— Да, милорд. Как прикажете, милорд, — засмеялся Серегил, направляясь к двери. — И всё же повторяю, нам надо что-то придумать с Себранном, и не только потому, что мне вовсе не хочется, чтобы он смотрел на мою задницу, когда мы с тобой…
— Да знаю я!
— Это то же самое, как иметь в доме собаку. Вечно вертится под ногами.
— Не смей так говорить! — воскликнул Алек, но Серегила уже и след простыл — он уже спускался по лестнице.
Слуги тотчас же подняли наверх небольшую медную ванну и натаскали из кухни кипятка.
— Сначала Себранн, — сказал Алек тоном, не допускающим возражений, наконец-то довольный, что может покомандовать сам, а не страдать от чужого произвола.
— Позволь тогда мне, — сказал Серегил. — Ты едва стоишь на ногах, хватит с тебя синяков и шишек.
Рекаро в общем-то не имел никаких телесных потребностей, да и особого запаха тоже, однако выглядел он слегка неухоженным. Ванну он принимал впервые, но не показал и признаков страха, когда Серегил смешал в ковше горячую и холодную воду и окатил его ею. Себранн терпеливо сидел, пока Серегил мыл его мягкой тряпочкой, а затем намыливал ему волосы. И когда, покончив с ванной Серегил обернул Себранна фланелевым полотенцем, от обоих приятно пахло ароматным розовым мылом.
Серегил посмотрел на рекаро необыкновенно влюбленными глазами, что было слегка удивительно, учитывая их недавнюю размолвку.
— Иногда я забываю, как сильно он на тебя похож, А теперь, благодаря Теро, особенно. Мне кажется, это всё равно, что смотреть на тебя в этом возрасте. Ну, твоя очередь.
С помощью Серегила Алек погрузился в тёплую воду и положил свою голову на его голые колени, позволив Серегилу потереть ему спину и вымыть волосы.
— Как считаешь, не укоротить ли мне их? — спросил он, как всегда, когда пальцы Серегила в очередной раз запутались в его длинных прядях.
— Решай сам, тали, но мне нравится так, — был обычный ответ Серегила.
— Тогда и тебе следует отрастить свои, раз ты забыл какие с ними проблемы.
— Да, но я не могу сделать это так же быстро, как наш маленький друг.
Он подтянул стул к краю ванны, чтобы быть рядом, пока Алек тёрся тряпкой.
Как только Серегил сел, Себранн вскарабкался к нему на колени. Серегил улыбнулся, глянув на него сверху вниз.
Себранн похож на щенка, не более, чем обычный ребенок, подумалось Алеку. Щенка, который способен убивать.
Наблюдая за этими двоими, он задавался вопросом:
— И как это называется? Это и есть «семья»?
Одно было ясно точно — это неизменно заставляет сжиматься его сердце. Он заставил себя отбросить всё прочь. Потом. Всё встанет на свои места. А сейчас, черт возьми, он всего лишь наслаждается ванной!
— Ты в порядке, тали?
— Просто вода остыла.
Серегил помог ему вылезти и обернул его большим куском фланели. Алек склонился к нему и вода, закапавшая с его волос на пол, вокруг босых ног, намочила рубашку Серегила.
— Мне и в самом деле гораздо лучше.
— И пахнешь ты тоже лучше, — тёплый, грудной хохоток Серегила заставил затрепетать сердце Алека.
Ухватив его за руку, он потянул Серегила обратно к разобранной постели.
— Себранн, ступай, посмотри в окно.
На сей раз рекаро безропотно выполнил знакомый приказ.
Алек кинул быстрый взгляд на дверь, убедившись, что она заперта. Удовлетворившись, он толкнул Серегила и опрокинулся вместе с ним на кровать, притянул его на себя и крепко обхватил, прижавшись.
— И что это значит? — засмеялся Серегил, глядя на него сверху.
— Не спрашивай, долго объяснять, — хохотнул в ответ Алек. — Я же сказал — мне гораздо лучше!
Должно быть, за столько дней Алек неплохо выдрессировал рекаро, подумалось Серегилу, ибо тот не отрываясь смотрел на залив, пока они двое катались по постели, перплетаясь в объятьях и постанывая, и путаясь в длинных мокрых алековых волосах.
Когда Алек некоторое время спустя снова проснулся, вокруг всё ещё царил беспорядок, Серегила не было, а над ним склонилась Мидри.
— Мда, ты выглядишь не слишком-то бодрым.
Пристальный взгляд её тёмных глаз заставил его прикусить язык в ожидании новых упреков, но она лишь покачала головой.
— И как тебе удаётся справляться с работой найтраннера с такой виноватой физиономией?
Себранн присел на корточки у изголовья кровати и наблюдал за всеми её манипуляциями с пристрастием, заставившим Алека занервничать. Конечно, Себранну уже сказали, что все домочадцы — друзья, однако, если уж он так повел себя с Серегилом, то тут можно было ожидать чего угодно.
Мидри вытряхнула из своего рукава яркую тряпичную куклу с нитяными волосами и положила её в ладошки Себранну.
— Подарок тебе, малыш. Будь хорошим… рекаро, позволь мне посмотреть, как подлечить Алека.
Себранн несколько мгновений внимательно изучал куклу, а потом попытался упрятать её в свой рукав, ибо Мидри уже приступила к осмотру.
Она провела прохладными пальцами по тонкой коже, покрывавшей раны на груди и шее Алека. Затем пощупала его пульс, послушала сердце и лёгкие и поцокала языком, видя ссадины на его руках.
И всё же закончив, она казалась весьма довольной.
— А ты, смею заметить, поправляешься быстрее, чем можно было ожидать.
Она глянула на Себранна, оставившего свои попытки засунуть куклу в рукав и снова уставившегося на игрушку.
— Как бы ни было, то, что он сделал для тебя, весьма впечатляет. И совершенно очевидно, что он предан тебе.
Она извлекла из рукава ещё одну куклу и поманила Себранна.
— А какой у меня замечательный малыш! — сказала она, прижав куклу к груди и тихонько укачивая её. — А ты любишь свою малютку?
Себранн медленно, копируя её движения, тоже прижал к груди свою куклу.
— Малыш.
— Видите? — сказал Алек. — Он всё понимает.
Мидри понаблюдала, как Себранн приблизил разукрашенное личико куклы к своему собственному и чуть скосил серебристые глаза, старательно её изучая.
— Я вижу, как он подражает тому, что видит. Покажи ему, что такое нежность, и он сделает то же самое.
Она смолкла, продолжая наблюдать за Себранном.
— Сомневаюсь, что перемена внешности позволит скрыть его в достаточной мере. Его аура порой не умещается в этой комнате. И кое-кто в доме уже почувствовал её.
Алек ждал, что вот сейчас она продолжит и скажет, что не желает, чтобы они брали его в Боктерсу. Однако она удивила его своей улыбкой, заставившей голубоватые стрелки знаков целительницы под её глазами изогнуться чуть вверх.
— Наша семья слишком многим тебе обязана, братишка, за всё, что ты сделал для Серегила. Там, в Сарикали он был переполнен болью. Тем не менее, смею сказать, ты сумел возвратить ему часть из того, что украл Илар-и-Сонтир тогда, много лет назад. И каково это было, повстречаться с ним снова?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
