Капитан схватился за внутренний телефон.
— Измените курс! Сорок градусов на правый борт! — Не ожидая ответа, он сбежал по лестнице на мостик. — Мистер Шварц?
— Выполняем изменение курса, сэр.
Гиббонс уставился на нос корабля. Ну же… поворачивай!
Круизный лайнер дернулся вправо, но течение сопротивлялось. Лайнер содрогался, не в силах преодолеть силу притяжения дыры.
— Не выходит, сэр.
— Стоп машина. Полный назад!
— Полный назад, есть, сэр.
Винты замерли, потом закрутились в обратном направлении. Гиббонс навел бинокль на огромную аномалию, которая виднелась в семи сотнях ярдов, а края провала занимали весь обзор. Море обрывалось… но куда?
«Потерянный рай» задрожал от работы винтов, пытающихся справиться с течением. Продвижение к дыре замедлилось, но преодолеть силу потока лайнер не мог.
Сердце капитана бешено колотилось.
— Мистер Галлей, шлите сигнал SOS. Сообщите береговой охране, что нам нужны вертолеты срочной службы реагирования. И предупредите, чтобы морские суда не приближались к этой области.
Перепуганный радист смог выдавить только хриплое:
— Айе, сэр.
Палубные офицеры выстроились у обзорных окон, глядя наружу со страхом и растерянностью. Некоторые пытались позвонить своим близким — но сигнала не было.
Хор воплей достиг крещендо, когда пассажиры увидели то, что ожидало лайнер впереди.
Капитан Гиббонс, чувствуя головокружение и дрожь в руках, добрался до своего кресла и почувствовал, как желудок подскочил к горлу, когда 130 000 тонн круизного лайнера медленно перевалились через край воронки… и рухнули в небытие.
* * *
Крики оглушили Эвелин Мор, а внезапная тишина пришла одновременно со странно знакомым угловатым лицом темноволосого мужчины, за темными очками которого ярко сияли немыслимо синие глаза. Мощные руки подняли ее с палубы, и внезапно она оказалась внутри корабля — мужчина двигался со скоростью, противоречащей законам физики. Внезапное ощущение невесомости сменилось невероятным накатом гравитационных сил, расщепивших и разметавших все клеточки ее организма.
* * *
Если мы будем продолжать двигаться тем же путем, мы можем и вовсе не дожить до следующего века.
Когда опасность появляется на нашем радаре, здравый смысл бьет по тормозам, но ученые предпочитают давить на педаль газа до упора.
Марвин Мински, доктор философии
Глава 2
Маналапан, Флорида 1 мая 2047
Великолепное поместье, принадлежащее Лилит Мабус, вдове миллиардера Люсьена Мабуса, располагалось на частном пляже близ Манапалана, небольшого островного городка к северу от Бойнтон-Бич, штат Флорида. Тридцать одна комната, три этажа, обрамляющие бассейн с океанской водой, оборудованный плавучим баром. Два теннисных корта, фитнес-центр, салон, освещаемый огромным (6000 фунтов весом) хрустальным канделябром, импортированным из французского дворца XIX века, купол обсерватории, гараж на восемь машин, полы, выложенные римским мрамором… У каждой из шести спален свой балкон, выходящий на Атлантический океан. Окна особняка самоочищающиеся, с тончайшим металлическим напылением, которое электризовалось, чтобы помочь дождевой воде смыть мельчайшие частички пыли. На северной стороне находилась электростанция NiCE, обеспечивающая поместье энергией солнца и ветра.
Новейшим добавлением к роскошному особняку у океана была система спутниковых тарелок в бетонном бункере на южном газоне. Эти тарелки позволяли Лилит Мабус и ее команде выкачивать информацию со спутников-шпионов Пентагона и работать с ней в домашнем кабинете, хотя «официально» тарелки служили для связи Исполнительного директора МТИ с космическим флотом дочерней компании, называемой проектом «Надежда».
* * *
Историю возникновения американской космической программы можно проследить до времен первой холодной войны, когда конфликт идеологий США и Советского Союза расцвел гонкой космических достижений. В 1961 году президент Джон Ф. Кеннеди поднял планку, поставив цель — обеспечить безопасный выход американского космонавта на Луну — и эта цель была достигнута 20 июля 1969 года.
Четыре последующих десятилетия стали суровым для освоения космоса периодом.
Часть проблемы заключалась в отсутствии четко поставленных целей, что усложнилось решением президента Никсона связать будущее НАСА с космическими «Шаттлами» — транспортными кораблями, предназначенными для выхода на Земную орбиту. «Шаттлы» обладали рядом фатальных технологических недостатков, что привело к катастрофе «Челленджера» и «Колумбии». Остаток устаревшего флота стали использовать исключительно для челночных рейсов между Землей и Международной Космической Станцией (еще одной «черепахой» на орбите), и интерес к космической программе пошел на спад.
Чего не знали в НАСА, так это того, что лунные миссии изначально являлись частью сверхсекретной доктрины времен Линдона Джонсона, в свое время заглохшей и реанимированной лишь в 2029 году, когда одна частная компания пресекла мертвую хватку военной промышленности, перекрывшую кислород космическим исследованиям.
Этот бунт стал началом конца для предприимчивого сына некоего миллионера.
Люсьен Мабус родился с платиновой ложкой во рту. Единственный сын оборонного подрядчика Питера Мабуса и его немолодой жены Каролины, Люсьен все детство провел с частными учителями и спортивными тренерами, в то время как его отец выстраивал политическую кампанию, чтобы бросить вызов президенту Эннису Чейни и самому угнездиться в Белом доме. Поражение в 2016 году далось Мабусу нелегко, и он решил избавить страну от действующего лидера несколько иным и не слишком легитимным способом. Но не успел, так как о нем «позаботились» телохранители близнецов-Гэбриэлов, после того как Мабус нанял убийцу, пытаясь уничтожить Джейкоба и Иммануэля.
Люсьен Мабус был шокирован гибелью отца и оставшиеся до своего совершеннолетия годы провел под пристальным взором дядюшки, предпочитавшего держать дерзкого племянника в реабилитационных центрах, только бы не заниматься его прогрессирующей алкогольной и наркозависимостью. Люсьен отметил свое восемнадцатилетние тем, что отменил программу лечения и вышвырнул назначенного в судебном порядке ангела-хранителя из отчего дома. Теперь, когда наследство перешло к нему, Люсьен справился с депрессиями, которые толкнули его на путь саморазрушения и зависимости от удовольствий неуемной плоти.
Шесть лет, два неудачных брака и четыре месяца тюремного заключения спустя Люсьен познакомился с Лилит Мабус. Дерзкая красотка с кофейного цвета кожей стала наваждением, а ее безмерные амбиции захлестнули Люсьена, как горный поток. Рожденная в нищете Лилит искала власти и наслаждалась обществом новой элиты — непримиримых глобалистов, которые медленно, но верно манипулировали мировой политикой, сливая ее в единое правительство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
