сейчас принято называть «лихими». Есть такое устоявшееся выражение — и вроде бы оно считается критическим, ведь сторонники Бориса Ельцина называют эту эпоху «святой». Но, на мой взгляд, и определение «лихие» девяностым не подходят. Сразу вспоминается песня: «Орёл степной, казак лихой», в русском языке это определение имеет не только отрицательный смысл. Действительно, так называли разбойников, грабителей, ночных татей. Но в слове лихость есть и другие оттенки смысла — это удаль, смелость.
А девяностые годы, годы Горбачёва и Ельцина, я бы определил иначе. Это, во-первых, были годы предательства, во-вторых — годы трусости, потому что трусость всегда ходит рядом с предательством. В-третьих, это были годы воровства. Самое опасное — романтизировать воров, воспринимать их как эдаких рыцарей. Они во все времена подлы и трусливы. Это были криминальные годы, когда разворовывалось всё. Начиная как минимум с марта 1990 года. Герои того времени пытались сожрать то великое единство, которое называлось Советским Союзом, и, на беду, сильно в этом преуспели.
С Ельциным многие связывали надежды на то, что он прекратит горбачёвский «бардак». И на словах, в своих предвыборных речах в 1990 году, когда он собирался стать Председателем Верховного Совета СССР, и в 1991 году, когда он спорил уже за президентский пост, Ельцин вёл себя как типичный бонапартист или волк в овечьей шкуре. То есть обещал запредельно многое, чтобы привлечь на свою сторону всех, от крайне левых до крайне правых. От вороватых разбогатевших кооператоров, молодых бизнесменов того времени, до рабочих, которые могли надеяться только на свои руки и мастерство.
Ельцин пытался подкупить обещаниями и тех, и других, и третьих. И это ему, к сожалению, во многом удалось. И, конечно, ему повезло, что его главным соперником и невольным олицетворением Советского Союза (и это наша трагедия!) стал не кто иной, как Михаил Горбачёв — «властитель слабый и лукавый», к тому же почти всем надоевший. Иметь такого соперника было большим подарком. И Ельцин этим подарком воспользовался.
Положив на лопатки Горбачёва осенью 1991 года, Борис Николаевич быстро передоверил судьбу страны обыкновенным молодым проходимцам. Это был уже не тот круг высокопрофессиональных управленцев, который мы видели, к примеру, в брежневские времена. К власти пришли люди, не готовые к ответственности за страну, за её индустрию, за социальное обеспечение людей. За армию, за детей, за систему массового бесплатного просвещения, которая у нас была. Нет, не профессионалы. Им вряд ли можно было доверить даже управление небольшой баней, а из таких людей сколотили правительство!
По существу, это была карикатура на правительство, клуб самоуверенных дилетантов и разрушителей, у которых была одна задача: как можно быстрее сровнять с землёй «советские пережитки», а вместе с ними и промышленность, и науку, и медицину. И, что не менее важно, систему человечности, которая выработалась в советское время.
Заполнить этот вакуум можно было, как оказалось, только одним — криминалом. И наступило царство полного непрофессионализма управленцев и агрессивной энергии криминальной «малины» — обыкновенных уголовников, которые несколько лет играли ключевую роль в нашей жизни. И в идеологии, и в том, что нам капали на мозги журналисты. Мы впали в зависимость от уголовного мира. И в этом «заслуга» этого дуэта — Горбачёва и Ельцина.
Утрата даже одного завода, одного достойного предприятия, которое работало, создавало условия для жизни тысячам семей, было настоящей большой ячейкой общества, — это трагедия. Перестройщики уничтожили их столько, что миллионы квалифицированных специалистов, достойнейших людей превратились в нищих. Это простить невозможно, и история никогда этого не простит.
Другое преступление этого тандема — утрата советского пространства. У них имелись возможности, чтобы в новых рамках сохранить хотя бы крупицы нашего единства, которое только и обеспечивало безопасность народов, их суверенитет, свободу от иностранной экспансии, в первую очередь — идейной и экономической. А получилось так, что «дорогие зарубежные партнёры» высасывали Россию, как выжимают лимон — до последней капельки. Всё, что их интересовало, прибирали к рукам. Со стороны Горбачёва и Ельцина тут и опрометчивость, и злой умысел. Сказалось и то, что эти люди — идейные предатели той партии, той этической основы, которая сделала когда-то этих мальчишек государственными деятелями. Они предали и растоптали самое святое — то, чему каждый из них служил как минимум первые полвека жизни.
Началось время деградации и отрицательного отбора во власть на всех уровнях. По тому же принципу торжества криминала. Какая уж тут индустриализация, какое просвещение… Силу набрали другие приоритеты — уголовные.
Что мы имеем сегодня? Несравненно более узкие возможности и в политическом, и в экономическом смыслах, чем это было в доперестроечном СССР, чем это было бы при сохранении советского географического пространства и социализма. Чтобы вернуться на истинный путь, необходимы сознательная воля десятков миллионов людей, воля к развитию, к созданию той системы, в которой «владыкой мира будет труд», устремлённость в будущее. К системе, которую мы потеряли, которая соответствует духу сегодняшнего и, что ещё важнее, завтрашнего дня, новым вызовам.
Криминальное десятилетие до сих пор — незалеченная рана для нашего общества. Многие традиции и наработки того времени, к сожалению, расцветают и ныне. До «диктатуры закона» нам ещё далеко. Надеюсь, эта книга поможет многим разобраться в том, что составляло суть девяностых.
«Властелина» сердец
В 1990-е годы, наверное, не было в России человека, кто не слышал бы о фирме «Властелина» и ее руководителе Валентине Соловьевой. Эта предприимчивая дамочка, словно вихрь, ворвалась в криминально-коммерческую жизнь сначала подмосковного Подольска, а затем и всей страны. В начале 1990-ых в ее фирму не зарастала народная тропа: поверив рекламе, люди несли Соловьевой свои денежки в надежде получить дешевый автомобиль. И надо признаться, кое-кто свою мечту осуществил. Именно поэтому, когда «Властелиной» плотно занялись компетентные органы, народ устраивал митинги в поддержку «честного предпринимателя Соловьевой» и требовал немедленно освободить ее из-под стражи, чтобы дать возможность полностью выполнить свои обязательства перед вкладчиками.
Биография Валентины Соловьевой (в девичестве Самойловой) не отличается оригинальностью. Родилась на Сахалине в семье рабочих. Образование — восемь классов средней школы и один год в Куйбышевском педагогическом училище. В 1980-ые годы жила с мужем в подмосковной Ивантеевке. Одно время трудилась кассиршей в местной цирюльне. И, очевидно, трудилась бы дальше, но тут грянули гайдаровские реформы. Для предприимчивых граждан открылись поистине безграничные возможности в деле личного обогащения. И Валентина Соловьева не преминула ими воспользоваться.
В ноябре 1992 года Соловьева открыла в Подольске индивидуальное частное предприятие «Властелина». Сначала продавала бытовую технику производства подольского электромеханического завода, с директором
