Сонет № 61
Ты ль требуешь, чтоб я, открывши очи,Их длительно вперял в тоскливый мрак?Чтоб призрак, схож с тобой, средь ночиМеня томил и мой тревожил зрак?
Иль дух твой выслан, чтобы ночью чернойОт дома далеко за мной следитьИ уличить меня в вине позорной,В тебе способной ревность разбудить?
Нет! Велика любовь твоя, но все жеНе столь сильна: нет! То – любовь мояСомкнуть глаза мне не дает на ложе.Из-за нее, как сторож, мучусь я!
Ведь ты не спишь, и мысль меня тревожит,Что с кем-то слишком близко ты, быть может!
1609
Сонет № 73
То время года видишь ты во мне,Когда, желтея, листья стали редки,И там, где птицы пели о весне,Оголены, дрожа от стужи, ветки.
Во мне ты сумерки находишь дня,Что гаснет после яркого заката;Ночь темная, к покою всех клоня(Двойник твой, Смерть!), его влечет куда-то!
Во мне ты видишь отблески огней,Лежавших в пепле юности своей;Они окончат жизнь на этом ложе.Снедаемые тем, что их зажгло,
И потому, что день, ты любишь строже,Спеша любить то, что почти прошло.
1609
Шарль Бодлер
(9 апреля 1821 года, Париж – 31 августа 1867 года, там же)
Безумных влюбленностей в юности Бодлер не испытывал, однако был неутомимым посетителем борделей. Его возлюбленной на долгие годы стала проститутка Лушетта. Мысли о семье и браке вызывали у Бодлера настоящий ужас. Однако в возрасте 23 лет он все-таки встретил женщину, любовные отношения с которой продолжались на протяжении двадцати лет. Жанне Дюваль поэт обязан рождением сборника стихотворений «Цветы зла».
Экзотический аромат
Переводы В. Брюсова
Когда, закрыв глаза, я, в душный вечер лета,Вдыхаю аромат твоих нагих грудей,Я вижу пред собой прибрежия морей,Залитых яркостью однообразной света;
Ленивый остров, где природой всем даныДеревья странные с мясистыми плодами;Мужчин, с могучими и стройными телами,И женщин, чьи глаза беспечностью полны.
За острым запахом скользя к счастливым странам,Я вижу порт, что полн и мачт, и парусов,Еще измученных борьбою с океаном,
И тамариндовых дыхание лесов,Что входит в грудь мою, плывя к воде с откосов,Мешается в душе с напевами матросов.
Привидение
Я, как ангел со взором суровым,Под твоим буду снова альковом.Я смутить не хочу тишину,С тенью ночи к тебе я скользну.
И к тебе прикоснусь я лобзаньем,Словно лунным холодным сияньем;Ты почувствуешь ласки мои,Как скользящей в могиле змеи.
Утро бледное снова ты встретишь,Но пустым мое место заметишь,И остынет оно при лучах.
Пусть другие подходят с мольбою:Чтоб владеть твоей юной красою,Я избрал средство лучшее – страх.
1857
Красота
О смертный! как мечта из камня, я прекрасна!И грудь моя, что всех погубит чередой,Сердца художников томит любовью властно,Подобной веществу, предвечной и немой.
В лазури царствую я сфинксом непостижным;Как лебедь, я бела, и холодна, как снег;Презрев движение, любуюсь неподвижным;Вовек я не смеюсь, не плачу я вовек.
Я – строгий образец для гордых изваяний,И, с тщетной жаждою насытить глад мечтаний,Поэты предо мной склоняются во прах.
Но их ко мне влечет, покорных и влюбленных,Сиянье вечности в моих глазах бессонных,Где все прекраснее, как в чистых зеркалах.
1861
Смерть любовников
Постели, нежные от ласки аромата,Как жадные гроба, раскроются для нас,И странные цветы, дышавшие когда-тоПод блеском лучших дней, вздохнут в последний раз.
Остаток жизни их, почуяв смертный час,Два факела зажжет, огромные светила,Сердца созвучные, заплакав, сблизят нас,Два братских зеркала, где прошлое почило.
В вечернем таинстве, воздушно-голубом,Мы обменяемся единственным лучом,Прощально-пристальным и долгим, как рыданье.
И Ангел, дверь поздней полуоткрыв, придет,И, верный, оживит, и, радостный, зажжетДва тусклых зеркала, два мертвые сиянья.
1861
Эдгар По
(19 января 1809 года, Бостон – 7 октября 1849 года, Балтимор)
Женой Эдгара По была его двоюродная сестра Вирджиния. Некоторые биографы предполагают, что их отношения были скорее братскими, чем супружескими. В январе 1842 года Вирджиния заболела туберкулезом, и состояние ее с каждым днем усугублялось.
30 января 1847 года в семейном коттедже недалеко от Нью-Йорка Вирджиния скончалась.
Борьба жены с болезнью и смертью повлияла на многие произведения писателя, как поэтические, так и прозаические, где в качестве главной героини появляется молодая умирающая женщина.
К Марии
Переводы В. Брюсова
Любимая! меж всех уныний,Что вкруг меня сбирает Рок(О, грустный путь, где средь полыниВовек не расцветет цветок),Я все ж душой не одинок:Мысль о тебе творит в пустынеЭдем, в котором мир – глубок.
Так! память о тебе – и в гореКак некий остров меж зыбей,Волшебный остров в бурном море,В пучине той, где на простореБушуют волны, все сильней, –Все ж небо, с благостью во взоре,На остров льет поток лучей.
1835
Свадебная баллада
Обручена кольцом,Вдыхая ладан синий,С гирляндой над лицом,В алмазах, под венцом, –Не счастлива ль я ныне!
Мой муж в меня влюблен…Но помню вечер синий,Когда мне клялся он:Как похоронный звонЗвучала речь, как стонТого, кто пал, сражен, –Того, кто счастлив ныне,
Смягчил он горечь слезМоих в тот вечер синий;Меня (не бред ли грез?)На кладбище отнес,Где мертвецу, меж роз,Шепнула я вопрос:«Не счастлива ль я ныне?»Я поклялась в ответЕму, в тот вечер синий.Пусть мне надежды нет,Пусть веры в сердце нет,Вот – апельсинный цвет:Не счастлива ль я ныне?.
О, будь мне сужденоДлить сон и вечер синий!Все ужасом полноПред тем, что свершено.О! тот, кто мертв давно,Не будет счастлив ныне!
1836
К Марии-Луизе (Шю)
Из всех, кто близость чтут твою, как утро,Кому твое отсутствие – как ночь,Затменье полное на тверди вышнейСвятого солнца, кто, рыдая, славятТебя за все, за жизнь и за надежду,За воскресенье веры погребеннойВ людей, и в истину, и в добродетель,Кто на Отчаянья проклятом ложеЛежали, умирая, и восстали,Твой нежный зов познав: «Да будет свет»,Твой нежный зов заслышав, воплощенныйВ блеск серафический твоих очей, –Кто так тебе обязан, что подобнаИх благодарность обожанью, – вспомниО самом верном, преданном всех больше,И знай, что набросал он эти строки,Он, кто дрожит, их выводя, при мысли,Что дух его был с ангельским в общеньи.
1847
Сон во сне
В лоб тебя целую я,И позволь мне, уходя,Прошептать, печаль тая:Ты была права вполне, –Дни мои прошли во сне!Упованье было сном;Все равно, во сне иль днем.В дымном призраке иль днем.Но оно прошло, как бред.Все, что в мире зримо мнеИли мнится, – сон во сне.
Стою у бурных вод,Кругом гроза растет,Хранит моя рукаГорсть зернышек песка.Как мало! Как скользятМеж пальцев все назад…И я в слезах, – в слезах:О боже! как в рукахСжать золотистый прах?Пусть будет хоть одноЗерно сохранено!Все ль то, что зримо мнеИль мнится, – сон во сне.
1849
Максимилиан Волошин
(16 [28] мая 1877, Киев – 11 августа 1932, Коктебель)
Однажды на Черной речке состоялась дуэль… И не одна. Первая была между Пушкиным и Дантесом. Вторая – между Николаем Гумилевым и Максимилианом Волошиным.
И вновь из-за женщины – Лизы Дмитриевой. Но в этот раз судьба пощадила обоих. Гумилева суд приговорил к неделе ареста с отбыванием на квартире, Волошин отделался одним днем.
Маргарите Васильевне Сабашниковой
Я ждал страданья столько летВсей цельностью несознанного счастья.И боль пришла, как тихий синий свет,И обвилась вкруг сердца, как запястье.
Желанный луч с собой принесТакие жгучие, мучительные ласки.Сквозь влажную лучистость слезПо миру разлились невиданные краски.
И сердце стало из стекла,И в нем так тонко пела рана:«О, боль, когда бы ни пришла,Всегда приходит слишком рано».
1903
«Если сердце горит и трепещет…»
