Карле всегда приходилось рвать календари на мелкие кусочки и покупать новые, дабы уничтожить улики Дики, которые могли быть использованы против него в судебном процессе.
То, что записывала Нелли, было, конечно, безопаснее, но и скучнее. Ее самой любимой фразой была следующая: «Отправилась потанцевать», а за ней следовала: «Пошла поспать».
Дуэйн подошел к календарю, чтобы узнать, как долго его семья собирается пробыть у Джейси. Он уже успел очень соскучиться по крошке Барбет.
Информационные сообщения на сегодняшний день были короткими. Утром Карла записала: «Пожелать Бобби Ли поскорее сдохнуть».
Позднее, перейдя с голубого маркера на темно-красную помаду, она вывела: «Прощайте, синьор, всего хорошего!»
Дуэйн решил, что это несерьезно. «Прощайте, синьор, всего хорошего!» было строкой из песни в стиле кантри, которая могла означать, что Карла снова в хорошем настроении.
– Тебе лучше снять эту одежду, а то ее потом не отстираешь, – сказала Минерва.
– Ты хочешь заняться стиркой прямо сейчас?
– Если эта грязь въестся, от нее потом не избавишься.
Дуэйн подошел к холодильнику и вынул из него пирог с заварным кремом.
– Я успею съесть этот кусок? – спросил он.
– Начальники, которые работают на промысле, только обманывают себя, – сказала Минерва. – Тебе нет смысла притворяться молодым. Ты уже не молод.
Дуэйн сел и съел остаток пирога. Он догадывался, что делает это без благословения Минервы, но, с другой стороны, если сидеть и ждать благословения женщины, можно умереть с голоду. Подкрепившись, он встал, скинул одежду у стиральной машины и направился в ванную. Выдалась прекрасная ночь, и темное небо было усыпано яркими звездами.
Как ни странно, на веранде лежал на спине Бобби Ли в окружении аккуратно расставленных банок из-под пива. Дуэйну пришлось переступить через них, чтобы забраться в ванную. Глаза Бобби Ли были открыты, но Дуэйна он не видел в упор.
– Бобби, ты пьян вдрызг?
– Пьянее не бывает. Как хорошо надраться до бесчувствия!
Дуэйн блаженно погрузился в горячую воду. Где-то вдали мелькнули фары приближающейся машины. Минут через пять машина свернула к холму и подъехала к дому.
– Карла пытается уничтожить нашу любовь, Нелли и мою, но у нее ничего не выйдет, – сообщил ему Бобби Ли. – От меня не так-то легко отделаться.
– Я так и передам ей, – сказал Дуэйн, выбираясь из ванной.
– Смотри не свались в один из этих бассейнов, а то утонешь, – предупредил он. – Ты настолько пьян, что даже не поймешь, когда очутишься в воде.
– Надрался до бесчувствия, – радостно согласился Бобби Ли.
Дуэйн пошел в спальню крошки Барбет, но там ее не оказалось.
В их спальной комнате сидела Карла, положив старый номер «Плейгерл» на колени, но не читала.
– Знаешь, – сказал ей Дуэйн, – у Джейси теперь не только наша собака, но еще и наши ребята.
– Да… – согласилась Карла. – Я думаю, что ей хорошо от того, что они рядом.
– А что тебя пригнало назад? – спросил он. Карла немного грустно посмотрела на него и тихо ответила.
– Я собиралась остаться там, но потом поняла, что соскучилась по своему мужу.
Дуэйн лег рядом и заключил жену в объятия. – Я по тебе тоже соскучился, милая.
ГЛАВА 47
На следующее утро Дуэйн решил серьезно поговорить с Дики. Он сел на веранде и объявил о своем решении Карле. Бобби Ли пропал в одной из многочисленных комнат для гостей, но ни у кого не было сил искать его.
– Если он выберется из лабиринта комнат, уговори его, чтобы он не бросал Каролин, – сказал Дуэйн. – Каролин мне нравится.
– Мне она тоже нравится, – призналась Карла. – Тем более она не должна гробить себя из-за Бобби Ли.
– Если уж вышла замуж или женился, то оставайся с тем человеком на всю жизнь, – заметил Дуэйн.
– Зачем? – спросила Карла.
– Я не знаю, зачем, – признался Дуэйн. – Я всегда считал, что так заведено.
– Отлично, ты можешь оставаться со мной на всю жизнь, – проговорила Карла, дуя на кофе. Джейси утверждает, что Дики – самый сладкий из мальчиков, которых она когда-либо знала, – прибавила она.
– Как она с ним познакомилась?
– На почве марихуаны, – ответила Карла. – Крысенок начал продавать ей травку в первую же неделю после того, как она прибыла сюда, а нам – ни слова.
Карла была чем-то озабочена, Дуэйн тоже выглядел кисло, хотя накануне они провели целый час, полный счастья… как в прежнюю золотую пору. Проснулись они бодрыми и веселыми, но бодрость и веселье давались им с трудом.
– Ты чего такая кислая? – спросил он жену.
– Потому что я дошла до точки, – пожав плечами, ответила Карла.
– До какой еще точки?
– Мужчины меня боятся, – пожаловалась Карла. – Им не нравится, что я элегантная.
Она помолчала, потом сердито прибавила:
– Проклятье! Им, кажется, даже не нравится, что я симпатичная. Я не могу понять, что им больше не нравится: что я элегантная или симпатичная?
– Знаешь, ты и то, и другое.
– Я это знаю, но дойти до точки означает, что мужчины вроде бы хотят меня, но и шарахаются от меня в сторону.
Дуэйн протянул руку и принялся массировать шею и спину жены. Ее мускулы были тверды как камень.
– Меня не пугает, что ты элегантная и симпатичная. Я даже рад, что ты элегантная и симпатичная.
Карла откинула голову ему на руку.
– Очень хорошо, Дуэйн. Ты единственный, кто не разочарован во мне. Вот почему я вышла за тебя замуж, и вот почему я до сих пор остаюсь с тобой.
Он тер ей шею, пока она не стала мягкой, после чего оделся и направился в Уичита-Фолс проведать Дики.
Дики лежал на тахте без рубашки и читал толстую «Всемирную энциклопедию».
– Что тебя заинтересовало? – спросил он сына.
– Италия, – ответил Дики. – Может быть, я переберусь туда.
– Зачем? Разве здесь мало наркотиков? – спросил Дуэйн, чувствуя, как злость закипает в нем. Это было неблагоразумно, и он постарался взять себя в руки. Что криминального в чтении энциклопедии, даже если хочешь отправиться в Италию, но ему страшно хотелось схватить парня за шиворот и хорошенько встряхнуть.
– Наркотики тут не при чем. Просто мне надо сбежать от Билли Энн, – ответил Дики, не поднимая глаз.
– Ты только что женился на ней, – напомнил ему Дуэйн.
– И сделал самую большую глупость в жизни.
Дуэйн почувствовал, что не может справиться с нарастающей злостью. Она, словно пена из полного стакана пива, грозила вылиться наружу. Пока не поздно, надо слизывать ее языком.
В следующее мгновение он вышиб книгу из рук Дики и рывком поднял его с тахты. Дики удивился, он быстро пришел в себя и увернулся от отца, застав его врасплох. Дуэйн хотел достать сына кулаком, но в результате очутился на полу. Первым его достал Дики. Дуэйн быстро вскочил, но Дики схватил отца и вытолкал его за дверь. Очутившись во дворе, Дуэйн понял, что дерется с собственным сыном… и к тому же проигрывает ему по всем статьям. Он еще размахнулся пару раз, но оба удара не достигли цели. Дики был слишком проворен. Дуэйн устал, хотя схватка длилась не больше одной минуты. Он взглянул на Дики и увидел, что сын плачет, не разжимая кулаков.
