себя даже глупее, чем когда впервые увидела себя в зеркале сегодня. Я уже в открытую теребила свои новые сережки. К счастью, проколы почти не болели. Ангела обещала, что уже к вечеру все неприятные последствия прокола, включая красноту и зуд исчезнут, и мне можно будет спокойно принимать ванну.
– Ладно, собирайся быстрее, Лена. Жду вас всех в машине.
Ушёл. Даже не посмотрел в мою сторону. Да что с ним такое? И куда делось привычное Нана?
– Винни, подожди!
Я не успела отделаться от этого потрясение, как новое не заставило себя долго ждать. Виктория поспешила за моим парнем следом, а пройдя мимо, подмигнула мне.
– Ботинки огонь, Нана, – с наигранной искренностью пролепетала она, и я стиснула зубы от злости. Да что происходит? Вестерхольт зовёт меня Леной, а эта… Эта… Никакая я ей не Нана!
Винсент придержал Виктории дверь, пропустил вперёд, а я так и стояла посреди холла.
– Куда это она собралась? – настороженно спросила Шай.
О как я благодарна ей за этот вопрос, сама я даже слова сказать не могла сейчас. Да что там говорить, я дышала с трудом.
– Без понятия, – беззаботно пожала плечами Вивиан. – У них там с Винни какие-то свои мутки.
– Мутки? – я повторила это словечко, пытаясь понять, какой смысл в него заложила Виви.
– Ну… – затянула она. – Сама у него и спросишь. Ты же не ревнуешь, Лена?
– Вот ещё!
Я горделиво вскинула голову, а после рванула в комнату, потому что с улицы уже вовсю сигналили нам, а я не все собрала! Быстро распихала покупки по сумкам, сгребла с кровати платье и тоже запихнула к остальным вещам. Руки не слушались, тряслись, а на глаза сами собой наворачивались слезы.
– Ты в порядке? – Шай заглянула в комнату, и я быстро опустила голову, лишь бы она не видела меня таком состоянии.
– Ага. Я тут бардаке развела. Ты прости…
– Ничего. Беги, а то вы на поезд опоздаете. Напиши, как сядешь, а я пока приберусь.
Я подскочила с места и подлетела к ней. Обняла. Мне это было нужно, а подруга даже вздрогнула от неожиданности и ласково провела мне рукой по волосам.
– Ты меняешься, Лена.
– Конечно, меняюсь! Ты видела мои краснючие уши и эти ужасные ботинки. А капюшон? – гундосила я, чувствуя, что вот-вот разревусь уже в голос.
Шай чуть отстранилась и заглянула мне в глаза.
– Я не об этом. Ты словно проснулась и теперь по-настоящему живая. Эмоции, ревность, обида, злость.
– Ты только плохое перечислила, – я шмыгнула носом, а подруга рассмеялась. – Так заметно?
– Да. Но тут нечего стесняться. Такая ты мне ещё больше нравишься теперь.
– Только Винсу, кажется, больше нравится Виктория. Ай!
Мне прилетело по темечку какой-то небольшой упаковкой.
– Он сходит по тебе с ума. Не придумывай, Лена. Виктория не в его вкусе. А это тебе бонусом за страдания, откроешь, как доберёшься до отеля.
Я даже не успела поблагодарить Шаю за подарок, как за окном остался очередной недовольный гудок.
– Да иду я... Иду! Вот же! Такое ощущение, что мы на поезд опаздываем, – хохотнула я, чувствуя, как ко мне возвращается прежняя беззаботность.
Закинула сумки на плечо, убрала подарок Шаи и звонко чмокнула ее в щеку.
– Я буду болеть за вас. “Парамнезия Елены” вперёд!
Шая вскинула вверх руку с отставленными указательным пальцем и мизинцем. Ответила ей таким же жестом. Вот уж никогда не думала, что когда-то стану рокершей. То есть, думала, но в другой жизни. Другая Нана. А теперешняя Нана только учится чувствовать и жить. И уроки пока весьма болезненные...
Глава 3.2
На улице Винсент меня не встретил, даже из машины не вышел. Сидел за рулём и явно готовился ещё раз нажать на сигнал. Мог бы и помочь! Сумки-то нелёгкие, я все же одежду тащу, скрипку.
Дверь в нутро фургончика отъехала в сторону, и Марко протянул мне руку:
– Давай вещи, я уберу.
Вот уж от кого я ожидала помощи в последнюю очередь. Это он сейчас перед Виви очки зарабатывает? Что ж буду благосклонна и позволю ему проявить себя.
Передала ему свои сумки, и новое открытие неприятно удивило меня. Место рядом с водителем было занято Викторией. Я успела сильно прикипеть к фургончику, чтобы вот так делиться им с ней. Тем более Винсент сказал, что купил его для меня. Так почему же он посадил подле себя другую девушку?
Терпеть. Терпеть! Не показывать как сильно я огорчена. Не хочу, чтобы хоть кто-то видел, какая преисподняя сейчас разверзается у меня в груди. Тем более на меня сразу уставилось три виноватые пары глаз. Марко, Ласло и Вивиан. Да чтоб вас! Всё нормально! Нормально, я сказала! Сейчас мы доедем до станции, Виктория помашет нам ручкой и уедет обратно в академию. Винсент наверно попросил её об услуге: отогнать машину обратно, вот и всё. Потому что они друзья. Только друзья! Один случайный поцелуй между ними ещё ничего не значит.
– Садись рядом со мной, – Лас отбил какую-то совершенно безумную дробь палочками по соседнему кожаному сидению.
А чего бы и нет? И я сяду. Если Винни решил подразнить меня, так я тоже умею. Я ещё и пофлиртовать с его барабанщиком могу.
Не смогла. Да и не хотелось как-то. Я даже чуть ближе к окну отползла от Ласло, что вызывало снисходительную улыбку у Вивиан. Эх, Великие Музы, я для всех тут кроме себя тут открытая книга.
– Шикарные ботинки, – Марко отставил большой палец, но в глазах его плясали такие смешливые черти, что я с трудом не запустила ему в лицо чем-то тяжёлым. Но под рукой была только мамина скрипка. А её жалко.
– Спасибо. Это Вивиан выбирала, – ответила ему кривой усмешкой. Давай-давай, Марко, посмейся над вкусом своей возлюбленной.
– Узнаю руку мастера, а в следующий раз со мной сходишь, Ви?
Поздно. Вивиан уже успела обидеться на издёвки своего сокомандника, и обстановка в салоне стала ещё более напряженной.
– Тебя, Марко, не спасут никакие шмотки, – процедила она и уставилась в окно.
Браво, Нана. Ты развалишь группу Винсента изнутри. Они так долго воевали с тобой, а нужно-то было просто пригласить тебя в команду.
И только парочке в кабине было весело. Они смеялись, шутили и оживлённо обсуждали предстоящий концерт. Жаль,
