– Но ты же не будешь рассказывать, верно?
– А если…
– Нет, сейчас такие дни, что этого «если» быть не может.
– Хорошо. Скажи, а почему ты решилась на это?
– Ты мне понравился. Как инквизитор я от тебя в шоке, так как такого могущественного мага я ещё никогда не встречала. Даже в Тевинтере. А как женщина я от тебя без ума.
– И что возобладает?
– А ты догадайся, – сказала она и игриво укусила его за сосок.
– И как же твой отчёт?
– Церковь Света в Ферелдене очень слаба, поэтому я постараюсь тебя выставить как силу, с которой нам выгодно иметь союз.
– Так ты за этим и прибыла?
– Конечно. И скажу тебе по секрету, мне как представительнице церкви очень понравился союз с тобой. – Она хитро улыбнулась. – Ты взял за сутки взбунтовавшуюся башню, не потеряв ни одного человека, а это дорогого стоит. Обычно осады длятся неделями, а при штурме мы теряем не меньше полусотни храмовников. А тут такой быстрый и решительный успех. Церковь это оценит.
– А Григорий? Вы собираетесь всё оставить по‑старому?
– Нет. Когда всё закончилось, я передала ему предписание явиться в Рим. Он уже отбыл и оттуда не вернётся. За те ошибки, что он совершил, Григорий понесёт наказание. Ты, наверное, не знаешь, но у ордена Храма есть в уставе внутренний раздел, с которым знакомят только офицеров. Так вот, согласно ряду статей того раздела, ему грозит трибунал инквизиции и смертная казнь либо пожизненное заключение в каком‑нибудь очень далёком Орлейском монастыре в качестве чернеца, который до конца жизни будет возить говно и гнуть спину.
– Кто будет назначен вместо него?
– Сэр Эзингер. Ты его не знаешь, однако он себя очень хорошо зарекомендовал в Тевинтерской миссии. Там у нас очень сложные отношения с магами, по большому счёту не находящимися в подчинении церкви. Поэтому нам приходится договариваться. К тому же ему даны весьма чёткие инструкции о том, что нежелательно делать.
– Хм. Но я же заберу всех магов!
– Для тебя у нас тоже есть предложение. У меня с собой патент, согласно которому ты назначаешься куратором этого круга. Ты так красиво пел Кассандре о том, что мы неправильно себя ведём в отношении магов, что святой престол решил посмотреть, что ты сможешь сделать на практике, а не на словах.
– Но… Твоя новость необычна.
– Конечно. Само собой, если твои действия приведут к беспорядкам, нам придётся вмешаться.
– И как значительны могут быть мои действия? Могу ли я, например, разрешить свободное посещение круга магов людьми извне? Или продумать механизм, согласно которому маги смогут покидать круг для путешествий или просто прогулок?
– Это как ты договоришься. Сэр Эзингер обладает довольно гибким мышлением и, думаю, будет не против того же свободного посещения.
– Хорошо, тогда я возьму в серые стражи одного или двух магов, а остальных оставлю при круге для развития. Что ты так на меня смотришь? Да, мне нужны маги, хотя бы ещё парочка. Как я иначе, по‑твоему, смогу отразить вторжение архидемона?
– Насколько я знаю, его пока отлично сдерживает организованная тобой оборона Лотеринга.
– Это временная мера. Он очень основательно готовится к штурму. Мои люди, побывавшие в этой деревне три недели назад, сказали, что, по слухам, он оснащает свою армию доспехами и осваивает метательные машины. Боюсь, что в ближайшие несколько месяцев ополченцам Лотеринга будет необходимо выдерживать грамотную осаду сильно укрепившихся войск архидемона.
– Сколько, по‑твоему, времени у них есть?
– Максимум полгода. Думаю, им нужно строить вторую линию обороны в полусотне шагов от первой. Хотя это лишь задержит взятие деревни. Архидемон по идее не будет начинать серьёзные боевые операции перед холодами, так как это затруднит снабжение продовольствием. Однако с весенним потеплением он должен развернуть очень бурную деятельность.
– Хорошо, я проинформирую преподобную мать Рима, чтобы она приложила все усилия к укреплениею Лотеринга. Впрочем, нам пора, а то мы слишком долго беседуем, мало ли что о нас ещё подумают.
– Если нас подслушивали, то твои стоны им будет сложно как‑то иначе понять.
– Нас не подслушивали. Но не будем их искушать.
– Хорошо. Подъём так подъём. Завтрак уже готов?
– Думаю, да.
– Луковица с куском хлеба и водой?
– Если пожелаешь. – Сестра Диана улыбнулась и стала натягивать платье.
После завтрака Далена пригласил к себе в кабинет Ирвин. Разрухи, которую ожидал увидеть командор, там уже не наблюдалось – за вечер храмовники и оставшиеся в живых маги постарались и отремонтировали всё, что было можно, а безвозвратно сломанное вынесли. Так что у старшего чародея было чистенько, хоть и несколько пустовато.
К приходу Далена Ирвин в небольшом чугунном чайничке заварил хороший, вкусный травяной отвар. Видимо, он планировал долгую беседу.
– Проходи, проходи. Присаживайся. – Ирвин указал на небольшое, но довольно удобное кресло, которое чудом не разломали во время восстания.
Командор пришёл без доспехов и стёганой куртки, а потому вольготно разместился на предложенном плацдарме. Впрочем, его одежда так цепляла глаз своей необычной выделкой в плане качества ткани и покроя, что Ирвин около минуты рассматривал своего бывшего ученика, прежде чем продолжить разговор. Даже более того, Далену пришлось его начать самому.
– Вы что‑то хотите у меня спросить?
– Да. – Ирвин снова задумался и секунд через двадцать молчания продолжил: – Кто ты?
– Простите? – Дален сделал удивлённо‑умное лицо, прикинувшись вежливым интеллектуалом.
– Ты ведь не Дален. На одержимого демоном ты тоже не похож. Я не понимаю, кто ты и откуда взялся.
– С чего вы взяли, что я не Дален?
– Не ломайся. Я знаю тебя с трёхлетнего возраста, когда тебя в башню принесла твоя тётя Лиандра Хоук.
– Какие у меня добрые и заботливые родственники.
– Твои… эм… родители твоего тела погибли, а присмотреть за ним было некому. У Лиандры и так было трое детей.
– Моё тело… Эко вы завернули. И что вам не нравится во мне?
– Ты настолько разительно изменился после истязания, что я поначалу подумал, что тобой завладел какой‑то очень могущественный демон. Пришлось даже пообщаться с владельцем местного домена.
– Вы разговаривали со Штирлицем?
– Да. Что за странное имя ты ему дал? И зачем?
– Мне нужно было его как‑то для себя обозначить. Не номер же ему присваивать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
