У тебя минута.
Амира, не вылезая из-под покрывала, натягивает на себя сорочку, а потом вскакивает с постели и, набросив халат, выбегает из комнаты. Шейх медленно поворачивается, когда я присаживаюсь на кровати.
– Я так понимаю, ты уже выздоровел, – недовольным тоном произносит он, выразительно глядя на смятые простыни.
– Практически.
– Тогда собирайся, сегодня ты улетаешь.
– Господин Заид…
Он резко поднимает ладонь, веля мне заткнуться. Я хмурюсь.
– Я не договорил. Забирай Амиру и улетайте.
– Вы не против нашего брака?
– Против, – резко отвечает он. – Против того, как ты все устроил изначально. Но моя дочь счастлива рядом с тобой, и ты показал себя надежным человеком. Только у меня есть условия.
– Слушаю.
– Во-первых, дом. Приличный, а не эти серферские сараи. Купи ей дом, она его заслуживает. Во-вторых, она должна получить образование. Поскольку ты уже ее муж, тебе об этом и заботиться. Амира мечтала стать учителем.
– Я знаю.
Он снова кривится. Словно его раздражает, что я знаю его дочь не меньше его самого.
– И третье. Если ты хотя бы раз обидишь ее словом или делом, – он подается немного вперед и, прищурившись, сверлит меня взглядом, – я закончу то, что не закончил Мустафа со своими шакалами.
– Можно было не озвучивать третье.
– Хочу, чтобы ты знал, с какой семьей связался, – отвечает он и идет к двери.
– Господин Заид, почему такая спешка в отлете?
– Я пока не знаю, чем закончится история со смертью Мустафы. Если Инас настроит Валида против тебя и ты станешь врагом номер один для их семьи, хочу, чтобы вы были далеко отсюда.
– Если возникнут сложности, вы же сообщите мне?
– Не сомневайся, – хмыкает шейх и открывает дверь. – Амира! – восклицает он. – Я же сказал возвращаться к себе!
– Спасибо, папочка! – выкрикивает она и, повиснув у грозного шейха на шее, звонко целует его в щеку. – Ты самый лучший!
Опять подслушивала, паршивка. Но я найду способ отучить ее от этой пагубной привычки. Ну, или просто начну рассказывать все о своей жизни, чтобы у нее не было нужды шпионить.
Эпилог
Я выхожу на уже знакомую лужайку за домом на Бали и тут же краснею, вспоминая, что мы вытворяли на этом месте, когда были тут в прошлый раз. Сегодня здесь снова свечи, безалкогольное вино, покрывало и куча подушек. Солнце уже начало садиться, и у нас есть возможность полюбоваться шикарным закатом, если, конечно, не помешают набегающие тучи.
Подхожу к Малоуну, который стоит спиной ко мне, заложив руки в карманы льняных брюк. Обнимаю его со спины и целую между лопаток. Уверена, даже через тонкую ткань рубашки он чувствует мой поцелуй, который, надеюсь, проникает в самое сердце.
– А вот и ты, – он с улыбкой оборачивается и обнимает меня. Гладит пальцами мою щеку. – Я уже успел соскучиться.
– И подсмотреть, пока я мылась, – притворно дуюсь, а на лице Мала растягивается хулиганская улыбка.
– Не мог себе в этом отказать.
– Ты обещал, что выйдешь.
– Я и вышел. Просто забыл зажигалку для свечей. – Я прищуриваюсь, глядя ему в глаза, но через мгновение мы оба широко улыбаемся. Я все еще смущаюсь такого наглого разглядывания, но мне приятно, что Малоун ценит мою красоту. – Пойдем.
Мал подводит нас к покрывалу, усаживает на подушки и пристраивается рядом. А потом достает что-то из кармана.
– У меня есть пара твоих вещей, – говорит он с серьезным лицом. – Одну ты потеряла на террасе моих родителей. – Он раскрывает ладонь, в которой лежат мои серьги, и протягивает их мне. Мал терпеливо ждет, пока я вставлю их в уши, и снова ныряет в карман и раскрывает ладонь. – А второй тебя насильственно лишили.
– Мое кольцо, – произношу тихо, глядя на колечко на его ладони.
– Это твое новое кольцо. Я, конечно, обладаю властью, но не такой, чтобы перекопать половину пустыни в Эмиратах и найти то, которое выбросил Омар.
Малоун надевает кольцо на мой палец и нежно прикасается к нему губами. Поднимает взгляд. Затуманенный, полный обещаний, и я таю. Наши губы соприкасаются, языки сплетаются в нежном, томительном танце, от которого по всему телу разливается тепло.
Телефон Малоуна жужжит рядом с нами, но мы не обращаем на него внимания. Он замолкает и снова начинает вибрировать.
– Мал, возьми трубку, вдруг что-то срочное, – бормочу ему в губы, а сама при этом еще ближе притягиваю его к себе.
– Подождут, – отвечает он и заваливает меня на подушки, нависая сверху.
– Мал, он звонит уже в который раз. Ответь, – не выдерживаю я, когда навязчивая вибрация снова повторяется.
Он тяжело вздыхает и, приподнявшись на одной руке, второй отвечает на звонок, включая громкую связь.
– Да, Ниса? – немного раздраженно произносит он.
– Мал, я беременна от Омара.
Мы оба перестаем дышать, глядя друг на друга взглядами, полными недоумения и шока.
– От какого Омара? – переспрашивает Мал нарочито вкрадчиво.
– От брата твоей жены, – говорит она, и в этот момент над нашими головами небо затягивается тучами и звучит первый раскат грома.
– Я сверну шею твоему брату! – выкрикивает Мал, мечась по комнате, словно тигр в клетке. – Дай мне только добраться до него!
Он в сердцах отбрасывает телефон, который терзает последние полчаса в попытке заказать билеты на самолет, но сейчас нелетная погода, а потому все рейсы отменены. За окном плотная стена дождя, гром и молнии.
– Мал, успокойся, они взрослые люди, разберутся и без нас, – пытаюсь его увещевать, поглаживая по руке.
Он резко тормозит и грозно смотрит на меня.
– Взрослые?! – ревет он. – Нисе едва исполнилось восемнадцать! Девочка совсем! Ребенок!
– Мне тоже восемнадцать! Тебя это не остановило!
– Но ты не беременна, Амира!
– Мал, не горячись. Что, если они будут счастливы? – снова снижаю тон и стараюсь ласкать его голосом. Обычно Малоуна это успокаивает.
– Счастливы? Пару раз перепихнулись, и эта идиотка… прости, милая… Эта… ненормальная залетела, и мы говорим о счастье?
– Ну ты же тоже влюбился в меня практически с первого взгляда.
– У нас с тобой совсем другая история, – немного успокаивается он. Обхватывает меня за плечи одной рукой и, прижав к себе, втягивает носом запах моих волос. Мал всегда так делает.
– Ну чем же она другая? – спрашиваю ласково, поглаживая его по груди, в которой неровно и быстро колотится сердце. – Представь себе, что чувствовал мой брат, когда ты меня украл. Наверняка так же метался и проклинал тебя.
– Думаешь, мстит?
– Что? – теряюсь я, не понимая, о чем он спрашивает.
– Думаешь, Омар мстит мне за тебя? Платит той же монетой?
– Мал, Омар ведь официально
