в города. А затем обеспечить уровень жизни достаточный, чтобы человек лет до двадцати мог учиться. В идеале — любой гражданин моей маленькой страны. И вот этот поток молодых специалистов и погонит науку в рост. Над чем один сталевар будет думать век, тысяча найдёт решение за неделю. Но когда это ещё будет, у меня даже мои ученики из детей дикарей выхлопа пока не дают.
От работы отвлёк шум работы паровых двигателей. Выбрался на стену. По учебной площадке ездят, весело пыхтя, первые два трактора. Если откровенно — тот ещё монстр Франкенштейна. Надёжность паршивая, требует много обслуживания и ремонта, прихотлив. Одно хорошо — мощность вполне достойная. Как минимум пахать и собирать урожай этот уродец был вполне способен. Будем потихоньку совершенствовать и дорабатывать, глядишь, через несколько стадий доработок получится приемлемый агрегат.
Хотя я несправедлив. Для этого мира это настоящий монстр. Появившиеся у меня маги принимают посильное участие в сборке, что позволяет поднимать качество. Например, укреплённый магией резец на столярном станке чище и увереннее грызёт сталь, котлы при сборке уже почти не подгоняют вручную. Да и мощность запредельная. Не в том смысле, сколько он тащит, а в том смысле, что воды залил, дровишек подбросил и вперёд. При всех сложностях в обслуживании трактор — не лошадь. Не сдохнет, не замёрзнет, ногу не подвернёт, не заболеет. Любая поломка устраняется, а с учётом конструкции очень многое правится кувалдой и ломом. Такая позитивная мысль немного примерила с суровой реальностью.
Зарядившись позитивной энергией, отправился к жене и совету, разросшемуся настолько, что я перестал утруждать себя запоминанием всех вовлечённых личностей. Количество вокруг меня людей растёт, имена и род занятий я ещё для себя отмечаю, но создаваться межличностные связи… Существование в форме лича всё больше на мне сказывается, слишком много различий в восприятии мира между мной и живыми людьми.
А работы у совета было много. Мы пока даже не начали всерьёз перестраивать экономику моего государства, по привычке носившим название «Предельное», или просто «Предел» (скажу честно, мне оно и в долгосрочной перспективе нравилось, красиво звучит), только первые сдвиги обозначили, а старая система уже сыпалась, как съеденное изнутри термитами дерево. И как ни прискорбно, корнем бед были сами люди, аристократы и чиновничий аппарат в первую очередь. Не желали они понимать, как работает новая система, не желали вникать. До трагических слёз смеха доходит. Сидит какой-нибудь писарь, что всю жизнь был там посажен, переписывал списки семей (домов) в окрестных деревнях, базу налогоплательщиков. Ему говорят: земли опиши, людей, каждого, не по домам, а каждого человека персонально. А он не понимает. Глазами хлопает и спрашивает моего лича: зачем. Раньше так не делали. Сколько помню себя, говорит, всегда домами считали. Зачем люди? Дети ещё не работают, бабы своими бабскими делами занимаются. Ему лич говорит: не твоё писарево дело, пиши, что требуют. Он: понял. И идёт всё равно переписывать дома. Почему? А потому что всегда так делали, а кто-то просто напутал что-то, или по глупости, а он лишнюю работу делать не будет, он умный, ведь всегда так делали. С такими сказочными созданиями и приходится иметь дело.
И нет, они не тупые. Ну, не все, во всяком случае, дело несколько тоньше. Мне кажется, дело в объёме одновременно происходящих изменений, раз, и в том, что эти изменения не вызваны какими-то естественными переменами в жизни, два. С точки зрения этого клятого писаря всё течёт вроде бы так же, как раньше, но почему-то от него резко потребовали много работать. И ведь с его колокольни пересчитывать всех этих людишек действительно нет никакого смысла, ведь половина детей и до зрелости-то может не дожить. Молодуха замуж выскочит и в другое место утечёт. Это всё равно что заставлять офисного работника делать опись ручек и других расходников. Зачем делать опись ручками и на бумаге, если по ходу этой описи ручек и бумаги станет меньше?
Приходилось учить и заставлять, где добрым словом, где добрым матом, заставлять систему работать, принуждая, снова и снова, с хрустом проворачивая шестерёнки, потому что иначе никак. Проводим перепись населения, да не просто перепись, а с учётом имеющихся навыков, потому что нам не просто пустые списки нужны, а понимание, куда кого отправлять и, если потребуется, чему обучать. Мне ещё заводы собрались строить для людей, и рабочих туда набирать вместо скелетов. Дожил, реиндустриализация, эффективных и бесплатных скелетов заменяют неэффективными людьми, которым нужно спать и платить зарплату. Однако людей у меня, как ни странно, больше, чем скелетов. Хотя, если создавать не эффективных гвардейцев, а кадавром… Впрочем, глупость, кадавр бесполезен чуть больше, чем полностью, так что всё мы делаем правильно. Верной дорогой идём, товарищи.
Больше всего веселья, впрочем, вызывали жители Предельного, который город. Раньше они возмущались, что пришли скелеты и работают, а честным людям работать не дают. Теперь возмущаются, что халява кончилась и город обязан набрать потребное количество работников на производства. Л — Логика. П — Постоянство. З — Зажрались.
— Мне кажется, надо создавать выездные комиссии и проводить перепись через них, — просмотрев очередную пачку бумаг, предложила Алиса.
— Дорогая, кроме вас, мне в такую комиссию и зачислить-то некого. А земель и деревень у нас теперь знаешь, сколько? — возражаю, хотя в целом с ней полностью согласен.
Нежить не пошлёшь, с коммуникацией у мертвецов не очень, а граждане таких гостей не оценят.
— Крепитесь. И не переживайте сильно из-за ошибок. Раза с третьего проведём всё так, как надо.
Глава 5
Хаарт начал действовать.
Оставим за скобками факт, что власть легитимна ровно настолько, насколько правящий класс эту легитимность признаёт. Неважно, что королём Хаарта по факту не считает никто, кроме самого Хаарта. У Короля-лича есть вооружённые силы, и больше нет оппозиции, так что Его Величество принялось приводить ближайших дворян к присяге. И, отдаю должное, Хаарт не допустил в городе голода. Находясь фактически в блокаде и разве что не в осаде, он удержал в городе порядок и относительное благополучие. Торговцы, что, несмотря на весь, хаос продолжали курсировать по стране, уже успели посетить столицу, а затем добраться и до меня, передавая новости. Проверить у меня нет возможности, своей разведки как не было, так и
