Она осторожно выскользнула за дверь и спустилась в холл. Лиззи проспит час, а то и дольше. Будет время выйти подышать. День был чудесный, хоть и холодный, но Маргарет нравился его бодрящий эффект.
Оказавшись на первом этаже, Маргарет удивилась, услышав из открытой двери кабинета Джеффри голос леди Торнборо:
– Позвольте, вы так ей и не сказали?
Маргарет остановилась, задаваясь вопросом, почему леди Торнборо не прошла наверх навестить внучку. Таков был обычный распорядок ее ежедневных визитов сюда. Все короткое время, что Маргарет знала леди Торнборо, пожилая дама скорее отталкивала ее своими властными и высокомерными манерами. Маргарет обдумывала, как незаметно выскользнуть из дома, не встретившись с ней, когда услышала голос Тома:
– Я еще пока не получил позволения Лиззи рассказать ей об этом.
О ком они говорят? О ней? Маргарет скользнула назад к стене, чтобы ее не заметили. Слуг поблизости не было, так что она могла слушать спокойно.
– Уж не хотите ли вы сказать, что Лиззи все известно, – возмутилась леди Торнборо. – В ее положении…
– Нет, – перебил Джеффри. – Мы все договорились, что сейчас ей не нужны новые заботы.
– Но, мистер Пул, – сказала леди Торнборо. – Я не понимаю, почему вы держите свою жену в неведении. В конце концов, теперь она член этой семьи.
Маргарет пришлось признать, что после этого замечания пожилая дама стала нравиться ей несколько больше, но это замечание заставило ее рассердиться на Тома. Он что-то скрывает от нее. Но что? И почему?
– Это не мой секрет, – настаивал Том. – Я пообещал Лиззи, что никогда никому не расскажу о тех событиях. Я не намерен нарушать это обещание, пока не получу ее разрешения сделать это. А пока мы должны ждать.
Том произнес это с непреклонностью человека, который много раз обдумывал проблему и всегда приходил к одному и тому же решению. Маргарет уже довольно хорошо знала Тома и понимала, что он достаточно упрям и если что-то решил, будет стоять на своем.
– А вы не боитесь, что Маргарет узнает что-нибудь на стороне и по оплошности скажет об этом Лиззи?
– Я держу ситуацию под контролем, – стоял на своем Том. – Спенсер не сделает ничего, чтобы подвергнуть риску свою позицию.
Спенсер! Маргарет это так потрясло, что она прислонилась к стене.
– Я сказал ему, что на подписание соответствующих документов уйдет некоторое время, равно как и на то, чтобы убедить Маргарет. Ему это не нравится, но он смирился. Он отчаянно хочет получить эту землю.
Все в этом разговоре для Маргарет не имело смысла, кроме одного: Том разговаривает со Спенсером. О ее земле.
– И все-таки не могу одобрить это, – сказала леди Торнборо. – Вы сильно рискуете. Если дело обернется скверно, скандал будет в десять раз больше. Вы должны быть осторожны.
Маргарет услышала, как кто-то поднимается по лестнице из кухни. Наверное, горничная несет чай. Маргарет совсем не хотелось, чтобы ее застали подслушивающей у двери. Она быстро выпрямилась, сделала глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, и живо вошла в кабинет.
– Добрый день всем, – сказала она. – С чем надо быть осторожным?
Она не думала, что ее неожиданное вторжение заставит новых родственников поделиться информацией, поскольку они только что договорились о секретности. Но попытаться стоило. Она ждала, ее сердце неистово колотилось. Наступила неловкая пауза. Все трое переглянулись, потом леди Торнборо сказала:
– Здравствуй, дорогая. Мы только что обсуждали здоровье Лиззи и то, как мы должны быть осторожны в эти последние дни перед родами.
– Да? – сухо сказала Маргарет.
– Да. Я только что говорила, что это обычная практика – брать в такое время в дом сиделку, – продолжала леди Торнборо, игнорируя нескрываемое недоверие Маргарет. – Я убедила лорда Саммервилла, что моя служанка Марта лучше всех подходит для этой работы. Ее бабушка была повитухой, и сама она присутствовала при многих родах.
– Так и есть, – подхватил историю леди Торнборо Джеффри. – Я согласен, это отличная идея. Как Лиззи, Маргарет?
– Она спит. Я спустилась вниз подышать свежим воздухом.
– Ты будешь рада помощи Марты, – в свою очередь, продолжил игру Том. – Мы требуем от тебя слишком много. Ты выглядишь усталой, мы не должны пользоваться твоей добротой.
У Маргарет не было слов, она могла только смотреть на мужа. Как она доберется до сути этого дела? Она открыла было рот, но Том сжал ее руку и быстро поцеловал в щеку.
– О, смотри, – сказал он, когда служанка и лакей вошли с тяжело нагруженными подносами. – Подали чай.
– Вы абсолютно уверены, что все в безопасности?
Маргарет сидела в конторе мистера Хотона. Она пришла сюда, как только смогла, все еще встревоженная разговором, который подслушала у Саммервиллов.
– Уверяю вас, ничего неблагоприятного не происходит, – сказал Хотон. – Если, как вы говорите, мистер Пул намеревается совершить передачу земли, вы знаете, что он не сможет продвинуться в этом деле, не придя ко мне.
– И вы сказали бы мне, если бы он пришел? – Маргарет внимательно присматривалась к своему поверенному в поисках малейших признаков, что он лжет ей.
Ее вопрос опечалил его.
– Как вы могли предположить, что я поступил бы иначе?
– Потому что законы нашей страны никогда не были благосклонны к женщине. Как мой муж, Том может, не считаясь с моими желаниями, найти способ обойти условия совместного управления землей?
– Уверяю вас, это будет весьма трудно. К тому же я немедленно предупрежу вас, если вашим землям будет грозить какая-нибудь опасность.
Поведение мистера Хотона и его уважительное отношение к Маргарет были такими же, как всегда, и она прониклась уверенностью стряпчего. Но слишком много вопросов осталось еще без ответов.
– Как вы полагаете, что означал тот разговор? – спросила она.
Поверенный откинулся в кресле, обдумывая вопрос.
– Трудно сказать. Я займусь этим делом. Задам несколько вопросов своим коллегам. Но в ближайшие несколько дней мало что смогу сделать. Вся работа встала до окончания похорон герцога.
Маргарет знала, что это так. Похороны герцога Веллингтона состоятся через два дня. Весь Лондон наводнен людьми, которые съехались отдать ему последний долг. Даже в контору Хотона Маргарет было трудно добраться, поскольку повсюду были бригады рабочих, устанавливающих трибуны для зрителей и ограждения вдоль пятимильного маршрута, по которому пройдет процессия. Она вздохнула:
– Полагаю, вы тоже будете присутствовать на похоронах?
