русских. А его нет. Неужели адмирал ошибся и все приготовления и ожидания – это беспочвенные страхи одного пожилого человека? Холлуэй невозмутимо стоял возле планшетистов, одетый в мундир «с иголочки» и застегнутый на все пуговицы, когда к нему торопливо подошел радист, сжимая в руках бланк радиограммы. Он взял бланк из рук радиста и громко начал читать:
– В 06:33 к северо-западу от Хоккайдо РЛС Северного командования сил самообороны Японии обнаружена группа вражеских самолетов, летевших на высоте 23 000 футов, курсом 55. В группе больше 40 машин. Поднять истребители для перехвата не представлялось возможным.
– Союзнички… – буквально прошипел адмирал, комментируя последнюю строчку радиограммы. – Ну, вот и все, джентльмены. Вот и один из их главных козырей. Это ракетоносцы «Баджер», и меньше, чем через два часа они будут перед нами, на расстоянии удара. Ищите лодку!
01 ноября, местное время 06:45.
Охотское море. 380 километров к северо-западу от мыса Лопатка. Ракетоносец Ту-16К-10
568-го морского ракетоносного авиационного полка 143-й морской ракетоносной дивизии авиации Тихоокеанского Флота СССР, бортовой номер 03
Девятку ракетоносцев, все, что осталось от полка, вел лично командир полка, подполковник Юрьев. У опытного летчика, хотя он и не показывал это перед остальными членами флагманского экипажа, скребли кошки на душе. Слишком все это проходило по шаблону, в точности как при атаке предыдущей авианосной группы. Тогда им удалось подойти на расстояния пуска к авианосцам и даже обеспечить наведение ракет, но они летели в полном составе, две ударные эскадрильи по восемь машин. Плюс четыре торпедоносца Ту-16Т и два постановщика помех Ту-16П «Букет» из третьей эскадрильи. Вдобавок почти вся американская авианосная авиация тогда топила эскадру ТОФ под командованием адмирала Амелько или дралась над Шумшу и Итурупом с советскими истребителями. И все равно они понесли тяжелые потери, особенно в те минуты, когда ракетоносцы с предельной дистанции пуска в 200 километров продолжали лететь к противнику, наводя ракеты и в итоге сближаясь с вражескими авианосцами до 140 километров, и все это без резких маневров и на большой высоте! А что будет сейчас, Юрьев даже представить себе не мог. Количество ударных самолетов в двух ракетоносных дивизиях считай что ополовинилось. Американцы не идиоты и такой финт с подводной лодкой, как тогда, вряд ли позволят проделать. Приманки, так отвлекшей американские самолеты, нет. Зато у американцев теперь есть сухопутный аэродром на острове Беринга, на который они уже наверняка посадили дополнительные истребители. На Камчатке, как и на Курилах, у советского командования тоже вроде есть два истребительных авиаполка, но что от них осталось после почти двух дней интенсивных боев с превосходящими силами американцев?
Подполковник Юрьев прищурился, вспоминая, как полгода назад им показывали новую технику, ракетоносцы Ту-16К-11 и Ту-16К-16, постановление о принятии на вооружение которых вышло в апреле 1962 года. Самолет Ту-16К-16 мог нести целых две противокорабельные ракеты КСР-2, а самолет Ту-16К-11 вдобавок вместо КСР-2 мог применять и ракеты КСР-11, наводящиеся на сигналы корабельных РЛС. При сопоставимой дальности пуск этих новых ракет можно было выполнять всего на высоте пять километров, а сопровождать их не надо, ракеты были устроены по принципу «выстрелил-забыл». Носитель после пуска мог выполнять любые маневры, уходить домой, снижаться хоть до самого моря, что значительно повышало его шансы на выживание. При том, что ударная мощь его полка вырастала вдвое, ведь самолет нес две ракеты вместо одной. Ожидалось, что и 3-я, и 143-я мрад перейдут на эту технику в конце лета 1962 года, но потом было объявлено, что сначала перевооружение пройдут три полка 55-й тяжелой бомбардировочной авиадивизии ВВС, сидевшие на аэродромах Воздвиженка и Хороль Приморского края. Самолеты этой дивизии вылетали с ними накануне для ударов по кораблям, РЛС и позициям пусковых установок ПВО Японии. И, в отличие от его полка, не понесли никаких потерь. А его полк потерял один самолет, и в других полках двух дивизий авиации флота были потери. Новейшие американские «старфайтеры» и «тандерчифы», несмотря на плотное истребительное прикрытие, смогли выпустить свои ракеты по его «тушкам» как раз в тот момент, когда они производили наведение своих К-ЮС по кораблям и нефтяным терминалам в портах Сасебо и Такесики.
01 ноября, местное время 07:10.
Остров Беринга, верховья реки Федоскина.
1 километр к юго-западу от аэродрома
Лейтенант пограничных войск КГБ СССР Сергеев в бессильной ненависти наблюдал, как один за другим выруливают на взлет длинные хищные тела американских истребителей. На этот раз без бомб, но все увешанные ракетами. Как новогодняя елка гирляндами. Один, второй, третий… двадцатый… Потом на взлет пошли толстые, как сосиски, поршневые штурмовики, только с огромными каплевидными обтекателями под фюзеляжем. За ними взлетел нескладный кургузый двухмоторный самолет с торчащими во все стороны антеннами. «Наверное, это постановщики помех или самолеты ДЛРО», – подумал лейтенант. Последним взлетел огромный четырехмоторный заправщик с отвисшим вниз, как у коровы, брюхом.
– Передай нашим, в 07:15 наблюдал взлет 24 истребителей с ракетами и пяти самолетов обеспечения, постановщиков помех и дозаправки, – откинув шкуры, закрывающие вход в наскоро оборудованную землянку, обратился лейтенант к радисту. – Что с грузом?
– К 10:00 планируют встать на отдых на реке Водопадная. Ориентировочное время прибытия – к вечеру 3 ноября.
Лейтенант только тяжело вздохнул. Первоначальную задачу – наблюдение за аэродромом – они выполняли успешно, но как же тяжело раз за разом наблюдать, как с аэродрома, еще недавно бывшего своим, взлетают самолеты врага. Взлетают для того, чтобы убивать его соотечественников. А он ничего не может с этим сделать, с одними автоматами и ручным пулеметом атаковать аэродром глупо и бесполезно. Пока не прибыл груз, минометы и безоткатное орудие. Летающая лодка благополучно подошла на малой высоте и высадила оружие и морских пехотинцев на западной, безлюдной оконечности острова. Там их уже встречали десяток пограничников и пара проводников из местных жителей. Хотелось бы, чтоб лодка взамен забрала раненых и детей из местных, но вовремя привести их к месту посадки было невозможно. А ближе к Никольскому производить заброску груза было опасно. Подходящее место для скрытной посадки лодки в это время года было только одно, проточное озеро Серебрянникова, через которое протекала река с одноименным названием. Озеро Сарайное уже замерзло, да и находилось слишком близко от американцев. На море при волнении в три балла посадить лодку в одной из бухт и пытаться выгрузить тяжелый груз при помощи резиновых лодок – это проще сразу выкинуть его в море. Но теперь морпехам и пограничникам, нагруженным, как вьючные животные, предстояло пройти по сильно пересеченной, гористой местности
