Спец посмотрел на охотничий нож, лежащий на земле. Он резко согнулся и подхватил оружие за лезвие.
— Держи. — Кирилл протянул подростку нож рукоятью вперед.
— Я не…
— Никаких 'не'. Только 'да' на тренировках.
Славик забрал вздрагивающей рукой нож и, храбрясь, неуклюже зажал его в руке.
'Не надо!' — нашептывал ему тихий внутренний голос.
— Что мне делать? — обреченно спросил он.
Попробуй на меня напасть.
— Что? Напасть на тебя?
— Да.
Славик не шевелился.
— Живо и без колебаний, иначе я попрошу Киру.
— Ты сума сошел? — закричал подросток и после минутного колебания бросился на спеца с ножом, размахивая им из стороны в сторону. — А-а-а!
Кирилл стал претворять движения Славика, уклоняясь от соприкосновения с острым, как бритва, стальным лезвием. Каждый новый взмах постепенно перерастал в резкие подергивания нападавшего, в стремлении добраться до руки противника, мелькающей в опасной близости от холодного оружия.
— Противника нужно чувствовать, — произнес, уклоняясь, спец. — Даже его нож, может стать естественным продолжением тела обороняющего в руках нападающего. Человек в силах управлять собой, но он бессилен от тысячелетних инстинктов, о которых я тебе уже говорил.
Кирилл сделал взмах рукой вокруг запястья Славика, тот вскрикнул от боли, выронил нож и, потеряв равновесие, упал на газон.
— Что ты сделал? — сказал он, всхлипывая, и стал массировать покалывающее запястье.
— Я? Я разве к тебе хоть раз прикоснулся? — усмехаясь, ответил спец.
Славик пробормотал что-то невнятное.
— Я ничего не расслышал! — сетуя на плач подростка, заметил Кирилл.
— Нет! — пересилив себя, выдавил он.
— А кто же причинил тебе боль?
Славик с досадой посмотрел на лежащий у его ног нож.
— Я сам.
Кирилл кивнул.
— Почему ты сделал такой вывод?
Подросток посмотрел исподлобья в холодные глаза спеца.
— Я сам виноват! Вот почему!
Кирилл сострадальчески улыбнулся.
— Нет, Славик. Ты не виноват.
— Что? — возмутился он, его брови приподнялись. — Я не виноват? А кто?
— Никто, — спокойно ответил спец. — Природа каждого человека неотделима от него. Самые первые и самые сильные в нас — это наши инстинкты.
— Да знаю я! Ты мне уже третий раз сегодня это повторяешь!
— А тебе все еще не дошло. — Кирилл покачал головой.
— Что я опять не то сказал?
— Дело не в том, что ты сказал. А в том, что ты думал о том, что сказать, но совершенно меня не слушал! — Кирилл сверкнул глазами. — Какой самый сильный инстинкт у человека?
Славик надулся.
— Думай, а не строй иллюзорные планы насчет реванша.
— Инстинкт… самосохранения… Я не уверен…
— Он не уверен! Почему даже зная ответ, ты всегда сомневаешься?
— Потому что ты на меня давишь! Вот почему!
Кирилл подхватил нож и приставил его лезвием к шее Славика, он испуганно дернулся в сторону и оторопел.
— Так ты будешь думать лучше? Я сомневаюсь, — спец опустил нож. — Отвечай!
— Инстинкт самосохранения! Доволен?
Кирилл проигнорировал вопрос.
— Инстинкт самосохранения или, как его еще иногда называют 'инстинкт выживания', самый сильный в человеческой природе… В экстремальной ситуации, вызывающей дискомфорт или угрозу жизни, человек благодаря своей природе инстинктивно уклоняется от этой угрозы чтобы сохранить хрупкое равновесие комфорта… Аналогичная ситуация и в том случае, когда к твоему горлу приставлен нож. Тело само стремится уклониться от опасного лезвия, при минимальной трате сил. С другой стороны нападающий может использовать это, чтобы вынудить твое тело отреагировать определенным образом. Зная природу человека и его инстинктивные бреши в обороне, можно вынудить его нанести себе увечья или даже убить самого себя, лишь осуществляя резкие, продуманные движения, вызывающие инстинктивную, неконтролируемую разумом ответную реакцию со стороны обороняющегося.
Кирилл ухватился за руку подростка и поставил его на ноги, затем вложил нож в его руку.
— Нападай!
Славик попытался нанести удар ножом в живот спеца, но тот с легкостью уклонился, сделав ложный рывок вправо. Подросток сделал шаг в сторону мнимо уклоняющегося Кирилла, но упустил момент, когда он вернулся на свое первоначальное место.
Со стороны, движения подростка и спеца походили на разучивание па странного современного танца.
Нападавший замахнулся вправо, Кирилл сделал очередной ложный выпад в сторону и нож разрезал воздух, не задев его. Подросток зажал оружие еще сильнее. Кирилл со всей силы замахнулся правой рукой по его руке, сжимающей рукоять, тот инстинктивно дернулся, и лезвие ножа засвистело, приближаясь к груди подростка. Спец успел подставить ладонь левой руки, закрыв Славика от ножа, зажатого его собственной рукой.
— Черт! — прорычал Кирилл, когда лезвие стало скользить, проколов ладонь насквозь, пока не остановилось удерживаемое рукоятью в его ладони.
Славик побелел и отпустил нож, царапнувший его собственную кожу под рубашкой.
Со стороны гаража донесся оглушительный свист. Ник злорадно засмеялся, хлопая в ладоши.
— Гений чуть не убил ученика! — саркастически провозгласил он.
Славик не смог отвести свои широко раскрытые и застывшие от панического ужаса глаза от ладони спеца, из которой торчал воткнутый им нож. Его лицо исказилось гримасой душевной боли.
Ноги словно вросли в землю и не слушались подростка, всем сердцем желающего вытащить нож из руки опекуна.
— Кажется, урок окончен! — вызывающе сказал Ник, в его глазах сверкало яростное разочарование. — А ведь я чуть не убедил себя, что ты неплохой для пацана учитель!
Ритм сердца Славика стал ровнее, когда Кирилл вытащил нож. На землю закапала кровь, окрашивая зелень газона в бурый цвет. Спец бросил оружие на землю и, морщась, сжал запястье ладони, невыносимо поглощаемой адским пламенем боли. На его трясущейся руке бешено заиграли мускулы, и рана стала с шумом заживать.
Запах крови ударил в ноздри Славика и он, потеряв сознание, от перенапряжения, рухнул на землю. Кирилл вовремя подхватил падающее тело и, отнеся на несколько метров в сторону от окровавленной травы, положил его на газон.
Где-то за деревьями нервно зарычал Лис, учуяв запах человеческой крови.
К засыхающим на траве и на валяющемся ноже алым каплям, стали слетаться мухи, приземляясь в липкую жидкость и радостно звеня нагрянувшему пиру.
Кирилл легонько похлопывал Славика по щекам до тех пор, пока он не открыл помутневшие глаза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
