держит в руках жизнь её Штефа, Элль не считала хорошей идеей, поэтому она молча поднялась по широкой, до блеска начищенной лестнице вслед за Валерией.
- Не трясись ты так. Ничего с твоим братом не случится, - чуть обернувшись, неожиданно сказала Валерия.
- Вы знаете, где он? – Амали оживилась и ускорила шаг, чтобы оказаться к ней поближе.
- Конечно, знаю, - женщина улыбнулась шире, и Элль ясно увидела её длинные острые клыки.
Вампир.
Амали поражённо выдохнула. В их общине вампиров не было уже пару поколений – да и вообще, нечисть любила большие города, и сверхъестественные силы в N19 были представлены, разве что, парой гадалок и добродушным старичком-оборотнем, который каждое полнолуние уходил в лес и запирался в самодельном бункере.
У одной из совершенно одинаковых на вид дверей, из десятка которых состоял широкий коридор второго этажа, Валерия остановилась и надавила на ручку, сделав приглашающий жест.
Внутри была обычная спальня, точно сошедшая с картинки из мебельного журнала. Судя по полному отсутствию личных вещей, никто здесь не жил – только на кровати лежало платье насыщенно-синего цвета с таким обилием каких-то завязок и тесёмок, что Амали непроизвольно замерла, обернувшись к Валерии.
- Не волнуйся, я помогу всё застегнуть, - единственное, что завязывала Элль в своей жизни – это шнурки на кроссовках. И по ехидному выражению на лице вампирши стало ясно, что для неё это не секрет.
Она тяжело вздохнула, сбросила на кровать рюкзак и стянула майку. Жизнь в пансионе научила её вполне спокойно переодеваться в присутствии практически посторонних.
- Ну ты и костлявая, - фыркнула Валерия, с поистине нечеловеческой ловкостью затягивая все тесёмки и завязки. На то, что у любого другого заняло бы как минимум четверть часа, у вампирши ушло от силы две минуты.
Амали скептически разглядывала в зеркале свою тоненькую фигурку в синем, до колен, платье. Вырез казался ей слишком большим, а все эти шнурки сильно сдавливали кожу.
- Нафига мне платье? У вас там бал, что ли? – буркнула Элль, неловко попытавшись пригладить волосы.
- У аристократов принято переодеваться к ужину, - Валерия взяла с тумбочки резной деревянный гребень, и Амали замерла, глядя в зеркало на одиноко висящую в воздухе расчёску.
- Чего уставилась? – фыркнула вампирша, - не бойся, не укушу.
- Я же видела вас на улице днём, - с некоторым опозданием поняла Амали. Всё ещё неловко было обращаться на «ты» к женщине, которой могло быть как тридцать, так и триста.
- Сколько лет вашим учебникам? – с долей пренебрежения уточнила Валерия, - уже лет двадцать, как алхимики из Нираса изобрели состав от солнца. Крем от загара, так сказать, экстра класса.
- И что, теперь все вампиры могут просто так ходить?
- Нет. Только те, кто может этот состав купить… не вертись, рыжик, а то шпилькой в глаз получишь.
Амали недовольно поёрзала на месте. Так долго стоять, не двигаясь, её деятельная натура не могла.
Замысловатая причёска была готова минут через десять, и когда Элль в компании Валерии вышла в коридор, она всё ещё кашляла от мерзкого запаха лака для волос.
В этот раз Амали оказалась в комнате с другой стороны от входных дверей. Длинный стол, а также картины с различными вариациями еды и фруктов, ясно давали понять, что это за помещение.
- Ну вот. Другое дело, - Синклер довольно улыбнулся и, подойдя ближе, заправил ей за ухо прядь волос, - я всегда хотел такую хорошую маленькую куколку. Не хмурься, куколка, тебе не идёт.
Амали стояла, нервно перебирая пальцами край платья, и пыталась придать лицу нейтральное выражение. Ради Штефана она готова была слушать, как о ней отзываются, словно о декоративной аквариумной рыбке.
- Тебе со мной неинтересно, куколка? – прищурился Синклер, и Элль торопливо покачала головой, стараясь не смотреть ему прямо в глаза.
- Присядешь? – некромант сделал приглашающий жест, и Амали опустилась на ближайший стул, тут же сцепив пальцы в замок.
Виктор присел рядом, во главе стола, и взял её за руки, аккуратно разведя их в стороны.
- Не делай так. Это плохая привычка, - мягко попросил он, хотя просьбы в голосе было мало.
- Что вы хотите? – наконец прямо спросила Элль, - зачем я здесь?
- Ты здесь, потому что собиралась уехать из города. Я не могу тебе этого позволить, куколка, - из мягкого голос стал неожиданно суровым, - и ты тоже не можешь себе этого позволить.
- Где мой брат? – снова, почти уже не надеясь на ответ, спросила Амали.
- Такая преданность семье весьма похвальна, - задумчиво оценил Виктор. Тут двери распахнулись, и две горничные, одетые в строгую форму, которую до этого Элль видела только в кино, принялись расставлять на столе еду.
- У меня нет никого, кроме брата, - Амали решила попытаться надавить на жалость, - вы же знаете.
- Я хочу сделать всё по-хорошему, Амали. Но предупреждаю тебя – если захочешь войны, будь готова к жертвам, - холодно ответил Виктор.
- Войны? – прошипела Элль, с такой силой сжав в руке вилку, что она слегка погнулась, - я не хочу войны. Я вообще не хочу иметь с вами ничего общего. Мои родители не имели права распоряжаться моей жизнью, ясно? Кто вам позволил заключать такие сделки?
- Свод Законов. Почитай, если интересно, - хладнокровно ответил Синклер, - мир между всеми видами требует жертв с каждой стороны.
Амали слегка растерялась. Юриспруденцией она никогда не интересовалась, поэтому была, мягко говоря, ошарашена.
- И… что теперь? Зачем я здесь?
- Мне позвонили из твоего пансиона, сказали, что ты сбежала.
- Они хотели отправить меня в школу для полукровок, - буркнула Амали, без энтузиазма ковыряясь вилкой в каком-то замысловатом блюде, где не узнавала ни одного ингредиента.
- И что?
- Это клеймо на всю жизнь, вот что. Никто не будет меня воспринимать всерьёз, если узнает, что я полукровка.
- Тебе не стоит об этом волноваться, - снисходительно ответил Виктор, - ты должна закончить учёбу.
Амали сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться и заставить себя думать только о Штефане.
- Учись держать себя в руках, Амали. У тебя все мысли на лбу написаны.
- Где мой брат? – отодвинув нетронутую тарелку, прямо спросила Элль, - сомневаюсь, что Свод Законов разрешает вам похищать людей.
- Пусть это будет наш маленький секрет, - уже
