– Да, дорогая моя, магия может творить чудеса. Но ты не переживай, специалистов моего уровня по бытовой магии немного. Основной массив – это унылые недоучки, которые сидят по башням круга и зубрят примитивные заклинания.
– Но… как? Ты же тоже всю молодость провел в круге? Откуда ты всё это знаешь?
– Как говорит одна древняя и мудрая пословица, голь на выдумки хитра, а желание выжить и вкусно поесть вызывает у умного человека нежелание показывать свои возможности.
– Но мы ведь бдительно следим!
– Да чего вы видите? Ваша бдительность только вредит. Посмотрите на Григория – он же идиот. Загляните в его глаза – вы разве найдёте там хотя бы крупицу ума? Сомневаюсь. Он не только настроил против себя магов круга до такой степени, что они восстали, так ещё и своих людей потерял по глупости. А храмовник для мага должен быть другом и товарищем в борьбе с общим злом, а не надсмотрщиком. Тогда дело пойдёт на лад. А не как сейчас – к бунтам и взаимному истреблению.
– Это не нам решать!
– Не вам? Возможно. А я для себя всё давно решил. Тем более что власть церкви Света не распространяется на орден серых стражей, и мы можем вполне полноценно развивать и использовать магию без вашего контроля. Ну же, не злитесь. Тот факт, что я вообще сюда пришёл и помогаю вам, говорит о том, что мы можем сотрудничать.
– С такими мыслями вам будет легче сотрудничать с магистрами империи, чем с церковью Света.
– Однако я здесь. Следовательно, вы ошибаетесь. Просто убавьте фанатизма, добавьте больше здравого смысла, и у нас всё получится.
За такими пререканиями, под ехидные усмешки ведьмы, получилось разобрать достаточное окошко в кладке, чтобы сквозь него стал пробиваться свет. Изнутри шёл спёртый воздух, с хорошим букетом классических физиологических запахов. Как они там сидели, одному демону понятно.
– Леора! Ты тут? – крикнул Дален в дыру кладки.
– Кто это? – отозвался слабый голос.
– Дален. Как вы тут сидите? У вас же дышать нечем!
– А что ты здесь делаешь?
– Вместе с храмовниками отбиваю башню у демонов. Этот этаж уже чист. Сейчас мы сделаем дырку больше, и сможете выйти. Кто это вас так замуровал?
– Да мы сами и замуровались. Ты даже не представляешь, какой ужас там творился.
– Кто ещё кроме малышей у вас есть?
– Винн, Ниал и Нерия.
– Нерия? Какая ещё Нерия?
– Нерия Суран. Она проходила истязание через месяц после твоего отбытия. Совсем молодая, но талантливая эльфийка.
– Хорошо. А как там Шарик поживает?
– Он погиб.
– Как?
– Его камнем придавило.
Дален хмыкнул.
– Что, дети испугались, и вы его прибили?
Леора замялась:
– Да… пришлось…
– Не переживай, всё нормально. Его всё равно отсюда было не забрать. Давайте, подходите все к проему, здесь воздух свежей. Мы еще немного повозимся, и вы сможете пролезть наружу.
Через пять минут в проход метр на метр полезли детишки, которых принимали храмовники и отводили на первый этаж. Грязные, исхудавшие, щурящиеся даже от факелов дети выглядели ужасно. Потом вылезла молодая, симпатичная и совершенно незнакомая эльфийка, которая тащила на себе совершенно бледную Винн. Оказывается, они тут уже две недели сидели на каких‑то крошках продовольствия, и старшая чародейка Винн жертвовала своей порцией для детишек, чтобы те протянули подольше. Лечить она умела хорошо, за счёт сделки с духом, но, увы, от голода лекарство только одно – еда, которую ни одним духом, каким бы он святым ни был, не заменишь. Последней с большим трудом вылезла Леора. Она была очень слаба и жутко истощена. Буквально кожа да кости. Но, в отличие от Винн, шла сама. Она скользнула мутным взглядом по Далену и удивлённо спросила:
– Видимо, голод порождает странные галлюцинации?
– Что‑то не так?
– Ты что, реально так разъелся?
– Хм… ну да.
– Поразительно. Я знала, что ты любишь поесть, но чтобы так… что вольные хлеба с людьми делают, эх… Кстати, а почему ты в доспехах?
– Чтобы не поцарапали. Давай, вылезай уже. Тебе нужно помыться и поесть. А то ещё коньки отбросишь ненароком.
– Что отброшу? – Даже в таком виде она умудрилась искренне удивиться.
– Умрёшь. Я не для того тебя спасал, чтобы ты умерла от голода у меня на руках.
– Вечно ты со своими странными словечками.
– Не ворчи.
Всего в хранилище было три взрослых мага и три десятка подростков и детей. Командор радовался этому хоть небольшому, но успеху. Хоть кого‑то живым получилось вытащить из этой бойни.
Прошло больше двадцати часов с начала операции по ликвидации «бандформирования Ульдреда», захватившего местное учебное заведение класса интернат строгого режима для одарённых детей. Все, включая кунари, были сильно измотаны, но держались. Тяжелее всего приходилось Морриган, которая находилась не только в опасной близости к храмовникам, но и не отличалась крепким телом, способным легко и долго терпеть «тяготы и лишения армейской жизни». Останавливаться не стали, так как командор посчитал, что нельзя было давать старшему чародею время на отдых и упускать инициативу.
В библиотечные этажи дверь была просто закрыта, так что её вышибли, опять же заморозив петли, и спокойно прошли дальше. Дален, продвигаясь вперёд, ожидал постоянно подвоха, но ничего не происходило. Даже никто не поджёг монументальные стеллажи с десятками кубометров пергамента, хотя это был бы совершенно очевидный шаг, особенно после того, как отряд углубился достаточно, чтобы не успеть вернуться в густом дыму. Однако всё было тихо. Лишь на последнем этаже книгохранилища, в картотечном зале их ждал какой‑то странный одержимый, который первым из всех противников решил с ними поговорить. На грани сознания у командора промелькнула мысль о том, что это мощный демон лени, и, на автомате сплетя «анальный шарик», Дален игриво помахал ручкой удивлённой мерзости:
– У тебя два варианта – или в Фейд, или полное рассеивание.
В ответ того перекосило и скрутило. Две минуты демон боролся, высасывая ману из бренной тушки мага, но в конце концов разразился проклятием и… рассеялся. А вместилище упало бездыханно на пол, приняв обратно нормальный человеческий облик. Как это ни странно, но столь могущественный демон выбрал для себя Кейли – дурную девушку, которая настолько боялась своего дара, считая его проклятием, что собиралась добровольно стать усмирённой. Получилась своего рода насмешка, вызвавшая у командора приступ смеха. Впрочем, сестра Диана и остальные лишь после объяснения Далена поняли курьёзность ситуации, дескать, какая тяжёлая у девочки была судьба, родилась дурочкой и умерла непотребно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
