нас. Но с другой, я так сильно боюсь повторения… Того, что Альп может снова отвернуться от меня …
Однако сейчас все разумные доводы улетучиваются, от каждого прикосновения мужских сильных рук пробуждается невыносимое томление.
В карих глазах вспыхивает настоящий огонь, когда ночная сорочка спадает к моим ногам, оставляя меня обнаженной.
— Ты прекрасна.
Тяжело сглотнув, я делаю глубокий вздох, бросая взгляд вниз. На натянувшуюся ткань штанов в зоне паха Альпа, что так красноречиво демонстрирует степень его возбуждения.
Кожа покрывается мурашками. Собственная реакция пугает. Кажется, прошла вечность с нашей последней близости. Я совсем забыла эти ощущения, будто они были в далеком прошлом и не со мной.
— Черт… — Он наклоняется, притягивая меня к себе за талию. — Как же долго я этого ждал. Как же давно хотел…
— Чего? — Мой голос дрожит. Я не в силах сдерживать себя и собственные чувства. Они рвутся наружу, как вихрь.
— Тебя. Только тебя одну.
Его губы обрушиваются на мои. Пальцами он зарывается в мои волосы, прижимая к своему сильному телу, не оставляя ни единого шанса на отступление.
Альп подхватывает меня на руки и несёт к кровати. Аккуратно опускает меня на нее. Обводит горящим взглядом и начинает раздеваться сам. При этом не отрывает от меня глаз, которые с каждой секундой все больше чернеют, как расплавившийся темный шоколад.
А меня душат противоречивые чувства. Страх пускает корни.
— Дарина… — Его губы касаются моей шеи. Покрывают долгими поцелуями. — Чего ты боишься? Скажи…
— Ты знаешь, — сдавленно отвечаю я.
— Не бойся, слышишь? — говорит он. Смотрит в глаза, нависая сверху. Вижу, что сам на грани, но сдерживает себя. — Я тебя не обижу. Клянусь. Больше никогда.
Я киваю. Потому что верю. Верю ему беспрекословно. Теперь — да.
Обнимаю Альпа настолько крепко и отчаянно, что, кажется, из глаз вот-вот хлынут слезы. Я плачу сквозь смех, а он вдруг начинает спускаться вниз, покрывая поцелуями мою грудь, живот, ребра… Все, что попадается на пути.
Я рвано выдыхаю, но Альпарслан не останавливается. Его руки скользят по моему телу, оставляя горячие следы. Нежная кожа горит от пылких прикосновений. Горячая истома проходит от макушки до пят.
— Больше не будет никаких слез, Дари… Я позабочусь о вас, — обещает он, касаясь кончиками пальцев запретной зоны, и я закрываю глаза, позволяя ярким ощущениям управлять собой.
От переполняющих эмоций и сладостной агонии я выгибаюсь. Громкий крик рвется наружу, когда электрические разряды концентрируются внизу живота, взрываясь невыносимым фейерверком. Во рту становится сухо, словно я нахожусь в пустыне, и так жарко, что я вот-вот умру от жажды.
Я сжимаю пальцами простыню, глотаю ртом остатки воздуха.
А уже в следующий момент Альп оказывается внутри меня.
— Люблю тебя, — шепчет он с надрывом, совершая первый толчок. Не перестает осыпать мое лицо поцелуями, будто пытаясь догнать сразу дни, месяцы, годы, которые мы провели в разлуке. — Люблю тебя, Дари… Слышишь?
Я киваю, позволяя ему окунать нас в порочное чувственное удовольствие… И Альп это делает. Жадно. Немыслимо долго. Неистово, ни на миг не выпуская меня из своих цепких рук.
И мне хочется не думать ни о чем кроме того, как просто быть с ним рядом. Наслаждаться тем, что мы дорвались друг до друга. Такие раненые, но ещё несломленные. Вместе.
Глава 41
Как же приятно просыпаться, чувствуя, как тебя ласкает любимый мужчина! Шепчет приятные слова… Я успела забыть эти ощущения. Однако Альп напоминает о них… старается изо всех сил. Я вижу, как он смотрит на меня: иначе, не так, как пару лет назад. С теплом, с неким сожалением за потерянное время и любовью, которую он теперь показывает каждый день.
— Проснулась?
Хриплый ото сна голос вызывает на коже табун мурашек. Сильные руки мужа обхватывают мою талию.
— Проснулась. — Обернувшись к нему, заглядываю в темные глаза. — Каан…
— Он спит, — не даёт Альп договорить. — Я только что был в детской, — улыбается он. — Воды выпил и сразу же заснул.
— Он любит воду и сок. — Я касаюсь пальцами колючей щеки мужа. — Какой час? Нам на работу не пора?
— Пора. — Уткнувшись в мою макушку носом, Альпарслан вдыхает аромат моих волос. — Дарин, я хочу с тобой поговорить. Знаю, что повторяю это почти каждый день, но скажу ещё раз…
— Не начинай снова.
— Просто хочу, чтобы ты полностью мне доверилась. — Целует в лоб. — Все проблемы остались в прошлом. Все враги за решеткой. Нас никогда никто не тронет, не полезет в нашу жизнь, не сможет разрушить нашу семью. Я никому не позволю это сделать. Даже своим родителям не позволю вмешиваться, что бы там ни было. Ты же веришь мне?
— Верю, — честно признаюсь я.
— Дарин…
— Альп, я тебе верю. Ты говоришь эти слова почти каждый божий день. Говоришь их своими поступками. Я же вижу все… Прекрати уже. Раз мы решили начать с чистого листа, давай начнем с сегодняшнего дня. Не будем вспоминать о прошлом. Договорились?
Вместо ответа Альп впивается в мой рот глубоким поцелуем. Его язык заставляет меня разомкнуть губы, проникает внутрь. Муж целует жадно, голодно, будто всю ночь это не делал. Его руки скользят по моему телу. Гладят кожу, иногда грубовато стискивают.
— Очень хочу тебя, — говорит он хрипло.
Раньше Альп не позволял себе откровенных слов. Он просто брал свое. Целовал, спал со мной, но никогда я не слышала таких выражений. Признаний…
Сейчас он совсем другой. И на работе всё говорит как есть — обсуждает со мной каждую мелкую деталь. И дома точно так же. Порой кажется, что это сон.
Единственное, в чем я ему не могу признаться, — так это рассказать про Альмиру и Руслана. Я больше недели хочу хоть как-то на это намекнуть, но мне становится страшно. Ведь мы только нашли общий язык. Никто к нам не лезет, никто не портит настроение, никто не напоминает о прошлом. А если я расскажу… Все начнется сначала.
Альп говорит, что все враги за решеткой… Но если он узнает, что натворил Абрамов… он просто убьет его. А я не хочу новых разборок.
Боже, и как сделать так, чтобы не произошло ничего страшного? Альмира беременна — это знаю только я. И она влюблена в Руса до безумия. Не знаю, как быть…
— Если ты не перестанешь… — выдаю я спешно, — то мы опоздаем на работу.
— Хотя бы душ вместе примем?
— Не откажусь, — отвечаю с улыбкой.
В ванной мы проводим около двадцати минут. В последнее время мы почти каждый день занимаемся
