Читаем без скачивания Создатель черного корабля - Федор Березин

Так что данная паника имела явно другую предпосылку.

– Главного медика ко мне! – гаркнул начальник гарнизона. Он мог бы крикнуть: «Врача сюда!», однако мало ли как могла бы быть истолкована подобная фраза. Не хватало, дабы его самого заподозрили в замешательстве.

– Вы по поводу пропажи фельдшера, майор? Я с ним разберусь, молокососом. Я с него три шкур сдеру и заброшу к Оторванной Голове! – уже через секунду вопрошал главный эскулап гарнизона госпитальер-капитан Микиро-Зор. – Я его, гаденыша…

– А что пропал? – переспросил его Сун-Беддоро. – Голова Черепахи с ним, Микиро. – Меня вот что волнует, – и еще тоном ниже. – Вы же наблюдаете все люди в каком-то стрессовом состоянии, так? Сами-то, тоже небось? Так вот, может тут у нас массовое отравление? Конечно, если бы на острове наличествовали «баки», я бы предположил заряд какой-нибудь химии? Есть мнение?

– Ну, нужно…

– Вперед, Микиро-Зор. Давайте срочно анализы. Если надо чью-то кровь, мочу – дергайте кого угодно. Хоть меня. Кстати, надо? нет? Хорошо. Так, а вот теперь займем и остальной лично-наличный состав.

– Лейтенант Будо, усилить охрану продсклада, и ГСМ-ного тоже – местные гады и такое едят. Вы, Доггер, давайте прошмыгнитесь вдоль периметра, подбодрите солдат. Да и вообще, осмотритесь там. Еще… Где у нас мастер… Голова Черепахи, что за…?

Майор-целевик Сун-Беддоро прервал сам себя, ибо почувствовал, что его голос стремительно ползет книзу децибеловой шкалы. Странный внешний шум давил его выкрики, как удав кролика.

61. Ненаучная картина мира

Стоячая волна

Да кстати, если кто думает, что мы, навешивая эту фанеру и бантики, изобретаем некую сущность, то он очень и очень ошибается. Мы просто пытаемся кое-что объяснить, то есть, не ленясь, напяливаем научные одежонки на уже свершившееся явление. Неважно, что его не зафиксировали какие-то приборы и прочее. Хоть некое объяснение все едино требуется, иначе, как уже говорилось, за отодвинутой в сторону картонкой открывается бездна без конца и начала, в коей возможно, ну просто-напросто, совсем уже всё. Лучше уж заклеить. Подайте вот тот, оброненный кем-то из умных, скотч.

Так вот! «Солитон», там, «не солитон», но нам требуется аномально высокая волна, и в принципе, неважно – приливной, штормовой либо другой природы. Мало того, нам позарез необходима СТОЯЧАЯ волна. То есть, она должна не бежать по океану со скоростью цунами, а покоиться неподвижно. В смысле, вначале достаточно медленно, и не нанеся особых разрушений, вырасти, а затем так же волшебно опасть. Как этого достигнуть? В смысле, в научно уподоборимом смысле?

Пожалуй, нам все же потребуется тот злосчастный солитон, да еще и не один, а целая кавалькада, причем движущихся, как навстречу, так и вдогон друг другу. Однако не как Мятая луна положи, а чинно-расторопно, ибо нам позарез необходимо совпадение по фазам. То бишь, в одном единственном месте, а конкретно у острова Ротор-Статор все фазы, всех океанских чудо-волн солитонов должны с максимальной точностью совпасть. Кстати, вполне допустимо иметь еще и какие-нибудь поперечные волны – для вклада всё в ту же шкатулочку.

Как такое получается, и почему встречные водяные валы не разрушат друг друга? Помилуйте, но ведь раскрашенная наукой фанерка, по прозвищу Солитон, и обозначает нечто именно эдакое. То есть такие волны обладают свойствами частиц в плане цельности, а волн в плане интерференций и прочей похожей всячины. Но все же более всего нам необходимо свойство проходимости через другие волны, не разрушаясь. Все всё усекли! Итак, каким-то образом вызванные приливные и разные другие волны движутся сквозь друг дружку абсолютно без вреда. Явление должно наблюдаться достаточно долго – уж час, как минимум. Может быть и более. Главное, в координатах Осевого Пика обязаны совпасть не некоторые, а все фазы. Ибо…

Ну, да! Высота центрального острова километр четыреста метров и значит…

Именно, мы должны накрыть его целиком!

62. Гарнизонные байки

Коллективное действо

Все-таки зря он не подчинился инстинктам безоговорочно и сходу. Теперь, он оказался рядом с антенной далеко не первым. Похоже, уже загодя, до того как опасность показала себя визуально, кое-кто из гарнизона здесь уже был. Наверняка все те, кто отсутствовал на построении. И разумеется, дежурная смена обслуживания локатора. Кстати, им тоже не следовало находиться здесь, на самом верху: излучение станции считалось опасным для здоровья. Конечно, можно было рявкнуть, о том, с какой это такой Оторванной Головы Черепахи, они тут все собрались, и что они все тут делают, но требовалась ли сейчас эта комедия? Да и обратил ли бы кто-то внимание на его писк, сквозь нарастающий отовсюду снизу шум? Спасаться любой ценой – вот единственное, чем сейчас надобно заниматься всерьез. Однако кое-что все же требовалось сделать.

– Обесточьте антенну! – крикнул, точнее, изобразил крик Сун-Беддоро. – И стопора, поставьте стопора!

Он еще повторил эту безличную команду, подождал, пока она всосалась ватой растущего грохота.

– Тогда она не сможет проворачиваться, – пояснил он уже совсем не надрываясь, ибо окончательно понял, что гарнизона как управляемой единицы более не существует.

Он бросился вверх, крутанул сложную рукоятку входа в отсек обслуживания, дернул на себя. Отшатнулся, ибо автоматически выключившееся при откупоривании двери освещение, не позволило сразу понять, в чем дело. Потребовалась добрая секунда: людей здесь было как сельдей в бочке.

– Вы что ж думаете, наш «Южный глаз» плавает? – спросил он посеревшие лица. Его снова не слышали. – Ладно, расступитесь, дайте вырубить питание. Убьет же всех, когда вода замкнет цепи.

Он протиснулся сквозь эти теплые манекены. Уже совсем грубо отбросил кого-то последнего, прислонившегося к искомому шкафу. Узнал. То был фельдшер – сан-капрал По-Варак.

– Рыжая Мать, и вы здесь? – удивился майор-целевик. – К рубильникам бы не надо прислоняться – сжаритесь.

Все эти лекции были абсолютно ни к чему и ни к кому. Он разомкнул питание. Конечно, неплохо было бы вовсе отсоединить кабели. На такие операции не хватало времени, не получалось даже найти инструмент. О Голова Черепахи, почему он не заскочил в дизельную, дабы застопорить машины? Уже было явно поздно. Может, там кто-нибудь из дежурных, прежде чем улепетывать сюда наверх, сообразит? Очень и очень сомнительно. Но с другой стороны, там вполне мог оказаться кто-то из офицеров. Так, теперь стопора. Правда, под каким азимутом застопорить антенну? Откуда пойдет основной поток? Похоже, это не имело никакого значения, тут было не ожидание урагана. Вообще-то, если бы ожидали, то вполне получилось бы за пару-тройку часов свернуть лепесток локатора, сложить его в компактный узел. Но застопорить, все едино, требуется.

Сун-Беддоро протиснулся мимо бессмысленно таращащихся на него солдатиков. Теперь не пришлось никого толкать – раздвигались сами. Он скакнул на ступеньки, схватился за перила. Обрезиненная дверь позади бесшумно захлопнулась. Теперь уже не пустят, поставят на защелку, подумал он отрешенно. Конечно же, можно разбить им стекло в окошке. Но зачем? Чтобы быстрее захлебнулись? Это были донельзя странная, сволочная мысль. Разве кому-то требовалось мстить?

В этот момент, прямо с верхних ступенек, он увидел, то самое, что создавало этот приевшийся шум. Чуть снизу прямо сюда вверх неслась крутящаяся, пенящаяся стена. Он глянул окрест…

Совсем не пенящийся, просто нависающий холм из воды уходил куда-то в верхотуру.

Какая была разница, бить или не бить стекло? Антенна дальнего слежения «Южный глаз» вовсе не предназначена для эксплуатации под водой. Если море поднимется – то есть, ныне уже опустится – сюда, то вода запросто протечет по волноводам и кабельным нишам абсолютно куда вздумается. Вот потом придется повозиться, просушивая клистроны…

Внезапно, он почти явственно ощутил в голове щелчок – где-то там какие-то нейроны образовали новую коммутационную связку. Если бы не безысходность лавиной приближающегося кошмара, стало бы возможным насладиться осознанием своей гениальности. Теперь он четко знал, что на самом деле произошло. Он расплел все узелки страшной загадки. Всё, совсем всё, встало в свои смысловые ячейки. И потеря связи с материком, и водяное чудовище, и… Там, вдалеке родной Брашпутиды все-таки произошло то давнее ученое предсказание. А ведь он, как и прочие уже не верил… Ладно, какой смысл теперь жалеть? Знание было окончательно и бесповоротно: ни Южного материка, ни прилегающих островов, уже просто-напросто нет; они все провалились в тартарары – океан Бесконечности съел их целиком.

Это оказались последней, рациональной мыслью которая выкристаллизовалась в голове. Дальше, подзабывшее курсантские пенаты, но еще не обрюзгшее тело начало работать самостоятельно. Теперь, конечно же, стало уже не до стопоров. Он ухватился за лестничные звенья уходящие вверх, в столь небольшую, трехэтажную высь.