Марка прошиб жар: услышав слова хранительницы, он понял, почему его молитва оказалась такой пустой и безжизненной. «Я не имею права уклоняться от боя. Не я придумал правило, что жизнь — это борьба. Если мне дарована сила и меч — значит, я воин. У меня нет выбора. Я должен сражаться той силой, какая у меня есть. Вопрос только „как?“»
Калиган сделал еще несколько безрезультатных выпадов и, отступая, оказался зажатым у стены. Другая часть арпаков двинулась толпой на стоящих у пропасти Марка, Хариса и Никту. Марк заметил блеснувший прищуренный взгляд Калигана. Задумал он что-то или пребывает в отчаянии — непонятно.
— Дай силы, и пусть свершится воля Твоя, — прошептал Марк, не сводя глаз со злобных морд даймонов. Он уже твердо решил, что будет сражаться до конца и сделает все, чтобы не попасть в плен. Эти твари не заставят его бегать от них. Бой, так бой!
— Слушаться совести, хранить честность, презирать страх, — звучал рядом шепот Хариса.
Сзади послышался звук рвущихся тросов — это рухнул перегоревший мост, окончательно отрезав путь к отступлению. Враги приближались. Марк уже знал, с кем он первым сойдется в схватке — горбатый низкорослый арпак с двумя топорами, нагло рвался вперед. Красные зрачки горели, из клыкастой ухмыляющейся пасти текла слюна.
— Как я ждал этого мига! — прошептал рядом Харис.
Даймоны занесли топоры и дубины.
«Путь миротворца. Сегодня ты снова пересекся с путем воина».
— Я верю Тебе, Спаситель. Ты всегда где-то рядом.
Горбатый даймон обрушил на него два топора, но взмах Логоса срезал обе рукояти и прошелся лезвием по гадкой ухмылке. Хранительница увернулась от бросившегося на нее громоздкого арпака, и тот, не успев остановиться, с ревом полетел в пропасть. Харис резво заработал щитом и мечом, расталкивая и рубя врагов.
Но никакая храбрость не давала шансов устоять против толпы боевых, пусть и низших, даймонов.
— Врассыпную! — раздался голос Калигана.
Дубинка скользнула по шлему, сбив его на глаза. Ничего не видя, Марк рванулся в сторону, рубанув вставшего на дороге арпака, оттолкнул плечом другого. Чей-то палаш ударил по спине, разрезав плащ, но кольчуга выдержала.
— Миротворца живьем! — заревел Эреб.
Этот крик и напугал Марка, и обнадежил. Стало быть, пока что смерти можно не бояться. Нужно этим воспользоваться. Вслепую расчистив себе дорогу сверкающими взмахами Логоса, Марк вырвался из толпы арпаков, оказавшись среди развалин громадных колонн. Тут ему, наконец, удалось поправить шлем.
— Ко мне, Маркос!
Калиган уверенно отступал к осыпавшимся ступеням, где стояли остатки мраморных статуй. Он двигался короткими скачками от колонны к колонне, сражая молниеносными выпадами попадавших под руку арпаков. Враги, прижимавшие его к стене минуту назад, не ожидали такого маневра.
Отразив удар одного, второго врага, выскочив из-под брошенной сетки, Марк почувствовал, как когтистые лапы хватают его за плечи, срывая вещевой мешок, как мимо уха раздается свист кинжала, и схвативший его за плечи арпак падает.
Хранительница! Она пробежала по поваленной колонне, заняв очень удачную позицию в каменной нише. Теперь враги могли подступиться к ней только по одному. Три арпака вскинули самострелы — один тотчас упал с метательным кинжалом в морде. Одну стрелу девушка срезала в воздухе, от второй увернулась. Арпаки кинулись перезаряжать самострелы, к ним поспешили еще четверо стрелков. Хранительница выхватила последние кинжалы…
Дальнейшее Марк не видел — он отступал плечом к плечу с Калиганом. Попав под меч учителя, какой-то арпак рухнул под ноги сородичам. Это позволило Марку и Калигану взбежать по ветхим каменным ступеням.
— Помогай! — крикнул учитель, навалившись на одну из статуй.
Основание ее было в трещинах, непонятно, как вообще она держалась. Сильный толчок четырех рук — и статуя загрохотала по ступеням, отбрасывая навалу врагов.
— Славно сработано, миротворец! — вытер пот со лба Калиган.
— Славно? Да нам конец! — отрывисто прокричал Марк.
Перед ступенями трехрогий вожак выстраивал два десятка арпаков с пиками наперевес. Но Марк не смотрел на них. Он оглядывался в поисках Хариса и Никты. Укрываясь в каменной нише, хранительница растратила все кинжалы, и теперь ее хватало только на то, чтобы уклоняться от стрел — не больше. Харис сражался, отступая вдоль края Роковой пропасти, приближаясь к большой площадке. Его руки тряслись от ударов, щит с трудом отбивал палаши и топоры, меч бил врагов преимущественно по лапам и грозил вылететь из рук. Поначалу не сообразив, почему больше половины арпаков преследуют одного Хариса, Марк вдруг все понял. За странствующим рыцарем стелилось золотистое свечение распыленного в воздухе песка, который передал ему Калиган. Это свечение и привлекало арпаков.
Враги рассредоточены. Не на это ли рассчитывал учитель?
— Что делать, Калиган?
— Держаться здесь, — глухо ответил учитель.
— Но там Харис…
— Он знает, что делает. Доверься мне.
— А Флоя? Ее маги поймали!
— С ней ничего не случится.
Что бы ни говорили о помраченном рассудке Эреба, он предусмотрел, что пятеро противников могут оказаться не по зубам его арпакам. Ровным строем из темной пещеры тяжело выбежали грозные подземные существа, ростом чуть повыше арпаков. Их сплошь покрывала бугристая броня. Вытянутые морды, слегка похожие на бычьи, издавали зловещее сопение. Покрытые броней лапы с легкостью сжимали тяжелые двойные секиры с полукруглыми лезвиями. Схватка с любым из них грозила гибелью даже Калигану. От этих существ веяло древней подземной мощью. Они были здесь хозяевами.
— А вот и подземные стражи пожаловали. Чего Эреб столько медлил? — обыденно проговорил Калиган, будто ничего страшного вокруг не происходило. — Целая дюжина, хм-м. Я-то думал, он обойдется и шестью.
Марк тяжело задышал. Какой бы невозмутимый вид ни строил учитель, с этими тварями им не справиться. Эти враги крайне опасны! Нужно крикнуть Харису и Никте, чтобы спасались бегством, и бежать самим!
— Харис, беги!
Странствующий рыцарь его не услышал. Короткими перебежками он отступил к самому краю пропасти, выводя врагов подальше от колонного зала — на открытую площадку. Здесь Харис продолжил отчаянно отбиваться, размахивая щитом и мечом. Арпаки ломились на него без всякой тактики, боязливо отпрыгивая от края пропасти. Вокруг Хариса по-прежнему стелилась светящаяся пыль.
— Так, так, давай, молодой лев, все правильно делаешь, — шептал Калиган. — Что, твари, не любите золотого свечения?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
