— А мой взгляд, без одежды ты выглядишь гораздо привлекательнее, — рассмеялась волшебница.
— Советую и тебе прикрыть наготу, — вымолвил северянин. — Не удивлюсь, если сейчас придет Тарих. Он очень печется о твоем нравственном облике. Королева Фессалии должна быть чиста и непорочна.
— Я женщина, — с грустью заметила Селена. — Мне всего двадцать пять лет. Красивые мужчины будоражат мою плоть… Скорбеть всю оставшуюся жизнь об Эдрике глупо. Я так часто нуждаюсь в ласке и участии…
Варвар приблизился к волшебнице, сел на край постели и обнял женщину за плечи. По щекам королевы текли слезы.
— Не надо плакать, — постарался успокоить ее киммериец. — Вдруг мы еще увидимся?
— Через сколько лет? — всхлипывая, проговорила Селена. — Через пять? Десять? Двадцать? А, может, боги никогда не дадут нам второго шанса… Я люблю тебя, Конан. Безумно люблю. Расставание разрывает мне сердце. Но я не смогу ждать вечно…
— Понимаю, — тяжело вздохнув, сказал северянин. — Мы не можем требовать друг от друга клятвы верности. У каждого из нас своя жизнь. А потому, предлагаю заключить сделку.
— Какую? — королева слегка отстранилась от варвара.
— Ты спишь с кем угодно, но не выходишь замуж, — произнес Конан. — Я тоже обещаю не жениться. Если лучезарный Митра смилуется над нами и позволит соединиться навечно, препятствий не будет…
— Хитрец, — ласково улыбнулась волшебница. — Ты ведь не пропускаешь ни одной женщины, кроме тех, кто удрал на самую верхушку дерева… А когда станешь королем, то обязательно заведешь десятки наложниц. А я ведь ревнива.
— Я помню это, — рассмеялся киммериец, — а потому, мы в равных условиях. Вокруг тебя блестящие рыцари, и каждый почтет за честь разделить ложе со своей госпожой.
— В Фессалии распутство не поощряется, — возразила Селена.
— Не бывает правил без исключений, — проговорил северянин. — Красивая женщина редко остается в одиночестве. Народ тебя поймет.
— Пусть будет по-твоему. Я согласна, — вымолвила королева. — Тем более что другого выхода все равно нет. Я получила надежду на счастье и вновь потеряла ее… Как обидно!
Волшебница припала к груди варвара. Было просто заключить сделку на словах и трудно принять ее условия в душе. Сейчас Селена терзалась сомнениями: сказать Конану о Кристане или нет? Как поступит киммериец, узнав о сыне? Часто наемник ведет себя совершенно непредсказуемо — в этом и его сила, и его слабость. Наверняка такая новость обрадует варвара, но в то же время создаст северянину немало трудностей в будущем.
И все-таки женское самолюбие перевесило осторожность.
— Конан, — начала королева, — я хочу тебе сказать…
В дверь раздался тихий стук.
— Кто там? — нервно спросила волшебница.
— Госпожа, вы проснулись? — донесся голос служанки. — Прошу прощения, Ваше Величество, но к вам настойчиво просится валвилец.
— Ивон, — догадалась Селена. — Фессалийцы никогда не позволят себе потревожить королеву в спальне…
Киммериец утвердительно кивнул.
— Пусть немого подождет, — вымолвила женщина.
Селена быстро оделась, причесалась и умелым движением запахнула кровать. В отличие от трунсомцев, наблюдательный альв наверняка знает о близости волшебницы и чужестранца, но даже ему не следует лицезреть ложе королевы.
Получив разрешение, ученик жреца вошел в комнату. Низко поклонившись, валвилец с волнением в голосе проговорил:
— Ваше Величество, я только что узнал об отъезде Конана. Хочу заметить, это значительно ослабляет армию.
— Он еще здесь, — улыбнулась Селена
Юноша обернулся и встретил взгляд стоящего у двери киммерийца. Северянин расположился так, что из коридора его никто не мог увидеть. Лишние слухи правительнице Фессалии не нужны. Пусть все думают, что варвар исчез еще накануне.
— Так значит… — удивленно произнес альв.
— Нет, — прервал валвилца Конан. — Я действительно скоро уйду. Мне пора возвращаться в свой мир.
— Не совсем тебя понимаю… — растерянно сказал ученик жреца.
— Это неважно, — усмехнулся киммериец. — Ивон, я возлагаю на тебя ответственную миссию. Фессалия погрузилась в пучину войны. Вся надежда на помощь Валвила, а ты — главное связующее звено между королевой и Менхолом. Не бросай ее.
— Но я всего лишь альв, — возразил юноша. — Люди относятся ко мне недоверчиво и пренебрежительно. Рыцари не позволят мне даже приблизиться к Селене. После твоего исчезновения здесь многое изменится…
— К сожалению, — проговорил северянин, подходя к валвилцу, — гараны преданы правительнице лишь до тех пор, пока им не угрожает опасность. Скоро правителей обуяет жажда власти. Ведь при удачном раскладе можно заполучить не только одну-две провинции, а всю страну… Я опасаюсь очередного предательства. У королевы сейчас нет своей армии, и она опирается на копья трунсомцев и корнирстонцев. Инхам и Тарих довольно самолюбивы и горды.
— Но альвы не могут им противостоять, — заметил Ивон. — У Уфтина…
— И не надо, — варвар положил руку на плечо альва. — Главное, что вы существуете. Ни при каких обстоятельствах не покидайте Фессалию. Ты станешь личным советником Селены, она объявит об этом уже сегодня. Не спорь с рыцарями, не ругайся, только высказывай свое мнение.
— Я постараюсь, — неуверенно вымолвил ученик жреца.
В этот момент воздух в комнате удивительным образом засверкал и заискрился. Конана медленно окутывала небесно-голубая магическая дымка. Очертания киммерийца начали расплываться и исчезать…
— Обещай мне! — выкрикнул северянин.
— Обещаю, — выдохнул валвилец.
Фигура варвара была уже почти невидима. Женщина зарыдала и бессильно вытянула руки в сторону киммерийца. В последний момент она воскликнула:
— Конан, у тебя есть сын!..
Туман быстро рассеялся. В спальне остались лишь королева и Ивон. Стоя на коленях, Селена утирала слезы. Случилось то, что должно было случиться. Боги безжалостны. Возлюбленный исчез навсегда. Словно не замечая состояния волшебницы, альв восхищенно произнес:
— Это же настоящее чудо! Как ему удалось…
— Существуют силы, куда более могущественные, чем магия альвов или мое волшебство, — с трудом вымолвила королева. — Забудь то, что ты видел.
— Разумеется, моя королева, — проговорил ученик жреца.
Приведя себя в порядок, Селена покинула покои и направилась в главный зал трунсомского замка. Позади королевы шествовал Ивон. Сегодня состоится очень важное событие в жизни Фессалии: впервые в истории страны на должность советника будет назначен альв. Вряд ли это решение правительницы вызовет восторг у рьщарей, но возражать они не посмеют. Валвилцы — союзники, и оскорблять их недоверием будет слишком рискованно. Королева всегда знает, что делает…
