– У некоторых мужчин кожа и то лучше, – чуть не причитала она. – Вы что, никогда не смазываете кожу кремом на ночь?
– Папа побил бы меня палкой, если бы увидел жир на моем лице.
– Крем, – поправила миссис Эббот. – Жиром смазывают обувь. И посмотрите на ее плечи – они у нее белые, как полотно, а руки и шея, коричневые, как у индейцев. Где же найти такое платье, которое могло бы прикрыть ее с головы до ног?
Ферн и вообще не была о себе высокого мнения, но критические замечания миссис Эббот окончательно добили ее.
– Все не так плохо, как кажется, – сказала Роза, – нам надо придумать какой-нибудь высокий воротник и длинные рукава. Будем надеяться, что вечер будет прохладным.
– В июле прохладно не бывает, даже вечером, – сказала миссис Эббот.
– Что ж, на погоду я повлиять не могу, но с кожей можно будет что-нибудь придумать, – сказала Роза. Она взяла со стола кувшин, опустила палец в его содержимое и начала осторожно натирать кожу Ферн.
– Крем к ней не пристает, – воскликнула миссис Эббот. – У нее кожа сухая, как пергамент.
– Ничего, крема у меня много, – сказала Роза, снова погружая палец в кувшин.
Ферн позволила мазать и массажировать себя. Она знала, что толку от этого не будет. Даже если ей накраситься, как это делают девушки из салуна «Жемчужина», и то вряд ли поможет. Красивей она не станет.
– А теперь надо заняться волосами.
– Что? – воскликнула миссис Эббот. – Да это все равно, что расчесывать щетину.
– Сначала надо их вымыть, – сказала Роза. – Там сейчас, наверное, можно найти все, что произрастает в канзасской прерии.
– Я регулярно мою волосы, – протестовала Ферн.
– Я шучу, – сказала Роза. – После одного дня, проведенного в техасской чаще, надо потом долго отмываться.
Ферн не успокоило такое невыразительное извинение, но она послушно разрешила, чтобы ей вымыли волосы. Когда ей намылили голову, она предалась грезам наяву. Вот она в золотистом платье, окруженная мужчинами, которые добиваются возможности поговорить с ней, поднести ей какой-нибудь напиток или закуску, проводить ее до дома и попросить разрешения проехать с ней верхом.
Пока она решает, кому отдать предпочтение, появляется Мэдисон. Растолкав всех, он берет ее за плечи и обнимает. Не слушая громких возгласов изумления, он прижимает ее к себе так плотно, что ей кажется, что будто жар его желания вот-вот сожжет ее.
– Я думаю, нам надо только слегка из подрезать, – говорила Роза.
– Мне кажется, надо обрезать их покороче и сделать завивку.
– Нет! – воскликнула Ферн, с ужасом представляя, как появится на балу вся в завитушках. – Я никогда не обрезала волосы.
– Что, если мы соберем их в красивый пучок на твоей шее? – спросила Роза. – А, может быть, ты хочешь, чтобы мы их уложили на голове?
– Тогда она будет самая высокая женщина на вечеринке, – возразила миссис Эббот.
Ферн разрешила им делать с собой все, что они хотели, но волосы трогать не дала. Она не станет ни за что обрезать их, сколько бы неудобств они ей не доставляли. У ее матери были длинные волосы, а она всегда хотела быть похожей на мать.
– Жаль, что мы не можем обнажить твои плечи, – сказала Роза, – однако, кожа станет лучше, если ты не будешь проводить столько времени на солнце.
– К сегодняшнему вечеру она лучше не станет, – сказала миссис Эббот.
– Нет, к сегодняшнему вечеру не станет, – согласилась Роза со вздохом. – Но у меня есть жакет болеро, она может его надеть.
Ферн обедала в своей комнате, пока ее волосы сохли. Роза была с Уильямом Генри и Джорджем.
Ферн решила, что если для того, чтобы стать красавицей необходимо постоянно мыть голову, натирать кожу кремом до такого состояния, пока не становишься похожей на жирную свинью, и все время примеривать десятки сорочек, платьев и жакетов, то стоит только пожалеть таких юных леди, как Саманта Брюс. Ожидание было ужасно. Ферн страшно скучала. Она привыкла к подвижной жизни, а тут пришлось все утро просидеть в одном и том же кресле, не выходя из комнаты, и соглашаться со всем, что говорит Роза. Ферн сама любила командовать.
– А что это такое? – спросила Ферн, когда Роза и миссис Эббот вновь пришли к ней после обеда.
– Это корсет, – сказала Роза, имея в виду вещь, которую держала в руках, – его надевают под платье.
– Я его надевать не буду, – заявила Ферн, отталкивая от себя корсет. Она уже слышала о корсетах. Она даже видела их на девушках из салуна «Жемчужина». Иногда они расхаживали а одних корсетах на голое тело.
– Мы его не будем сильно затягивать, – сказала Роза. – Ты и так стройная.
– Я его не надену, – сказала Ферн.
– Но вечерние платья без него не носят.
– Нет, – сказала Ферн, поглядывая на корсет, как будто это был какой-то злой зверек. Она думала, что это варварское приспособление такая вещь, которая, как сказал бы Мэдисон, могла быть изобретена только в Канзасе.
– Я подержу ее, а вы накидывайте на нее корсет, – предложила миссис Эббот.
– Нет, – сказала Роза. – Она должна понять, что без него ей не обойтись. Иначе ничего не получится.
– А ты сама носишь такие вещи? – спросила Ферн Розу.
– В ее положении? – воскликнула миссис Эббот.
– Я бы ей не советовала.
– Я бы его надела, чтобы не казаться такой огромной, – сказала Роза.
– Но ты будешь носить корсет после того как родишь?
– Все женщины носят корсеты, – сказала Роза со смирением в голосе. – Без этого предмета нельзя прилично выглядеть.
(Если ты намерена идти на эту вечеринку, то полумерами не обойтись. Саманта Брюс носит корсет. И ты должна надеть корсет.)
Все оказалось не так ужасно, как думала Ферн. Она не испытывала особых неудобств в корсете, ее беспокоило только одно – она не могла в нем согнуться. На лошадь бы она не села в этой штуковине, это точно. И корову не смогла бы клеймить. Она не была уверена даже, что может вздохнуть полной грудью.
– А теперь пора сделать тебе прическу, – сказала Роза. – Это займет уйму времени.
– Она скоро поймет, что лучше бы ей обрезать волосы, – сказала миссис Эббот.
Ферн думала, что у нее не хватит терпения ждать, пока они сделают ей прическу, но обрезать волосы она им позволить не могла.
– Я думала, будет хуже, – сказала миссис Эббот, после того, как в волосах Ферн оказалось, на ее взгляд, не менее ста заколок.
– Да, получилось неплохо, – заметила Роза. – Даже не ожидала такого.
– Дайте мне посмотреть на себя в зеркало, – попросила Ферн.
– Сначала мы тебя полностью подготовим к балу, а потом посмотришь на себя, – возразила Роза.
Последние часы приготовлений были особенно тягостны. Время страшно тянулось. Ферн старалась утешать себя мыслью, что необходимо пройти через все эти испытания, чтобы хорошо выглядеть на вечеринке. Надо выдержать все ради Мэдисона.
