Читаем без скачивания Венера на половинке раковины. Другой дневник Филеаса Фогга - Филип Хосе Фармер

именно таковы), но по существу он персонаж, детально описанный в предыдущем предложении. Миллионы людей могут восхищаться им, но он знает: Вселенная даже не догадывается о его существовании; он искра, бесследно исчезающая в темноте вечности и бесконечности. Зато у него богатое воображение, и пока его искра все еще не погасла, он может победить пространство и время. Его рассказы – это его оружие, и, как ни крути, они лучше, чем ничего. Как выразился Элиот Розуотер, большинство писателей, пишущих об обыденной жизни, – это просто «воробьиные пуки».

Но писатель-фантаст – это бог. По крайней мере, в это он тайно верит.

Любимая формула Траута – описать ужасное общество, похожее на наше, а затем в конце книги показать пути его улучшения. В своем романе «2BR02B» он показывает Америку, которая настолько кибернетизирована, что только кандидаты с тремя или более учеными степенями могут получить работу. В нем также есть Салоны Этичного Самоубийства, где бесполезные люди добровольно соглашаются на эвтаназию. «2BR02B» похож на смесь романа Воннегута «Механическое пианино» и его же рассказа «Добро пожаловать в обезьянник». Я не обвиняю Воннегута в плагиате, но Воннегут действительно высоко ценит сюжеты Траута и иногда заимствует их. Роман Траута «Большая доска» повествует о мужчине и женщине, похищенных инопланетянами и выставленных напоказ в зоопарке планеты Циркон-212. В Воннегутовской «Бойне № 5» рассказывается, как тральфамадорцы похитили Билли Пилигрима и кинозвезду Монтану Уайлдбек и поместили их в роскошную клетку.

Возможно, Траут разрешил Воннегуту адаптировать часть его сюжетов. Какое-то время Траут жил в Хайаннисе, штат Массачусетс, что недалеко от Уэст-Барнстебла, где жил Воннегут.

Воннегут восхищается идеями Траута, хотя и критикует его прозу. Мол, она ужасна, и непопулярность Траута вполне заслуженна. (Кстати, я бы охарактеризовал собственную прозу Воннегута и его философию, как пародию на Стерна и Смоллетта.) Образец прозы Траута, взятый наугад из «Венеры на половинке раковины», звучит как отрывок вышедшей из-под пера халтурщика полупорнографии. По мнению Элиота Розуотера, у большинства писателей-фантастов стиль не лучше, чем у Траута. Но это не имеет значения. Авторы научной фантастики – поэты, обладающие своего рода радаром, который улавливает в этом мире только самое значимое. Они не пишут о тривиальных вещах. Их проблемы имеют вселенские масштабы: галактики, вечность и судьбы всех нас. Траут же ищет ответ на вопрос, который не дает покоя Элиоту Розуотеру (и многим из нас). То есть, зачем любить людей, от которых нет пользы? Как можно любить тех, кто не вызывает у нас любви?

Воннегут перечисляет известные места проживания Траута, такие как Бермудские острова, Дейтон, Огайо, Хайаннис, штат Массачусетс, и Илиум и Когоуз, штат Нью-Йорк. К этому списку я могу добавить Пеорию, штат Иллинойс. В 1971 году в разделе «глас народа» на редакционной странице газеты «Пеория Джорнэл Стар» было напечатано письмо Килгора Траута, в котором он осудил Пеорию, как абсолютно непристойное место. Он предложил местным жителям перестать возмущаться по поводу «грязных» фильмов и книг, а лучше заглянуть в собственные сердца, полные настоящей грязи: ненависти, предубеждений и алчности. Траут указал свой адрес как Уэст-Мейн-стрит. К сожалению, у меня больше нет ни самого письма, ни адреса, так как я вырезал письмо и отправил его Теодору Старджону, который живет в окрестностях Лос-Анджелеса. Однако перед этим я убедился, что адрес был подлинным, хотя Траут там больше не жил. Как обычно, он забыл указать новый адрес для переадресации корреспонденции.

У меня сохранилось письмо, которое вышло в редакционной колонке номера «Пеория Джорнэл Стар» от 14 августа 1971 года. Это дает нам некоторые сведения о деятельности Траута, когда тот жил в Пеории. Письмо было подписано Д. Раабе, с которым я познакомился вскоре после того, как прочел лекцию в Университете Брэдли. Далее следуют выдержки из письма.

«…Выдающийся скатолог, доктор К. Траут, АИС, в интервью, данном возле общественного туалета в Глен-Оук-парке, изложил свои взгляды по поводу русско-индийского пакта… Что касается кишечных расстройств, доктор Траут отметил, что если в Россию придет увлечение индийской кухней, то русские могут “слегка расслабиться”, хотя в некоторых областях они могут стать чуть более раздражительными».

По всей видимости, в это время Траут трудился в Департаменте общественных работ Пеории, хотя и утверждал, что якобы имеет степень доктора философии. Я не знаю, что означают инициалы, если только это не Ассистент Инженера Сортиров, но что-то подсказывает мне, что он отправил в некую сомнительного свойства организацию пятьдесят долларов и получил диплом по почте. Несмотря на «ученую» степень, он по-прежнему выполнял грязную и малоприятную работу. Этого и следовало ожидать. Тот, с кем мир обращается дерьмовым образом, невольно станет экспертом по дерьму. Он знает, где его искать, и работает там, где его много.

Последней работой Траута, о которой нам доподлинно известно, была установка алюминиевых оконных рам со ставнями в Когоузе, штат Нью-Йорк. В это время (конец 1972 года) Траут жил в полуподвале. Из-за его угрюмого характера и отсутствия подхода к людям, работодатель отказался использовать его в качестве продавца. Его коллеги совершенно не общались с ним и даже не знали, что он пишет научную фантастику. Но однажды Траут получил письмо. Оно стало предвестником новой жизни, прелюдией к запоздалому признанию его как писателя.

Траут получил приглашение в качестве почетного гостя на фестиваль искусств, посвященный открытию Центра искусств имени Милдред Бэрри в Мидуэй, штат Индиана. К приглашению прилагался чек на тысячу долларов. И любезное приглашение, и чек были получены благодаря Элиоту Розуотеру. Он согласился выставить в Центре искусств принадлежавшую ему картину Эль Греко, при том условии, что на открытие будет приглашен Килгор Траут, возможно, величайший из всех современных писателей.

Обрадованный, хотя и мучимый подозрениями, Траут отправился в Нью-Йорк купить несколько экземпляров своих книг, чтобы на фестивале прочитать отрывки из них. Увы, здесь он стал жертвой грабежа, однако был задержан полицией – по подозрению в грабеже! День Ветеранов он провел в тюрьме. Когда его выпустили, он автостопом продолжил путешествие. Водитель грузовика подвез его до Центра. К сожалению, какой-то псих откусил ему сустав правого указательного пальца, и фестиваль пришлось отменить. Трауту оставалось лишь надеяться, что ему больше никогда не придется прикасаться к кому бы то ни было, и никто больше не прикоснется к нему самому

По словам Воннегута, «Завтрак для чемпионов» – это последнее слово о Трауте, которое мы услышим от него. Мне прискорбно это слышать, однако я искренне благодарен мистеру Воннегуту за то, что он впервые привлек к Трауту внимание публики, причем публики, не читающей порнографические книжки. Мне также