Эйб и я вышли в свежую и холодную ночь, усеянную звездами, и направились к гостевому жилью.
– Так, – сказал он. – Чему я обязан наслаждаться твоим обществом?
– Компоненты, которые ты достал для меня. Один из них – моройская кровь.
– Она была в твоем списке, хотя это показалась мне странным, – ответил он. – В смысле, я понимаю, что обычно она присутствует в чернилах алхимиков, но в нашем сегодняшнем деле у нас уже был специальный образец крови. По сути, это своего рода точка.
Умный Эйб. Ничто не проскользнуло мимо него.
– Она зачарована? – спросила я.
– Нет. Ты не оставила никаких других указаний, так что я просто получил обычный образец. Опять же, так как мы не создаем стандартные чернила, я не думал, что это необходимо. В любом случае я не знал, какое именно принуждение ты хотела.
– Ты когда-нибудь делал это? – это был тот самый момент. Эйб ни за что не подумал бы, что мой вопрос являлся гипотетическим. – Накладывал заклинание принуждения для алхимиков?
Тишина. Да, он знал, что что-то надвигалось, но не мог связать все вместе.
– Нет, не делал. Хотя я и понимаю принцип. Четкое прямое заклинание принуждения, поддерживающее свободу действий и групповую преданность.
– Довольно просто, – повторила я. Это было приуменьшением.
Он усмехнулся:
– Для пользователей земли – да.
– Значит, ты сможешь это сделать, хотя никогда не пробовал? Ты можешь сделать это на этом образце?
– Я могу ... – Мое здание уже появилось в поле зрения, и он остановился.
– Мисс Сейдж, позвольте мне убедиться, что я всё понял верно. Ты просишь меня наложить принуждающее заклинание на образец крови, который у тебя есть. И то, что ты явно не просишь – но желаешь – чтобы я не говорил ничего другим алхимикам.
Я пнула ветку дерева сапогом. Недавний ураган, должно быть, смел их, потому что они были разбросаны на квадрациклах и пешеходных дорожках.
– Вы слишком умный, для вашего же блага.
– Как и ты. Что и делает это целиком и полностью увлекательным. И дай-ка угадаю. Ты не перевозишь дополнительные ингредиенты просто чтобы убедиться, что они возвращаются в справедливые руки алхимиков.
Его темные глаза предвещали беду в тусклом освещении.
– Кого ты пытаешься подчинить? Какого-то мальчика? Любовное принуждение почти никогда не работает.
– Нет! Ничего подобного. Мне просто нужно универсальное, готовое принуждение, как если бы вы делали это на обычных чернилах. Об остальном я позабочусь сама
– Ты позаботишься «об остальном», – сказал он, несомненно, довольный. – Остальное произойдет там, где ты активируешь магию, сделав укол, и будешь способна запечатлеть свой приказ на ком-то.
– Ты можешь это сделать или нет? – спросила я. Ветер дал о себе знать, слегка рассеивая снежинки на нас с соседнего дерева.
– О, я могу сделать это прямо сейчас, – сказал он весело. – Вопрос в том, что я получу взамен?
Я вздохнула:
– Я знала, что к этому все и придет. Неужели всегда нужно что-то взамен? Вы не можете делать что-то просто, чтобы быть милым?
– Дорогая моя, я делаю много вещей, чтобы быть милым. Чего я не делаю – так это не даю преимуществу ускользать сквозь пальцы. Как ты думаешь, я был бы там, где я нахожусь сегодня, бездумно раздавая вещи, которые могут привести к власти и знаниям?
– Власть и знание? – я отрицательно покачала головой. – Вы просите больше, чем я способна вам дать.
– Объясни мне, почему ты заинтересована в обезвреживании татуировки, и это будет знание. Более чем достаточная оплата.
Я колебалась. Эйб не собирался продавать меня алхимикам, но никоим образом я не собираюсь посвящать его в предысторию повстанческого движения Маркуса. Это было крепко охраняемой тайной.
– Я не пытаюсь никого контролировать. Это часть эксперимента – чисто научного. Это правда. Помимо этого я не могу вам больше ничего сказать. Это часть знаний, которую вы можете знать. Но если вы хотите торговаться по какой-то другой оплате, будьте моим гостем. Давайте просто сделаем это там, где тепло.
Я вздрогнула и завернулась в свое пальто, пока Эйб обдумывал. Наконец, он тихо сказал:
– Я уже получил больше знаний, чем ты думаешь. Я знаю, что Сидни Сейдж, благодетель и любимец алхимиков, работает над подпольными делами, которые идут против указаний ее ордена. Это более, чем достойная плата. Дай мне свою кровь. Образец, я имею в виду.
Я опустилась коленями на землю и открыла ящик:
– Что вы собираетесь делать с этим знанием?
– Я не собираюсь объявлять об этом всему миру, если это то, о чем ты беспокоишься, – он остановился и засмеялся. – Но, конечно, это не так. Ты никогда бы не спросила об этом, если бы думала, что я сдам тебя.
Я нашла два закрытых флакона с моройской кровью и передала их ему. Мне был нужен только один, но я не хотела, чтобы другой пропал зря.
– Нет, – согласилась я. – Я не думаю, что вы расскажете обо мне. Я даже не думаю, что вы были шокированы.
– Я не в шоке. Удивлен, но не шокирован.
Он взял один флакон, и я смогла увидеть предельную концентрацию на его лице, когда он сосредоточился на нем. Я ничего не почувствовала с моими человеческими навыками, и этот тип магии земли прямо связывался с кровью, то есть не было никакого яркого всплеска огня или воды, которые можно увидеть от других элементов.
– Вот.
Он передал мне флакон и сосредоточился на другом.
– Вы не ответили на мой вопрос, – напомнила я ему.
– Потому что я не знаю, – сказал он несколько минут спустя. Я приняла второй флакон от него. – В конечном счете, я представляю, что это пройдет так же, как всегда.
– Себя?
– Моих близких.
Я потеряла дар речи. Это был не тот ответ, который можно было ожидать от Эйба «Змея» Мазура. Он сделал шаг вперед, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.
– Ты думаешь, я такой коварный манипулятор, мисс Сейдж? Это все для них. Прежде всего для моих близких. Уже потом для моих людей. И да, полагаю, я тоже замешан в этом, но не смей и на секунду подумать, что я бы не пожертвовал собой, если бы это смогло спасти тех, кого я люблю. И не смей думать, что я бы не сделал ужасные, чудовищные вещи, если бы они смогли спасти тех, кого я люблю. – Когда он отступил, я заметила, что не дышала все это время. – Удачи с твоими экспериментами. Дай мне знать, если я смогу еще чем-нибудь помочь.
Я смотрела, как он уходит в ночь, его слова произвели на меня впечатление. Когда он исчез в темноте, я вернулась к себе в комнату с ящиком. И там зловещая встреча с Эйбом стерлась из моей памяти, потому что я удивилась большим проблемам, которые обрушились на меня.
