послужила сигналом для очередного выпада девушки. Но на этот раз мужчина легко перехватил ее руку и нежно поцеловал костяшки сжатых в кулак пальцев. — Не надо так горячиться, моя маленькая Госпожа. Я ведь для тебя старался.

— Что?! — Адель опешила. Настолько, что даже вырывать руку из его захвата не стала. — Сделать меня посмешищем на всю страну, если не на страны — это для моего же блага?!