остановился в переулке. На земле лежала старая медная клетка со скорбным птичьим скелетом внутри. Не скелетиком – а скелетом и довольно крупным. Но скорбными останками гном долго любоваться не стал. Поднял клетку, встряхнул, дно откинулось и кости шлепнулись на землю. Собрались, злобно зашипели, прыгнули навстречу авантюристам. Миф умело отбил атаку выставленным жезлом, заряд на мелкую нежить тратить не стал, предпочтя шмякнуть ее о стену и добить подобранной дубиной. Кроу же уже заселил в клетку нового жильца.
Игроки полюбовались на злобно смотрящую на них сквозь прутья голову мертвяка, что доставил им столько проблем. Зобми открыл было рот, что-то хотел сказать, но гном прижал палец к его черным губам и наставительно сказал:
– Тихо! Тело уже потерял. Не потеряй еще и уши. Вместе с нижней челюстью – а я вырву ее с удовольствием! Молчи, аньшвур!
Зомби послушно захлопнул рот. И даже прикрыл глаза. Клетку гном отнес к штабу и повесил неподалеку на большой железный крюк из-под вывески. Свистом подозвал змей и указал им зону ответственности. Чтобы ни одна некрокрыса не смогла подкрасться к бывшему лидеру мятежа незаметно. А им он еще займется. Чуть попозже.
– Аньшвур? – не смог удержаться от вопроса как всегда любознательный Миф. Даже наполняющая все его цифровое тело свинцовая усталость, что черной пеленой спускалась к ногам от измотанного психически разума, не помешала его любопытству.
– Ага. Если полностью – аньшвурдых! Жаргонное выражение – ответил гном – Значение – мертвый делатель ненужных мелких проблем. Это если попытаться перевести мягко. А если уж прямо и грубо… тут вариантов море. Но наиболее подходящий вариант – проблемный кусок дохлого мяса. Вроде бы выражение придумали в одном из темных божественных культов постоянно работающих с нежитью. А мертвецы, как ты уже видел, попадаются разные. Дай им больше разума – и тут же вплывает зачастую горячий или несносный характер…
– Круть! Не вздумай шуметь, аньшвурдых! – повысил голос Миф – Проблемная ты шкура мертвячья! Ух! Аж язык закололо!
Отойдя в сторонку, они устало уселись прямо посреди безлюдной улицы погребенного города Гвактала. Любой другой бы непрестанно озирался, прислушивался и ежился от холодка страха. Звуки отовсюду доносятся странные и страшные. Зловещий сумрак заполненный зыбкими пляшущими тенями… Но усталым героям было плевать на зловещие тени и звуки. Они устали. И чуть посидев, предпочли улечься на заваленную обломками и частично выломанную мостовую. Уставились в земляной свод. На лица медленно оседала пыль. Если пролежать так пару месяцев – засыплет полностью…. И останутся от них лишь два пыльных сугроба.
– Аньшвурдых! – повторил Миф и смахнул со лба пыли.
– Помнится смутно. Давенько уж было. Но кто-то в каком-то баре однажды заметил, что это вполне может быть даже не ругательством, а обозначением низшего ранга только что восставшей и еще толком ничего не умеющей плоти.
– О как… то есть, когда я в Яслях родился – я был аньшвурдыхом?
– Ну да. Зеленым криворуким новичком. Что еще знаю – когда однажды ляпнул это слово в адрес одного достаточно крутого рыцаря-мертвяка… разозлился тот страшно.
– Да-а-а-а… обиделся небось… Так что с планом нашим, сенсей?
– На первых порах, как и сказал – неторопливое вдумчивое освоение Гвактала. Зачистка улиц в темпе медленного и даже нудного вальса – продолжил гном, не пытаясь скрыть звучащих в его голосе мечтательных ноток – И пусть наш вальс нудноват, зато он позволит нам набраться опыта и умений. Мы хорошенько подготовимся к грядущим громким событиям.
– Звучит неплохо, Кроуччи! Больше скажу – звучит просто отлично! Я еще далеко не мастер лопаты – а стать им хочу непременно! Слушай, а что с нашими питомцами? У тебя орел…
– Его придется отпустить – прервал мечтательные измышления гном – Крис… он останется с нами и продолжит нести стражу в небе Серого Пика. Но уже на правах только друга, а не питомца.
– О… ясно… мне собака не подходит, Аму не сможет и дальше с соловьем воевать. У Лори вроде и нет пока питомца. То есть нам всем четверым нужны питомцы?
– Именно. Причем питомцы должны дополнять друг друга. Перекрывать недостатки как наши так и собственные.
– Мне питомца любящего копать! Обожающего копать! – несмотря на усталость, встрепенулся Миф.
– И таких питомцев, чтобы нам с ними было интересно – улыбнулся гном – Само собой. Игра должна приносить радость. Но мы отвлеклись.
– Да-да! Слушаю план действий.
– Так вот… – интерфейс звякнул, всплыло окно сообщений и, продолжая фразу, гном открыл послание от столь знакомого и недавно проведавшего их зеленокожего кредитора-грабителя – …касательно нашего плана действий… хм… он…
– Да?
– Его…
– Ага…
– Мы большей частью выкидываем в гномью топку, бороду мне в рот! – неожиданно выругался гном, резко садясь – Какого черта?! Он стебется надо мной?
– Кто? Что случилось-то? – проснувшееся любопытство решительно прогнало воющую усталость и Миф вскочил на ноги бравым оловянным солдатиком – Кому морду бить?
– Да блин да него не доберешься – буркнул гном – Бом пишет.
– Полуорк? Тот что вынес все из нашего штаба и поставил на кабальные проценты, что всех нас сведут сначала в могилы цифровые, а затем и в реальные?
– Ну это ты загнул…
– Кто знает… кто знает… он успел меня спросить: «Какова чистая прибыль в вашей глуши?». Я гордо промолчал… пряча в стиснутом кулаке жалкие медяки…
– Так блин!
– Шучу, шучу… что пишет-то?
– Он… черт… – Кроу в возбуждении крутнулся, запустил руки в волосы, дернул себя за бороду – Он даже не пишет – а предупреждает и требует невозможного! При этом ничего толком не говоря.
– А суть?
– Суть? Суть в том, что как ему кажется, чудится, мерещится и мнится, как ему кричит, орет и вопит его чертовая интуиция, нам следует незамедлительно ускориться на всех фронтах не менее чем в десять раз. Бред! Получается, если сначала мы планировали зачищать одну улочку в день, то теперь мы должны зачищать целый квартал в то же время? К черту!
– Так может на самом деле?
– Что?
– К черту – пожал плечами Миф, не скрывая
