На вопли женщин и детей, со всех концов поля сбежались охотники. Увидев поверженного вождя, они словно окаменели. В глазах страх и растерянность. Племя было деморализовано. Вокруг царила паника и неразбериха.
Хромоногий Кру заковылял к Ите и стал рядом с ней, чтобы поддержать её, хотя бы психологически. Зорко осмотрелся. Бывший охотник сразу же засёк убийц вождя. Их было трое. Они уже переплыли на ту сторону реки, и теперь бежали по густой траве к стелющемуся в глубине поляны кустарнику. Потом они скрылись. Об опасности больше ничего не напоминало. Но это было ложное чувство. Старый охотник предчувствовал, что подлым убийством вождя дело не кончится. И худшие предположения его стали сбываться.
Вскоре из глубины поляны, по ту сторону реки, появилась целая толпа воинов чужого племени. Их было так много, что числом своим, они превосходили всё народонаселение родного племени Кру. Хромоногий и немощный охотник понимал, что в предстоящей стычке его племя ничего хорошего не ждёт. Подбежавшие защитники выглядели подавленными растерянными.
Хилый Кру стал думать. Надо было найти выход из тяжёлого положения, в которое угодило племя после смерти вождя. А ещё, надо было защитить женщину своего единственного друга, Иту и её дочерей. Ведь они смотрели в его сторону с мольбой и надеждой. Да и смотреть было больше не на кого. Жалкие, подавленные охотники защитниками не выглядели. Единственным воином на тот момент, похоже, оказался только он, слабый и хромоногий старик. И тогда то он и взялся проделать тяжкую, мужскую работу.
Историческое время знает много примеров, когда люди из низов общества, благодаря собственной воле и уму, становились военными стратегами. Примеров много. Те же Спартак и Чингисхан. Те же Орлеанская дева и Стенька Разин. Те же…
Если это сплошь и рядом случалось в историческое время, то почему бы такому событию не произойти в доисторическое время? Что, разве среди пещерных людей не встречались могучие умы? Риторический вопрос: конечно, встречались! Просто их не отмечала история, которой не было…
И чем, собственно, хромоногий охотник Кру хуже Яна Жижки? Да ничем! Разве только тем, что он доисторический.
И хромоногий Кру таки нашёл выход. Если врага нельзя победить силой, то его можно одолеть хитростью!
Враг наступал, и медлить было нельзя!
Кру тут же составил в своей голове план будущей военной кампании. Его реакции в принятии правильного решения мог бы позавидовать сам Александр Македонский, который тоже славился быстрой реакцией в принятии решений.
Вооружённая борьба с превосходящими силами агрессора, по замыслу пещерного стратега, должна была разворачиваться на большой территории и делиться на несколько этапов.
Вначале, вооружённые силы племени должны были встретить многократно превосходящие силы вторжения подвижной обороной на берегу пограничной реки, и нанести им частичный урон.
Лишь после того, как главные силы агрессора вскарабкаются на крутой берег, вооружённые силы племени начнут производить запланированное тактическое отступление, повсеместно сопровождаемое воплями и бегством. Но отступать они будут не потому, что так им хочется, а потому, что так задумано. Они будут отступать в хорошо знакомое им, и совершенно не знакомое противнику, болото. Это тактический манёвр такой, а не паническое бегство! Далее, всеми имеющимися средствами, они наносят решающий удар, по завязшим в болоте и потерявшим свою мобильность, главным силам вторжения.
Завершающий этап вооружённой борьбы с оккупантами, включает в себя преследование остатков деморализованного, вражеского воинства и выдворение его за пределы суверенной территории племени.
Да после такого стратегического замысла Кру, даже Ганнибал нервно бы переминается с ноги на ногу, стоя в сторонке!
Приняв судьбоносное решение, Кру, неожиданно для всех соплеменников, возвысил свой голос. Он мигом заставил замолчать хлюпающую, хныкающую и ноющую толпу соплеменников. Кто бы мог подумать, что у него, на старости лет, прорежется такой пронзительный рык!
И Кру заговорил историческим голосом:
– Слушайте меня!
Подавленное сообщество повернуло голову в его сторону.
Он говорил резко, коротко и по делу.
– Вождя убили чужаки. Вождя жалко!
При этих словах женщины, снова, начали всхлипывать.
– Чужаки переходят реку. Их нельзя пустить на наш берег.
Его рубленые фразы напоминали пункты военного приказа.
– Идите на берег и встретьте их камнями. Потом бегите в лес и кричите. Чужаки побегут за вами. Они подумают, что вы испугались.
Перевёл дыхание.
– Это хорошо. Пусть так думают. Заведите чужаков в болото. Вы болото знаете, а чужаки нет. Вы выйдете из болота, а чужаки нам завязнут. Потом вы станете отправлять к предкам тех, кто вылезет из болота. Чужаки перепугаются. Они побегут обратно. Вернётесь к племени, после того, как выгоните их за реку.
Поставил точку:
– А я поведу племя к дальней пещере!
После речи хромоного Кру, понурое воинство приободрилось, ибо они теперь знали, что делать дальше. Впереди забрезжила надежда.
Охотники патриотично закивали головой и побежали на берег реки, чтобы достойно встретить гостей. Там, под обрывом уже сосредотачивалась вражеская рать. Их было много. Сверху они напоминали пауков, с наполовину оторванными лапками.
Тем временем, Кру спокойно повёл племя в безопасное место.
Охотники же, с энтузиазмом, встретили незваных гостей камнями и комьями земли. «Угощали» от души и с удовольствием. Сверху вниз кидать всегда проще и приятней, чем снизу вверх. Каждое удачное попадание в неприятеля отмечалось дружными и радостными воплями. Охотники вели себя, как современные футбольные фанаты, которые ревут и бесятся при каждом удачном финте своего игрока, при каждом забитом голе родной командой! Агрессор, столпившийся под обрывом, нёс потери. И моральные и материальные. Он нёс бы их и дальше, если бы не догадался рассыпаться, как горох. Этот тактический манёвр спас его от полного поражения. Рассредоточившись, чужаки, как тараканы, поползли наверх. Их было так много, что бойцы никак не могли встретить каждого оккупанта, персонально.
Приспела пора тактического отступления. Помня слова Кру, охотники с воплями понеслись к лесу. Раздражённые преследователи устремились вслед. И чтобы окончательно добить трусливого противника, оставалось лишь догнать его.
Это охота!
А охотиться чужаки умели.
Хромоногий Кру, уводя племя, чутко прислушивался к голосам охотников. Крики удалялись. Старый охотник был доволен: всё шло по плану.
Кру смахнул со лба капельки пота, словно отгонял плохие мысли. Шум сражения, всё дальше уходил вглубь болота, пока совсем не увяз в его тине.
Кру довольно крякнул:
– Хорошо! Теперь будет хорошо! Теперь завтра для его племени наступит! Наступит обязательно!
Азарт погони привёл незваных гостей к заслуженному финалу. Чужаки не заметили, как угодили в трясину. Убегающие охотники заманивали своих недругов, всё дальше и дальше, вглубь непроходимого болота. А кода преследователи осознали, что угодили в западню, было уже поздно. Одни увязли в чавкающей жиже и не могли выбраться самостоятельно, других поглотила прожорливая трясина, а третьи трусливо повернули назад.
Воюющие стороны поменялись ролями.
Теперь уже местные охотники, с видимым удовольствием, загоняли обратно в болото тех чужаков, кому посчастливилось выползти на сухое место. Численный перевес чужаков потерял своё значение. Он увяз в болоте.
Остатки вражеской рати стали поспешно ретироваться. Чужаки отступали прытко, затравленно оглядываясь и, почти, не оказывая сопротивления.
Охотники перешли на преследование. Их остановила лишь пограничная река. Они стояли над обрывом и торжествующе зрели сладостную картину. Победители видели полное унижение своего, ещё недавно такого воинственного, и такого грозного противника. Теперь жалкие, насмерть перепуганные кучки чужаков, кое-как перебравшись на тот берег, пустились во все тяжкие в свои поля. Они бежали, чтобы спрятаться. А что оставалось делать? Мало того, что они чуть не захлебнулись в вонючей жиже, им ещё нащёлкали дубиной по темечку!
Победа была полной!
Охотники, не помня себя от радости, подпрыгивали на месте, колотили себя волосатым кулаком в волосатую грудь, сотрясали воздух копьями и дубинами. Их глотки трудились до хрипоты, занимаясь личным самопиаром. И, наконец, устав от излияния победных чувств, они медленно потянулись домой.
Возвращались краем болота. То там, то здесь им попадались тела поверженных врагов.
Победное шествие замыкали два охотника. Старшего звали Ук, а младшего Го. Усталые и счастливые, они едва двигали ногами. На неподвижных чужаков смотрели с сочувствием. Их где-то было даже жаль.
