Следующая мишень стояла в конце двигавшейся к нам вереницы. Беликос Леролан был из не особо родовитого дома. Лучезарная улыбка. Каштановые волосы. Одежда цветов заката, одежда цветов его дома. По сравнению с другими гостями Беликос показался мне человеком мягким и добрым. Улыбка его была столь же неподдельной, как и рукопожатие.
— Как я рад, леди Марина! — склонив голову, вежливо произнес мужчина. — Буду счастлив служить вам долгие годы.
Я улыбнулась в ответ, притворяясь, что впереди у него долгие годы. Время тянулось, и с каждой секундой сохранять невозмутимость становилось все труднее и труднее. Когда ко мне подошла его жена, ведя за собой двух мальчиков-близнецов, мне захотелось завопить. Им было года четыре, не больше. Мальчики поскуливали, словно щенки, и вертелись у отца под ногами. Отец улыбнулся теплой, предназначавшейся только им улыбкой.
Мейвен сообщил, что, будучи дипломатом, Беликос Леролан занимает пост нашего посла в союзническом Пидмонте на юге. Без него наши дружеские связи с этой страной и ее армией ослабнут и Норта останется один на один с красным рассветом. Еще одна жертва, еще одно имя на алтарь победы. А ведь у него есть дети, он отец… Мы собираемся убить отца семейства.
— Благодарю вас, Беликос, — сказал Мейвен, пожимая ему руку.
Принц попытался выпроводить Лероланов прежде, чем я сломаюсь.
Я хотела что-то сказать, но не смогла. Я думала об отце, которого отнимаю у его малолетних детей. Я вспомнила, как маленький Килорн рыдал, когда узнал о смерти отца. Он был совсем малышом.
— Прошу нас извинить, но леди Марина еще не привыкла к придворным увеселениям. Мы на минуточку.
Голос Мейвена прозвучал как бы издалека. Прежде чем я успела еще раз взглянуть на приговоренного к смерти главу семейства, принц увлек меня в сторону. Кое-кто, включая Кола, провел нас глазами. Я споткнулась, но Мейвен, поддержав меня, потащил на балкон. Обычно свежий воздух действует на меня ободряюще, но я весьма сомневалась, что на этот раз это поможет.
— Дети, — вырвалось у меня. — У него есть дети.
Мейвен меня отпустил, и я ударилась о перила. Принц не отступил. В лунном свете его глаза искрились льдом. Мейвен неотрывно сверлил меня взглядом. Он обнял меня за плечи, поймав таким образом в ловушку и заставив выслушать его.
— Рейнальд — тоже отец семейства. И у полковника Макантос есть дети. Птолемей обручен с девушкой из дома Хейвен. У всех у них есть кто-нибудь, кто будет их оплакивать…
Слова давались ему с трудом. Было видно, что и он мучается.
— Мы не можем позволить себе привередничать, Мара. Мы должны делать то, что должны, не задумываясь о цене.
— Я не могу…
— Думаешь, мне легко? — приблизившись ко мне на расстояние не больше дюйма, прошептал Мейвен. — Я их всех давно знаю, и это предательство сводит меня с ума, но я должен, обязан это сделать. Подумай о том, сколько жизней спасут их смерти. Представь всех тех людей… Твоих соплеменников, которые спасутся… Выживут… Мне казалось, что ты это уже поняла!
Принц смолк и зажмурился на пару секунд. Когда Мейвен совладал с собой, он поднес руку к лицу и дрожащими пальцами провел по щеке.
— Извини, я… — Голос его дрогнул. — Ты, быть может, не в состоянии понять, куда приведет нас эта ночь, но я-то знаю… Я уверен, что после сегодняшнего нас ждут кардинальные перемены.
— Я тебе верю, — прошептала я, беря его за руку. — Мне просто не нравится то, как эти перемены придут в наш мир.
За нашими плечами, в бальном зале, очередь желающих обменяться с нами рукопожатиями практически сошла на нет. Время приветственных речей и рукопожатий закончилось.
Праздник начался.
— Так должно быть, Мара. Я уверен в этом. Мы должны это сделать.
Моя душа страдала, а сердце истекало кровью, но я покорно кивнула головой.
— Ладно.
— С вами все в порядке?
Вопрос Кола показался мне излишне громким и каким-то чужим. Откашлявшись, коронный принц ступил на балкон. Взгляд его остановился на моем лице.
— Мара! Ты готова?
— Да, готова, — вместо меня ответил Мейвен.
Вместе мы удалились от перил балкона, от ночи и последнего лоскутка тишины, который, возможно, будет в нашей жизни. Проходя под арочным сводом, я почувствовала призрачное прикосновение к руке. Кол. Обернувшись, я взглянула на протянутые ко мне пальцы. Принц вперил в меня свой взгляд. Его глаза показались мне темнее, чем когда-либо прежде. В глубине их кипели эмоции, природу которых я не понимала. Но прежде, чем Кол заговорил, рядом с ним вынырнула Евангелина. Когда Кол взял ее за руку, я отвернулась.
Мейвен вел нас к свободному месту посередине бального зала.
— Сейчас будет легче, — желая успокоить меня, произнес он.
Меня немного отпустило, я перестала дрожать всем телом.
Первый танец принадлежал нам. Два принца и их невесты должны были танцевать на виду у всего двора. Очередная демонстрация силы и могущества: две победившие девушки танцуют на виду у всех проигравших семейств. Пожалуй, танцы были последним, чем мне хотелось сейчас заниматься, но я решила пострадать ради нашего общего дела. Когда зазвучала ненавидимая мною электронная музыка, я сразу же узнала ее.
Мейвен удивился, видя, как я принимаю необходимую позицию.
— Ты тренировалась?
С твоим братом.
— Да.
— Ты полна сюрпризов, — найдя в себе силы улыбнуться, произнес Мейвен.
Рядом Евангелина с помощью Кола заняла свое место. Они выглядели как король и королева — чопорные, холодные и красивые. Когда глаза коронного принца встретились с моими, пальцы его сомкнулись на руках Евангелины. Тысячи чувств обрушились на меня. Ни одно из них не было приятным, но я выдержала и только прижалась плотнее к Мейвену. Принц глянул на меня сверху вниз. Его голубые глаза расширились. Музыка накрыла нас. На расстоянии нескольких футов Кол начал танцевать, ведя за собой Евангелину. Именно этому танцу он обучал меня по ночам. Танцевала Евангелина куда лучше меня. Сама грация и дикая красота. Я почувствовала, что падаю.
Мы повиновались музыке, окруженные безучастными наблюдателями. Теперь я узнавала эти лица. Я знала названия их домов, их цвета, способности и историю. Я понимала, кого следует опасаться, а кого жалеть. Они смотрели на нас голодными глазами, и я знала природу этого голода. Они думают, что мы будущее… Кол, Мейвен, Евангелина и даже я. Они думают, что смотрят на короля и королеву, принца и принцессу. Но этому будущему я помешаю…
В моем идеальном мире Мейвену не придется скрывать доброту собственного сердца, а мне — врать о том, кем я являюсь на самом деле. У Кола не будет ни трона, ни короны. А эти люди не смогут прятаться за высокими стенами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
