пригодиться: боеприпасы, бинокль, заметки, флешку, два батончика хлопьев и зарядное устройство для мобильного телефона. Я была осторожна, позаботилась о том, чтобы проникнуть в лифт совершенно незамеченной. Тем более это было не так уж сложно. В управлении царил такой хаос, что я стала еще большей невидимкой, чем обычно. Я села в машину и нашла адрес Жанеты в навигаторе. Завела двигатель и включила радио. На некоторых новостных каналах уже сообщали об исчезновении начальника департамента гражданской полиции по расследованию убийств Сан-Паулу. Эти репортеры – настоящий позор, пожиратели новостей о преступлениях и чужих трагедиях. Стервятники с журналистским образованием, от них практически невозможно что-либо скрыть. Информация всегда утекает, и нам приходится работать под давлением со всех сторон. Куча тупиц, повторяющих одну и ту же критику.
Я сделала несколько глубоких вдохов, пока проскакивала под светофорами и обгоняла медленные машины. Паршивый водила пересек перекресток, подрезав меня. Я нажала на гудок, вовремя затормозив, уберегая кузов «Хонды». Ублюдок продолжил свой путь, а у меня так закружилась голова, что я взяла передышку, съехав на обочину. Чтобы продолжить расследование и спасти Карвану, я должна добраться до места живой.
Я включила аварийку, откинула волосы с глаз, пытаясь наскоро собрать их в пучок, но руки тряслись, а пряди волос запутались в ремне безопасности. Успокойся, Веро, успокойся, черт возьми… Бесполезно.
Все еще нервничая, я решила ехать дальше. Положила руку на спинку сиденья и оглянулась, включая заднюю передачу. В тот момент я увидела это. На заднем сиденье за водительским креслом лежали два мешка для мусора, которые я нашла у дома Брандао. Несомненно, он отвез Карвану на ферму, и в доме в Парк-ду-Карму ничего полезного я не найду. Я снова включила аварийку и, как голодный дикарь, рвущийся к последнему куску мяса, сунула руку в мешки. Не знаю точно, что заставило меня рыться в мусоре на заправке проспекта Радиал Лесте, но что-то подсказывало мне – это верное решение.
Я начала с кусочков измельченной бумаги, складывая их вместе на приборной панели, словно собирала пазл. Нашла рецепт врача, несколько чеков из магазинов, две брошюры вроде тех, что раздают на улице, ничего важного. Многие обрывки, казалось, не имели никакого смысла. Дерьмо! Я принялась проверять кроссворды Жанеты. Различные издания, все заполненные синей ручкой. Дома у нее было много свободного времени, пока она ждала мужа к ужину. Она что-то нацарапала на задней обложке? Мне потребовалось бы по крайней мере три часа, чтобы просмотреть их все.
Мои глаза наполнились слезами, и меня охватило ужасное чувство беспомощности. Сидя среди горы мусора и журналов, разбросанных по сиденьям, я подумывала о том, чтобы сдаться. Воспоминания о бедной Жанете и ее маленькой жизни только усугубляли ситуацию. В глубине души я понимала, что она была права: ответственность за всю эту трагедию лежала на мне. Сиди я тихо на своем месте, не пытайся превратиться в детектива, хотя на самом деле всего лишь секретарь-невидимка, ничего этого бы не произошло.
Пока машина была выключена, я вдавила педаль газа. Возможно, самоубийство – лучший выход. Разогнать «Хонду» до 150 километров в час и пойти в лобовую – врезаться в ближайшую стену. Паулу будет жить с любовницей, полицейский участок продолжит работать в обычном режиме, а дети, как бы они ни страдали, скоро привыкнут к моему отсутствию. Я потеряла маму и прекрасно знала, что время лечит. Я повернула ключ в зажигании, разрабатывая шаги к смерти. На этот раз безупречно.
Когда мотор заурчал, я потянулась за рулоном туалетной бумаги, который всегда держу в бардачке, и вытерла слезы. По какой-то причине я принялась небрежно складывать кроссворды – трудные, легкие и самые сложные – в мешки для мусора, пока обдумывала, в какую стену могу въехать на машине.
Вдруг что-то зацепило мое внимание: журнал отличался от остальных. «География криптограммы» – значилось на обложке. Я подняла его и посмотрела на оборотную сторону: «Криптограмма – это зашифрованный текст, расшифровать сообщение можно посредством кода, подчиняющегося определенной логике». Я пролистывала страницы, ключевое слово за ключевым словом, с поспешностью человека, стремящегося к финалу книги. Некоторые ячейки пустые, многие заполнены наполовину, но не имеют смысла: гора Фудзи, неконституционность, равнина.
В конце концов я добралась до центрального разворота, который был, к моему удивлению, заполнен. В самом центре, по диагонали: тайна бункер. По телу пронеслась мощная дрожь, подобная электрическому разряду. Появилось неприятное желание расхохотаться, но я сдержалась, изо всех сил сосредоточившись. Жанета была умна: она знала, что если что-то пойдет не так, я пороюсь в ее ящике в поисках зацепок. Конечно, она вряд ли ожидала, что Брандао выбросит журналы в мусор, но… Все это было там, в четко выведенных буквах. Тот, кто не знал, что искать, никогда бы не догадался. Для меня это имело смысл: путь к тому месту.
К горлу подкатила смесь облегчения и печали. Спасибо, Жанета. Теперь я тебя найду. Я всхлипнула, вытирая нос рукавом рубашки. Нет времени на слезы. Я положила криптограмму рядом и изменила в навигаторе пункт назначения: Серра-да-Кантарейра, вперед! Не теряя времени, подключила громкую связь на мобильнике и позвонила Грегорио.
– Чего ты еще от меня хочешь, сука?
– Помнишь об услуге? Время пришло.
– Ничего я для тебя не сделаю!
– Я же говорила тебе, что отдам все материалы, если поможешь. Не глупи, не станешь же ты это отрицать, правда?
На том конце линии раздался тяжелый вздох – знак, что я могу продолжать.
– Подробно объясню позже.
Не прощаясь, я сбросила вызов. Рыба все еще на крючке, что дает мне немного времени. Я чувствовала себя канатоходцем на высоте двух километров при сильном боковом ветре. На первом же повороте я развернула машину и продолжила путь к Кантарейра, при этом безостановочно размышляя о том, с чем мне предстоит столкнуться. Глухой гнев поднимался в моей душе. Я буду беспощадна.
* * *
Я поехала по грунтовой дороге с того же места, что и в тот роковой день, когда следовала за машиной Брандао. Продвинулась немного дальше, придерживая криптограмму у руля, как руководство для автолюбителя. День был ясный, на безоблачном небе сияло яркое солнце. Такая красота совершенно не соответствовала моему душевному состоянию. Кругом только поля, кустарники и деревья, время от времени попадаются заборы и ворота. Я попробовала подняться на первый взгорок слева. Потом снова повернула налево, но оказалась на тупиковой дороге. Это было бы слишком просто. Жанета всегда ехала с завязанными глазами, она
