замечал его умоляющего взгляда.
– Ефим Григорьевич, примите в знак благодарности эти деньги! Отказа я и слышать не хочу! – сказал Варин торжествующим голосом, протягивая кейс с деньгами. Ефим лишь покачал головой.
– Спасибо, конечно, но нет… Я делал это не из-за денег и ваше предложение звучит для меня как оскорбление! Так что я бы попросил убрать эти клочки бумаги! – сказал Ефим с нескрываемым раздражением и чувствуя нарастающую неловкость между ними. Не любил он такие моменты. На его радость, дворецкий прекрасно понял его и опустил руку с кейсом в ней.
– Вы гораздо лучше, чем я ожидал! Спасибо, что позаботились о нём! Он очень важный, хороший и необычный мальчик! Спасибо… – мягко проговорил дворецкий, подходя ближе.
Позволив себе слабость, он заключил лесника в объятия. Так как Варин был выше Ефима на голову, то пришлось сгорбиться, но мужчина не зациклил на этом внимание. Лесник поражённо выдохнул, обнимая в ответ. Варин же продолжил.
– Я очень благодарен вам! Вы не представляете как он дорог мне и…
– Знаю… – перебил Ефим, выдавливая грустную улыбку. – Я всё прекрасно понимаю…
Стояли они так не долго. Вконец озябнув, так как дворецкий стоял лишь в форме, не удосужившись накинуть даже шарф, Варин расцепил объятия. Попрощавшись и обменявшись адресами, они разошлись. Варин сел в машину, после долго провожая силуэт лесника. Когда же тот скрылся среди деревьев, дворецкий завел машину, перед этим взглянув на Армэля и убеждаясь, что тот спит удобно расположившись в детском кресле.
Успокоив этим своё сознание, Варин тронулся, разворачиваясь и направляясь в сторону особняка. Пора было возвращать блудного сына…
*******
Сейчас
Пару крутых поворотов, несколько подрезанных машин, пять минут страха и Армэль доехал к нужному повороту, ведущему в чащу леса. Именно в сердце этого леса находился ипподром, в котором юноша провёл большую часть своей жизни. Улыбка единолично и назойливо расплылась от одного уха до другого. Сразу вспоминались все падения, пот и маты, которые он тут оставил.
Столько произошло в этом месте. Первые награды, первые места, замечания тренера и море самосовершенствования. Теперь же ему придётся всё оставить и создать своё убежище счастливых воспоминаний. А он создаст! И никто ему в этом не помешает! Если есть цель, то всё остальное пройдёт легче. Именно такими убеждениями руководствовался Анненков ещё с того самого дня его клятвы.
Та его клятва и день когда она обрела силу помнились до сих пор…
*******
Тогда ему было четырнадцать и парень только-только начал заниматься верховой ездой, совсем позабыв о клятве, которую дал сам себе. Армэль был нелюдимым, мало с кем близко общался и каждое утро просыпался с мыслью «Хоть бы не сдохнуть». С каждым днём эта депрессия только нарастала. Стоя на светофоре, сидя за партой или просто лёжа в кровати – всегда – парень не хотел жить и не видел радости ни в одном дне. Однако никто, даже отец, не замечал его состояния…
Сегодняшний день ничем не отличался. Армэль как обычно делала вид, что у него всё замечательно. С улыбкой пропускал мимо ушей недовольные комментарии отца и игнорировал поддакивания мачехи. Затем школа, где он перебрасывался с одноклассниками ничего не значащими фразами, изображая ни лице интерес. А после изнурительные тренировки в спортивном корпусе, после которых Анненков как можно скорее садился в автомобиль и его везли на ипподром.
Сегодня был его первый день, когда он мог оседлать своего коня. По иронии судьбы ему досталась рыжая кобыла по кличке Гроза. Но несмотря на это, ему не терпелось поездить верхом в надежде, что хоть это занятие пробудет в нём эмоции. Армэль внимательно вслушивался в каждое слово тренера, стоя в ряду с остальными ребятами его возраста.
– Приступайте! – наконец прозвучала долгожданная команда.
Все, и в том числе Армэль, отправились седлать своих лошадей. Каждый из них ответственно подошёл к своему делу. Анненков да-к точно! Он несколько раз всё перепроверил и даже подозвал к себе тренера, чтобы он оценил его первый этап. Тот похвалил парня и отправился проверять остальных. Только после этого все встали в очередь, чтобы на глазах тренера правильно оседлать лошадь и сделать тестовый круг. Армэль был в самом конце…
Это его не огорчало. Наоборот, дало время собраться с мыслями, ведь сомнений в его голове было куча. Ещё на самом первом занятии тренером было сказано, что будучи верхом на лошади нельзя колебаться или испытывать какие-либо негативные чувства. Она всё чувствует и никто не знает чем это может обернуться. Армэль это знал, но как на зло вспомнил слова отца о том, что если бы не он, то у него никогда и ничего бы не вышло.
За этими мыслями Анненков даже не заметил как настала его очередь. Пот выступил как по команде при первом его шаге из строя. Руки и ноги затряслись, а взгляд вцепился в собственную обувь. На негнущихся ногах он вышел перед всеми, всё ещё не поднимая свой взор.
– Армэль Анненков. – представился парень перед всеми, поворачиваясь лицом к лошади.
Та только фыркнула и дёрнула шелковистым хвостом. Армэль сглотнул, вставая обеими ногами на подставку и крепче хватаясь за седло руками. После он нерешительно бросил взгляд на тренера. Тот ответил ему ободряющей улыбкой. Анненков тоже улыбнулся, но слегка сконфуженно. Он снова вернул своё внимание к лошади, делая глубокий вздох и ставя левую ногу в стремя.
– Я смогу… – прошептал себе под нос Армэль, делая рывок.
Однако что-то пошло не так и его нога соскользнула. Парень свалился с подставки под тихие смешки остальных. Только тренер неизменно улыбался и молча помог подняться. Армэль мысленно поблагодарил его, снова вставая на подставку и делая вторую попытку.
В этот раз ему удалось сесть как полагается. Тренер поднял большой палец вверх, отмечая этим, что старания ученика были зачтены. Однако легче от этого не становилось, страх продолжал расти и Армэль с трудом нашёл в себе силы начать движение на лошади.
Сначала всё была как нельзя лучше. Мальчик старался из-за всех сил, но когда Армэль уже начал переходить на галоп, Гроза почувствовала его тревогу и сама начала нервничать. Никто не понял когда произошёл переломный момент, даже тренер до последнего был уверен, что Армэль уверенно держится на коне. Сам же Анненков уже понимал, что теряет контроль и впадает в панику.
Армэль даже вздохнуть не успел. Всё внутри перевернулось и он почувствовал невесомость на пару секунд. Руки вскинулись сами по себе в надежде на мягкую посадку. Однако хруст и дикая боль в запястьях дали понять, что падение прошло не без последствий. Но на этом всё не закончилось…
Анненков в ужасе вскинул взгляд на зависшие над ним
