заготовленное еще в Черноягодье, например, специальные кляпы, чтобы жертвы себе языки не пооткусывали. И это не параноидальная перестраховка, обычная практика.
В целом, если на рожон не лезть — средств хватало. Впрочем, это не помешало мне послать счастья и добра Турину за «Исцеляющее дыхание», а мажору пожелать котлов погорячее — за «Кольчугу Дорна».
Время шло неспешно. Люди с улицы постепенно пропали, разом зажглись магические фонари, разгоняя сумрак. Прозвучал протяжно, идущий будто со всех сторон, удар колокола. Не захочешь — услышишь в любой точке Демморунга.
Решил подождать еще час — до второго оповещения, а затем начинать работать по другому плану. Однако уже через пятнадцать минут показался Кром. Он поменял плащ на новый и явно дорогой, нацепил на голову треуголку, а на плече нес кожаную сумку, похожую на толстый портфель без ручки. Оружие на виду не просматривалось.
Но главное изменение обнаружилось, когда староста попал в поле действия очков де Лонгвиля, он буквально расцвел всеми цветами радуги от количества вздетых артефактов. Я обратил внимание и на бордовое свечение на поясе, но оно лежало в спектре Оринуса. Еще один ритуальный кинжал?
Сразу на выходе из ворот постоялого двора от Волка, словно от брошенного в воду камня, разошлась во все стороны синяя волна, которая с каждым шагом теряла насыщенность, а затем и вовсе исчезла, преодолев в общей сложности около двадцати метров. Сканирующее заклинание?
Интересно.
Явление повторилось через секунду. Но теперь прозрачная синяя идеальная окружность радиусом около двух саженей, где центром выступал Кром, зависла над землей и стала двигаться вместе с носителем. Присмотревшись, определил, староста шагал в едва-едва видимой полусфере. Защита?
«Пелену Найта» я активировал сразу. Попятился назад, готовый рвануть к выходу из проулка, если Волк в него свернет. И здесь не нужно быть гением, чтобы понимать — держаться от данного поля следовало подальше. Но мой подопечный важно прошествовал мимо. При этом границы сферы резко разрослись, а затем вернулись в прежним. Искал скрытных наблюдателей?
В целом же Кром не проявлял никакой настороженности, воровато не озирался, двигался горделивой походкой уверенного в себе человека. Я прежде, чем устремиться вслед, убедился, что за ним не следовала группа прикрытия.
А затем вжимаясь в тени, часто перебежками, двигался в метрах тридцати позади. Ближе не рисковал подбираться. Минуя проулки и закоулки, перекрестки и повороты староста не забывал расширять границы своего сияния.
«Пелена Найта» вещь хорошая, но береженого бог бережет, кто ответил бы со стопроцентной уверенностью, что волчара не озаботился возможностью видеть невидимое. И больше всего я опасался, что он перейдет в скрыт, тогда придется попотеть, чтобы его обнаружить. А еще покоя не давали гипотетические ублюдки, какие могли скрытно двигаться за ними, тем паче они знали о конечной точке маршрута. Поэтому постоянно пытался отследить их по косвенным признакам. Сам же уже приноровился и наступать правильно, и избегать мест, где морось могла отчетливо обрисовать силуэт, да и многого другого. Может и перестраховывался, но лучше так, чем потом жалеть.
Кром свернул направо на вполне приличную улицу Красную, она шла параллельно Имперскому проспекту и вела в этом направлении на площадь Торговцев.
Неужели к жрецу направился, а не к подельникам? Это хуже.
Однако уже через десять минут подопечный развеял мои сомнения, вновь повернув в ту же сторону, на узкую улочку. Два рослых мужика с заросшими мордами, дежурившие на углу, синхронно и отрицательно мотнули головами тощему шкету, который отделился от стены метрах в тридцати впереди Волка. Скорее всего, поняли, что шутить припозднившийся путник не намерен, а кольца на пальцах его здоровой руки налились красным и фиолетовым. Подготовился к возможным встречам.
И не зря. Ночью в районах рядом с трущобами бандиты чувствовали себя вполне вольготно, патрули стражников сюда почти не забредали. Однако, криминал особо не борзел, знал рамки, за которые лезть не стоило. Наместник мог в любой момент прислать ГБР из Серых латников, как их тут называли, а те не церемонились. Убивали за вздох не по команде, дознаватели же часто тренировались на пойманных в умении добывать сведения.
Вывод следовал простой, если ходить только по центральным хорошо освещенным улицам, то Демморунг был безопасен для жителей и туристов. Но коль ты решил испытать удачу в местных клоаках, то сам себе враг. Настоящая демократия и возможность выбора.
Наш путь привел почти в конец улочки, к ничем непримечательной четырехметровой стене, за которой виднелась мансарда и второй этаж небольшого дома, крыши трех строений и пара раскидистых довольно высоких деревьев.
Староста уверенно подошел к двери в двухстворчатых воротах, обитых железными полосами, а затем размашисто постучал в нее кулаком, выбив незатейливый мотив, который повторил дважды. Замер с независимым видом.
Прошло около пяти минут, Кром хотел продублировать процедуру, однако толстая створка беззвучно открылась наружу, при этом хозяин дома не показался. Волка это не остановило, он смело шагнул в проем, пригибаясь, чтобы не удариться о низкую притолоку.
Я же, чуть выждав, вновь проследил, не появится ли хвост, принялся внимательно осматривать периметр усадьбы. Под воротами расстояние не превышало ладонь. Магической сигнализации вроде бы не имелось — никаких незримых линий не просматривалось. Но один черт не сбрасывал со счетов. Мало ли… А так, ничего удивительного, минимум у трети встреченных особняков и домов в этом околотке она отсутствовала. «Пелена Найта» тоже не показывала перерасход энергии от некого возможного сканирования вероятным противником. Быстро оббежал вокруг — дополнительных выходов не обнаружил. Но могли иметься и тайные.
В узком проулке, ширина которого не превышала трех метров, разделявшим это подворье и следующее, потянулся мысленно к «Когтям Дисса», и ощутил прилив энергии извне.
Поехали!
Взбежал по стене напротив нужной, оттолкнулся, прыгнул и зацепился за край левой рукой, предположив, что если имеется какой-нибудь хитрый убойный магический подарок, оберегавший именно от таких видов проникновения, то показавшая себя перчатка из наследия Иммерса возьмет удар на себя.
Чуть подождал, вися.
Тихо.
Взобрался. Осмотрелся.
Небольшой пустой дворик, четыре хозяйственные постройки — одна оказалась ниже забора, все нуждались в ремонте и явно не использовались по назначению. Рассохшиеся и покосившиеся двери, где заперты на замки, где подперты палками. В одном два черных провала узких и длинных окна под самой крышей. Вроде бы все чисто, но наблюдатели могли пробираться в сараи, как окольными, так и подземными путями, поэтому и не натоптали дорожки. А сейчас кто-нибудь с приготовленной парой арбалетов внимательно наблюдал за обстановкой. Нет, как ни всматривался ни малейшего движения в глубине.
И тихо-тихо вокруг.
