Читаем без скачивания Создатель черного корабля - Федор Березин

56. Гарнизонные байки

ГСМ и рыба Му-Му

В общем, с аборигенами все ясно. Новый, пусть и невиданный доселе катаклизм, при некоем небольшом допущении, мог восприниматься как нечто все же втискивающееся в общий ряд. Мало ли что бывает на свете. Неутомимые Огненные Рыбы выныривают откуда-то вверх, а затем снова ныряют. Причем иногда на значительный срок, такой, что если не иметь полотнищ и одеял из шкуры все того же черверыла, то и не дощелкаешь зубиками до восхода. Реже, но все-таки достаточно периодично, к островам сворачивают эти самые киты-черверылы. Порой приходят жестокие ветра, волокущие с собой большие страшные волны, способные одним махом слизнуть деревню целиком. А еще время от времени, являются «ряженые пришельцы», на больших каменных пирогах, а когда и без оных: видимо, их роняют на вершину Самой Высокой земли лично Огненные Рыбы. Почему нет? Ведь они же заведуют всем и вся, а значит, могут произрастить даже пришельцев, в отместку за прегрешения народа Высокой земли. И значит, нет ничего столь уж невозможного, что теперь на обе земли послано совершенно новое бедствие. Кто ведает, вдруг оно бывало и до того, только колдуны прошлого не смогли разгадать загадку предупреждения. Словом, проблема туземцев решена.

С форпостом Федерального Союза все гораздо сложнее. Цивилизованный мир является миром узкой специализации. Есть свои колдуны, заведующие погодой, – синоптики. К сожалению, связь с южным континентом нарушилась. Хотя, что значит «к сожалению»? Как известно, обе научные метрополии открестились от явления даже задним числом, а не то, что в качестве пророков.

Естественно, среди малочисленного состава гарнизона значился свой климатолог, однако именно значился. Ибо пропаганд-лейтенант Доперо-Пет, на которого повесили еще и эти обязанности (хочется, сказать «собак», однако животное данного вида на Гее в силу неясных причин вымерло до появления человека), кроме того, нес еще несколько должностей: главный архивщик, или как выражались простые ребята деревенского роду – «главный хроник», затем, ведущий топограф-картовик, старший кладовщик горюче-смазочных материалов, палат-библиотекарь, младший отпевальщик, и знаменосец-поднимальщик. А поскольку все данные обязанности предусматривали совершенно неполную занятость, то названный пропаганд-лейтенант чаще других офицеров, загруженных настоящими служебными делами, назначался дежурным по гарнизону, а следовательно, автоматически становился еще и лицом проверяющим караул, а также главным мусорщиком, красильщиком, и борцом с мелкими стихийными бедствиями и их же последствиями. К сожалению, или счастью, об этом новом стихийном бедствии, безусловно не могущем быть приравненным к мелким, Доперо-Пет знать не мог, не только в силу отсутствия в климатологии хоть какого-то понятия о данном явлении, а просто потому, что на момент осуществления сего происшествия пропаганд-лейтенант уже не значился в списках гарнизона. Точнее, он был вписан туда по статье «пропавшие без вести».

В действительности, его душа уже давно отправилась в райские кущи Бледной Матери, быстрокрылой, и воистину красивейшей из двух лун планеты. В список «пропавших» Доперо-Пет попал в результате очередной проверки караулов. Тут против специалиста широкого профиля, сработала теория вероятности. Ведь тот, кто чаще бродит беззвездными (как водится на Гее) ночами по окраинам лагеря, тот и имеет большую возможность угодить в засаду устроенную аборигенами. Так что если душа незлобного браша Доперо-Пета однозначно миновала засылки на другую луну, зовущуюся Оторванная Голова Черепахи, то с телом произошла трагикомедия, так и не занесенная в ведущуюся, теперь уже другим офицером, хронику. Видите ли, его туловище все-таки вернулось в родимый гарнизон, однако узнать об этом не пришлось никому из личного состава, хотя весть о том оказалась вот тут же – перед самым носом. Вообще-то, даже еще ближе.

Конечно вначале, кстати как и подозревалось всеми, тело Доперо-Пета похитили аборигены Самой Высокой земли. Тут подозрения вообще-то совпадали с правдой, но вот в плане мотивов, они очень и очень расходились. Данное тело, поначалу и еще некоторое время опосля, вполне живое, было украдено совсем не ради нанесения гарнизону урона, как думал командующий объекта «Океанский дозор», а именно ради самого тела. Цикл тогда случился не очень сытным – слоно-киты подзадержались, так что с мясо-морепродуктами оказалось тяжело. Однако племя высоко чтило заслуженного шамана Кинку Видящего Дальше Края и честно выполняло данное им распоряжение не употреблять в пищу мясо «ряженых пришельцев», во избежании проклятия Медузы насылающей болезни. Тем не менее, голь на выдумку хитра везде, не только в цивилизациях. Пусть «ряжеными» нельзя питаться, но ведь вполне можно сделать что-нибудь другое. Как говаривал один, совершенно не известный на острове Статор, брашский политик: «То, что не запрещено – то разрешено». И значит, что мешало, например, мясом «ряженых» торговать?

Вообще-то, торговые отношения на Роторе-Статоре оставались все еще достаточно неразвиты, хотя общий торговый баланс, надо заметить, держался на уровне; сальдо несколько прихрамывало, оборот был довольно низковат. Но ведь понятное дело. С кем мог торговать Ротор? Естественно со Статором. А Статор? Понятное дело… Ан нет, вот у него существовал еще один вариант. Он мог торговать с «ряжеными пришельцами», засевшими на вершине.

И потому, несчастного, ни в чем особо не виновного пропаганд-лейтенанта вначале трое суток замачивали в особой грязевой ванне, в смысле, луже, для придания мышечной массе особого аромата. Причем, кости ему переломали, но жизнь покуда сохранили, ибо только живая плоть пропитывается раствором из пиявок как полагается. Понятное дело, поскольку пиявок толкли не с особой старательностью, но по особой методике, некоторые из них не расплющились полностью, и потому сумели в этой каше из сородичей найти себе пищу повкусней. Весьма вероятно, что так и было предусмотрено, ибо в процессе отсасывания крови, пиявки вводят в жертву анестезирующий раствор. Потому тело одновременно с приобретением аппетитной бледности, гораздо легче переносит весь процесс, то есть попросту дольше живет.

Короче, когда все стадии приготовления закончились, Доперо-Пет представлял из себя разделанное филе, и запах у этого филе был достаточно аппетитный. Тем не менее, верные распоряжениям шамана жители Статора не решились употребить его в пищу. Потому единственным методом набить желудок, используя останки пропаганд-лейтенанта, стал обмен. Торговля с племенем Самой Длинной земли в тот момент была достаточно сложным предприятием. В условиях давнего не появления в бухте кито-слонов оба сообщества находились сейчас в возбужденном состоянии поисков чего-нибудь более съедобного чем корешки куста Бу-Дуду, а посему торговая экспедиция к чужому берегу могла завершится с отрицательным сальдо, ибо дополнительно к продаже чужого мяса имелось большая вероятность преобразоваться в рагу самому. В этом плане «ряженые пришельцы» представляли из себя даже более приемлемых партнером. Естественно, вблизи территории гарнизона вполне получалось попасть под убийственный огонь иглометов еще до начала торговых переговоров. Однако если каким-то образом умудриться избежать этой стадии, тогда «ряженые» вели себя вполне приемлемо.

Именно так и произошло на сей раз. Филе из Доперо-Пета, выданное за куски неизвестной «ряженым» рыбы Му-Му вызвало у изголодавшихся по свежатинке достаточно обильное слюновыделение. Правда, привлеченный к делу фельдшер гарнизона По-Варак, с которым пришлось делиться, провел тестирование мяса на предмет содержания природных ядов. Тест прошел удачно, в плане отрицательной результативности. Само собой понятно, что аборигенов не интересовала валюта Федерального Союза, ибо торговые отношения на острове еще не поднялись далее стадии натурального обмена. Потому сорок килограммов мяса своего же сотоварища глупые пришельцы с неба получили за двадцать кило, то есть, четыре жестяных банки, смазки для шестерни вертикального вращения локатора-высотомера. Смазки именно этого вида на складе, коим только несколько дней назад заведовал все тот же несчастный пропаганд-лейтенант, имелись явные излишки. Оставшиеся вполне довольны хитрой, по их мнению, сделкой «ряженые» однозначно совершенно ничего не смыслили ни в кулинарных, ни в смежных пищевых делах. Мало того, что они не знали, что за всю историю острова мясо настоящей рыбы Му-Му научились обрабатывать только одним способом – долгим, многонедельным высушиванием в свете Огненных Рыб, и уж никак не жаркой-варкой, так еще они совершенно не рассчитали, что филе, естественно, вещь вкусная, но к сожалению, съесть его получается за раз. Зато неизвестно из которого зверя приготовленный, полученный в обмен жир, вызывает в организме препротивнейшую изжогу, коя вырабатывает отвращение к любой пище минимум на полтора дня. Потому если использовать этот, совершенно не портящийся даже после вскрытия, баночный продукт в качестве приправы, то запас любого пропитания как бы автоматически увеличивается в десяток, а то и более раз. Используя данный жир, можно вполне сносно терпеть до нового прихода черверылов, даже если они где-то задержатся по своим кито-слоновым делам, на месяц-другой лишку.