Читаем без скачивания Пять «разбитых» сердец - Ева Никольская

Ирвин был женат уже дважды. И каждый раз женился, как ему казалось, по любви. Но то ли его чувства не дотягивали до поставленной демоном планки, то ли невесты любили не так сильно, как говорили, потому что оба брака не просуществовали долго. Под действием проклятия, прилагавшегося к заключенной рыцарем сделке, обе девушки, став женами, вскоре сошли с ума. Их мучили кошмары, они видели призраков, но самое ужасное, что супруг ночами казался им стареющим монстром, а не красивым мужчиной, каким и являлся на самом деле. Идалия — магистр боевой магии, сильная и смешливая в бытность их романа девушка, выбросилась из окна башни спустя месяц после свадьбы. Энди-Эль, эльфийка с темным даром, на брак с которой Ирвин решился лишь полвека спустя, утопилась в пруду через неделю после церемонии в храме Эраша. Настоящая там была любовь или нет, какая разница? Ведь боль вины и потери — сильная, едкая, выжигающая душу боль очень даже настоящая!

А потом Ирвин встретил Адель… Огромные темные глаза, наполненные искренним восторгом, вновь пробудили в нем веру в счастье. Но сначала девочка была совсем юна. А теперь ее глаза пусты и вспыхивают лишь при упоминании таинственного жениха. И гневом они горят или страстью не так уж важно.

Из-за стенки снова донесся взрыв смеха. Если бы у рыцаря были силы, он бы накрыл голову подушкой, чтобы не слышать, как в соседней комнате веселятся практикантки-целительницы, приставленные ухаживать за больными. Но он не мог даже шевельнуться — после поединков с действительно сильными противниками такое с ним случалось часто. Апатия, слабость, потеря аппетита на неделю или даже две ему из-за наглого ящера были обеспечены. Чего нельзя сказать о самом ящере. Он, судя по реакции целительниц, унынию не предавался. Напротив, этот чешуйчатый ловелас, вместо того, чтобы переосмыслить свое поведение, ну или хотя бы просто лежать и думать об Адель, вовсю развлекался с другими девушками. Дверь в его палату беспрестанно хлопала, слышался смех и отдельные обрывки фраз, большую часть которых глушила магическая звукоизоляция. Не достаточно сильная, как и положено для подобного места.

— Не желает ли господин дракон чаю? — донеслось из коридора. — А кофе? Может водички? А бинт на шее не жмет? Наверное, уже пора поправить! Как мазь? Не печет? Давайте подую! — нараспев щебетали юные практикантки, то и дело нарушая тишину белой палаты взрывами хохота, который вызывал у Ирвина зубовный скрежет.

Перекрывая девичью болтовню, раздался приглушенный голос дракона. Вновь смех, хлопающая дверь — да сколько же можно?! Бледный, как полотно, рыцарь подтянул-таки дрожащие ладони к своей голове и, поморщившись, накрыл ими уши. В висках у него стучало, раздражение пульсировало в крови, а пересохшее горло требовало воды, но пожилая сиделка отошла куда-то, а смазливые практикантки предпочитали набираться профессионального опыта исключительно в палате дракона. Закрыв "свинцовые" веки, Ирвин попытался провалиться в спасительный сон. Не тут-то было!

Дверь с тихим скрипом открылась, и в комнату осторожно вошли две девушки в белых чепчиках. Они прокрались на цыпочках к постели больного и, склонившись над ним, принялись с интересом разглядывать лицо мужчины.

— Ты смотри, правда, хорошенький! И молодой! — немного удивленно прошептала одна из практиканток.

— Действительно! Не соврал дракон! — восхищенно ответила вторая.

— Только что-то он как неживой, — настороженно пробормотала первая.

— Подумаешь! У нас быстро оживет! Зови остальных! Разделимся — а то у Арэта уже повернуться негде.

Когда Ирвин Ма-Магни открыл глаза и попытался, по мере своих заметно ослабевших сил, донести до этих куколок, что предпочитает одиночество и, быть может, стакан воды, одна из них — та, которая поскромнее, протянула раненому записку от дракона. Веко мужчины дернулось, губы скривились. Расценив эту мимику по-своему, девушка предложила зачитать ему текст послания. Очередной нервный тик она приняла за "да", и осуществила обещанное.

"Уважаемый Ирвин Ма-Магни, обдумав наш незабываемый поединок, я пришел к выводу, что Вы являетесь владельцем какого-то мощного артефакта, который у меня есть большое желание приобрести по хорошей для вас цене. Подумайте над этим предложением, пока будете отдыхать на белых простынях целительского корпуса. Перед Вашей выпиской я непременно загляну… за ответом.

И подпись: Арэт Эльт-Ма-Ри,

с искренней благодарностью за урок, с легким раздражением за отрезанные волосы и с дельным предложением по поводу артефакта и реванша. Правда, на этот раз лучше мечи заменить на карты. Кровь, смерть… это уже не интересно!"

Скрип зубов рыцаря услышали даже практикантки. Его фиалковые глаза потемнели, а голова заболела еще сильнее. Злился ли он на дракона? Нет, он его люто ненавидел сейчас, с отчаянием понимая, что бросить повторный вызов этой невозмутимой рептилии пока что не сможет. А потом, когда негативные эмоции поутихнут, просто не станет этого делать. Зачем? Таких, как дракон, не исправить.

Девушки же расценили реакцию рыцаря по-своему. Они шустро развернули бурную деятельность в его палате, превратив спокойное… относительно спокойное место в конкурс красавиц с подносами. Вернувшаяся сиделка лишь удивленно вскинула брови, но отказываться от помощи молоденьких практиканток не стала и, раздав распоряжения, ушла обедать. За дальнейшие полчаса девицы, порхающие вокруг с напитками, фруктами, лекарствами и бесконечными попытками поправить ему подушки — вконец достали Ирвина. Но в силу своей вежливости, значительно подкрепленной слабостью, он не мог просто выгнать их из палаты. Сова на ветке, которую стало видно, как только одна из девиц распахнула шторы, ошарашено хлопала глазами, наблюдая за суетой. Сиделка не спешила возвращаться, а освоившиеся целительницы не торопились уходить, и только неожиданный визит высокого мужчины в лиловых очках освободил несчастного больного от общества прекрасных дам. Быстро выставив девиц за дверь, незнакомец присел на стул, напротив постели рыцаря и, странно усмехнувшись, представился.

Глава 53

Среди ярко одетых горожан, неспешно прогуливающихся по центральному парку, облаченный в черно-розовое эльф был далеко не самой приметной фигурой. Но ощущение чужого взгляда, прожигающего "дыру" между лопатками, не оставляло парня уже полчаса. Неужели убийцы все-таки вышли на его след? За время, проведенное в столице, предчувствие опасности, не покидавшее Эмилли-Эля дома, несколько поутихло. Интуиция молчала, а вопли инстинкта самосохранения перешли в чуть слышный шепот… и вот опять все началось сначала!