Лотт беспокойно заерзала на постели.
– Я еще не видела папу. Он приходил сюда?
– Нет, он не был с тех пор, как привез тебя сюда.
– Папа не любит больных. Он считает, что все болезни от слабости. – Лотт вздохнула. – Ты знаешь, он в своей проповеди говорил о холере. По его убеждению, это Бог ниспосылает людям кару за их грехи. Наверное, он и про меня так думает. Теперь он догадается, что у нас с Морганом был роман, и совсем сживет меня со свету. – Она вдруг замолчала, внимательно глядя на Кэт. – Но это не так, правда? Холера – вовсе не кара за грехи. Ты же не заразилась.
– Что? – Кэт наконец догадалась, что Лотт имеет в виду, хотела было разозлиться, но вдруг заулыбалась. – Да, ты права, я не заразилась. Значит, твой отец не прав. Верно?
Она засмеялась, Лотт подхватила. Когда Энтони вошел в каюту, обе девушки обнимались, заливаясь веселым смехом.
Через два дня из клиники выписались последние холерные больные, в том числе и Лотт Прайор. Кэт сидела на палубе, наслаждаясь бездельем. Ни одного пациента! Она уже не надеялась на такое счастье. Вдруг Кэт поняла, что сидит без пальто и не мерзнет. Была середина марта, дул теплый ветерок.
Зима кончилась. Скоро откроют шлюзы и снова наполнят Эри водой. Но эта мысль не радовала, а, наоборот, ввергала в отчаяние. Их баржи больше нет, как нет денег на покупку новой.
Глава 18
Когда Морган добрался до Эри, была весенняя оттепель. Работники канала уже трудились вовсю. Они ходили по бечевнику, покрывая по десять миль в день, и смотрели, не осталось ли после зимы опасных участков, оползней на берегу.
На канале работали так называемые «туманные бригады» – первые суда, вышедшие на Эри после того, как растаял лед и главное русло заполнили водой. Они чистили канал от мусора. Морган заметил, что уже вышли на промысел «обдиралы» – грузовые агенты, которые за отдельную плату доставали груз для барж. Мик рассказывал Моргану, что они с дочерью не пользовались их услугами. «Эти агенты заламывают непомерные цены, парень. Недаром же их прозвали обдиралами. На канале те, кто умнее, сами ищут себе грузы».
Морган искал ирландца, надеясь встретиться с ним без Кэт и поговорить наедине. В Буффало он слышал, что баржа «Кошечка» зимовала в Олбани. В другом месте ему сказали, что «Кошечка» сгорела вскоре после его отъезда в Пенсильванию. Этот слух подтвердил встретившийся ему на тропе работник канала, когда Морган ехал на лошади вдоль берега. Это было в нескольких милях к западу от Олбани.
– Ага, баржа Карнахэнов сгорела незадолго до Рождества, – сказал прохожий. – Говорят, кто-то забрался на судно и устроил погром. Это похоже на правду, потому что старик Карнахэн пролежал больным почти всю зиму.
Морган напрягся.
– А Кэт... Кэт Карнахэн не пострадала?
– Нет, про это я ничего не слышал.
– Где они сейчас?
– Говорят, они живут на борту плавучей клиники доктора Мэйсона.
Морган сидел в седле, не зная, что предпринять. Первым его порывом было повернуть лошадь на запад и скакать своим путем. Выехав из Нового Орлеана около месяца назад, он хотел добраться берегом Миссисипи до Миссури, а потом скакать вдоль реки на запад.
Но, добравшись до Сент-Луиса, Морган передумал. Черт возьми, он все еще любил Кэт Карнахэн! Может, стоит попробовать еще раз? Может, она все-таки выслушает его и простит? Правда, он не понимал, за что его надо прощать. Проклятие, да что он такого ужасного сделал? Ну, обманывал ее, говоря, что потерял память, но разве можно за это так жестоко карать?
Теперь он узнал, что Кэт живет на судне Энтони Мэйсона.
– Кэт и доктор Мэйсон женаты? – спросил он у прохожего.
– Про это я не слышал. Как я понял, она работает у него медсестрой.
Медсестрой? Морган проглотил язык от удивления. Работник канала ушел. «А собственно, чему я удивляюсь? – спросил себя Морган. – Кэт – женщина способная. Да, из нее могла получиться отличная медсестра».
Ну что ж, проделан такой путь, не поворачивать же назад, решил Морган и, дернув поводья, поскакал по бечевнику. Деревья уже покрывались листвой, на канале царило оживление. Въехав в пригород Олбани, Морган начал высматривать на канале плавучую клинику. Тут до него дошло, что он даже не знает названия этого судна. Он остановился и у первого встречного узнал, что клиника доктора называется «Парацельс» и что стоит она совсем рядом.
Морган спрыгнул на землю и остаток пути прошел пешком, ведя лошадь под уздцы. Увидев судно, он растерялся. Как быть? Просто подняться на палубу и поздороваться с Кэт? Если б можно было сначала поговорить наедине с Миком...
Тут все решилось само собой. Морган увидел, как Мик Карнахэн один сошел с судна, спустившись по трапу на причал. Морган, стоявший всего в нескольких ярдах от него, негромко позвал:
– Мик?
Услышав свое имя, Мик остановился и обернулся.
– Это Морган, Мик. Морган Кейн.
Лицо Мика просияло.
– Морган! Боже мой, как я рад тебя видеть! – пробасил он.
Морган замахал на него руками.
– Не так громко! Мне бы хотелось поговорить с тобой, пока твоя дочь не знает о том, что я здесь.
– О, Кэтрин будет также рада тебя видеть!
– Да? – сухо спросил Морган. – После ее прощальных слов я в этом не уверен.
– Ну, ты же знаешь ее характер...
– О да, знаю.
– Но Кэтрин отходчивая. Наверняка она уже не сердится.
– Это она тебе сказала? Мик растерялся.
– Ну, вообще-то нет.
– Тогда я не хочу рисковать. Сначала поговорим. Где здесь ближайший трактир?
– Я уже не пью, парень. Знаешь, я исправился, – сказал Мик и поспешно добавил: – Правда, я никогда не был таким уж горьким пьяницей.
– С одной кружки пива ничего не будет, Мик. – Морган взял его за руку.
Оба мужчины заказали в полупустом трактире по кружке пива и, сев за столик, посмотрели друг на друга.
– Господи, парень, как же я по тебе скучал! – Мик хватил ладонью по столу.
– И я тоже по тебе скучал, Мик.
– Тогда почему же ты уехал и бросил нас? – возбужденно спросил ирландец, перегнувшись через столик. – Я хотел, чтобы ты мне все объяснил, но ты не стал со мной разговаривать!
– Понимаешь, Мик, тогда я считал, что лучше молчать. Все равно Кэт осталась бы при своем мнении. Но сейчас... – Он пожал плечами. – Сейчас я могу и даже должен все тебе объяснить.
Морган вкратце рассказал Мику, зачем он приехал на Эри, и чем закончилось его расследование.
– Но что же ты раньше молчал, парень? Представляю себе, какую огромную работу ты проделал!
– Пойми, Мик, мне надо было соблюдать секретность. Я боялся... – Он смущенно замолчал.
Мик уставился на него.
– Боялся, что я по пьяни растреплю о твоей работе, так? Что ж, ты был прав. – Он поднял руку. – Когда я пьян, я чертовски много болтаю. Но ты мог все рассказать Кэтрин.
