Не знаю, способны ли мои слова вернуть ей жажду жизни.
— Зачем тебе это? — её глаз не выражал ни одной эмоции, если конечно апатия — это не вид эмоции, нет это скорее отсутствие этих самых эмоций.
— Мне просто интересно, — в моих словах не было и намека на интерес. Думаю, она это уловила, поскольку в следующее мгновение искры злобы поднялись из глубин темных глаз монашки.
— Интересно ему… — она присела. Теперь её лицо отчётливо свисало над моим. Буквально несколько сантиметров. Её глаза. Даже с тем что мой взор бегает, я все равно отчетливо вижу её глаза. Презрение да столь глубокое что казалось мне сейчас плюнут в лицо.
— Я не знаю, — был дан ответ.
— Ха? Что это значит? — она не может определиться какую именно форму отвращения ко мне испытывает? Что ж, забавно конечно, если бы не было так печально. То, что её насиловали явно не придавало ей ясности.
— То и значит, я не знаю, как к тебе относиться, — не забываем, она близко. Её дыхание упирается в мой нос, и скажу я честно, оно холодное. Как будто холодный ветер обводил мое лицо. А ведь только из-за этого она не начинала вонять как бомжара из подъезда.
— Алиса ты меня все больше и больше поражаешь, — с хорошей или плохой точки зрения? Сам не знаю. Как бы я сам относился к себе если бы меня вдруг воскресили, а потом заставили бы работать. Скорее всего я затаил бы злобу. Я не знаю, что там за смертью, но возможно там не так уж и плохо, а тогда, я вернул её в этот ужасный мир.
«Что за хуйню я несу? Полный бред» я ещё жив. И все благодаря этому удачному воскрешению. Она сможет поддерживать меня в живом даже если мне оттяпают руку и оттуда фонтаном польется кровь.
— В смысле? — её вопрос.
— Не знаю, — я бы не простил того, кто меня воскресил и всеми силами пытался бы вернуть естественный порядок вещей. Мёртвый должен оставаться мертвым, не человеку менять природу.
А вот это и вправду была дельная мысль, вот только подожди природа, я ещё пожить маленько хочу.
— Ты все ещё хочешь умереть? — шипящий и кашляющий голос несомненно бы дрожал, когда бы я задавал вопрос.
— Да, если можешь я бы…
— Нет, не могу, — я думал она под состоянием аффекта хотела умереть, но видимо ошибался.
— Но ведь, когда все закончится я ведь больше не буду тебе нужна! Когда это произойдет, ты мог бы…
— Нет, не мог! — как бы я не пытался выглядит спокойно, иногда даже мне сложно совладать с эмоциями, ха-ха, прям МС подъехал, эй, кто заказывал тэг «Хладнокровный ГГ»? — я уже давно понял, эта охота на ведьм никогда не закончиться.
Стоит просто увидеть мой статус, стоит просто услышал о нем, впрочем, некоторым даже не нужно его видеть, все предельно ясно и без него. Это ведь не статус заставлял меня делать те ужасные вещи?
— Всю ту хуйню я сотворил своими руками и своим вмешательством. Я дебил, жирная свинья коим меня любят называть, это все моя вина! — с каждым словом, с каждым новым словом я говорил все громче и громче. — невинные люди… Матери и дети, они все умерли только из-за того, что я захотел спастись! Я разрушил тысячи семей, их улыбки радости и мечты ради себя! — от меня отдалились. Нечитаемым взглядом Алиса отдалилась от меня и отошла на несколько метров. Неспособный вертеть шеей я не мог больше видеть её.
— Алиса куда ты ушла?
— Я недалеко, тут побуду.
Хах, видимо я и вправду слишком многое сказал. Ещё несколько реплик и я бы заплакал как маленькая девочка. Тем не менее, это мое нытье ничего не меняет. Я не пытался как-либо перевести с себя стрелки, мол посмотрите какой я весь такой несчастный. Нет, я просто… хотел сказать это хоть кому-то. И самым лучшим в этом мире слушателем оказалась монашка.
«Исповедь» именно такая мысль пролетела в голове. Она же монашка интересно ей часто исповедались? Она никогда об таком даже не заикалась.
— Эдуард… ты ведь так называешь себя? — Алиса вновь появилась в поле зрения. На этот раз лишь легкий интерес, но ничего сверх этого, её глаза не несли.
— Да.
— Мы противоположны, в то время как я хочу умереть ты всеми способами пытаешься выжить… Это достойно, — медленно, она явно пережёвывала все буквы в слове прежде чем они становились полноценными словами. — но ты убиваешь больше чем надо, я все ещё помню крики и мольбы о помощи в горящем хаосе, это непростительно и за такое тебя должны казнить по всей строгости…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— К чему ты ведёшь?
— Я пытаюсь ответить на твой вопрос! — она огрызнулась. — ты не пытался навязать кому-то драку, но в тоже время ты вступаешь в очень рисковые авантюры где без потерь не обойтись. Я до сих пор не знаю, как к тебе относиться, с одной стороны, по делам ты полностью подходишь под звания Зло, а по словам ты лишь невинная жертва, которой не повезло.
— И что же ты выбираешь?
— Верить делам или словам? А сам бы что выбрал?
— Дела, — мой ответ был резким, не задумываясь, я ответил быстро.
— А я выберу середину, потому ответ мой таков: ты заслуживаешь шанса на прощение, если отныне не будешь убивать.
— Но тогда и твое желание пойдет под откос, — как бы смешно это не было, но я рад, что она мне верит.
— Ты говорил, что не убьешь меня, а поскольку я верю словам, то буду считать, что таким образом ты исправляешь грехи.
«Значит ли это что когда это произойдет ты возненавидишь меня всем сердцем? Нет, скорее всего ты уже сейчас меня ненавидишь, в таком случае я просто тебя разочарую». До чего трудный диалог. Раньше было легче с ней говорить. Тем не менее, я ощущаю, как возвращается мой статус «Не Полного Уебка» то есть до этого я был «Полным Уебком». Это можно назвать в некоторой мере деградацией? Что за пиздец снова потревожил мою головоньку?
— Тогда, я больше не убью ни одного существа, а ты постарайся закинуть свои слова о смерти далеко в себя, — на мои слова она кивнула. — позволяю тебе свободно общаться с Эшли.
Этого ведь достаточно? Я сумел подружиться?
Надежды. Впервые в этом мире я почувствовал надежду. Правда боль все так же тянет меня в лапы смерти. Но, это уже неизбежно.
«И как долго она будет обходить территорию?» Эшли может и ушла недалеко, но отправил её я лишь потому что хотел поговорить с Алисой. Теперь то нужно вернуть её.
Приоткрыл глаз и тут же забыл его. Нахуй! Не, нахуй! Не надо было мне видеть то что только что появилось. Зачем я вообще решил, что открывать глаза? Ах, чтобы найти ими Алису. Ну, её я нашел, но вот…
— Открывай глаза, я видела, ты не спишь, — а хуй тебе в жопу не запхать? Хотя подожди, тебе же наверняка понравиться, вон как умело обращаешься со своими тентаклями.
Кого я увидел? Девочку волшебницу я увидел! Точнее её заклятого врага. Алису взяли в сексуальный плен, опять, боюсь у неё фобия к продолговатым предметам разовьётся. А перед моими глазенками, появилась дриада. Да та самая, с зелеными волосами, прикрыта лишь листиками в стиле первых людей и недовольным лицом.
— Эй! — меня пнули.
Знаете, пинали меня уже много раз, как тут, так и там, казалось бы, пора привыкнуть и понять, что мое место под грязными ботинками.
— Сука… — надрывая горло прошипел я. Как же я вас ненавижу!
— Ты кого сукой назвал?! — ненормальная сука, контуженная стерва! Блять!
— Не бей! — мне лечили горло и потому услышать, и понять, что я говорю вполне возможно.
— Тебя вообще-то убить мало будет, — фыркнула садистка. — но у меня приказ.
«Хуя, блять, что вам всем от меня нужно?! Я говном помазан что вы ко мне так слетаетесь?»
Взяв меня за ногу, я понял, что не доживу до глубокой старости в окружении правнуков. Боюсь я не доживу и до завтра. Она меня тянула. Как мешок со стройматериалами. Словно по наждаке мое лицо и передняя часть чела были полностью стерта.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Падлы… чтоб тебя конь в жопу драл часами… суки пиздолицые… — не обращая внимания на мои слова она продолжала идти, таща за собой меня по земле.
Эта «Зелёнка» видимо не понимала своими скудными мозгами, что я откинусь быстрее чем она меня куда-то там дотащит.
