лгал.
— Ясно, — выдохнула я, и в этот момент впереди начал прорисовываться один из самых красивых и невероятных замков, которые я когда-либо видела. Он был построен из белого перламутрового камня, а в промежутках то здесь, то там мелькали вставки из радужных кирпичиков, напоминающих внутреннюю часть морских раковин. В результате, когда на замок падал золотой свет с поверхности, казалось, что он весь светится и переливается, как настоящее сокровище.
— Так в чем же сложность научить меня колдовать? — спросила я уже тише и совсем не с таким энтузиазмом, как еще пару минут назад.
Теперь я знала, что эмир не до конца честен со мной. И если он солгал про разговор с акулой, то может солгать и в остальном.
Да и что это вообще значит: «Это моя добыча»? Иносказание или… Тиррес произнес именно то, что и имел в виду?..
Однако сейчас я не собиралась выдавать свои познания в таинственном морском языке и признаваться, что прекрасно поняла сказанное. Думаю, будет лучше оставить этот козырь при себе.
Тиррес, естественно, моих душевных метаний не облегчал.
— Сложности, по сути, никакой, — широко улыбнулся он. — Но у нас неспроста к каждому ученику прикрепляется мастер. Именно сила мастера вводит адепта в мир магии. Она как бы… наполняет и пробуждает новичка.
— Я ничего не поняла, — честно призналась, окончательно запутываясь.
Эмир хитро на меня посмотрел и кашлянул в кулак. Учитывая, что воздуха вокруг не было, получилось забавно.
— Ну… ты скоро все поймёшь, — пространно ответил он. И это меня ничуть не успокоило.
Я пожала плечами. Оставалось только согласиться с ним и ждать.
К этому времени мы подплыли к огромным вратам морского дворца. Часть стен была облеплена красивыми вьющимися водорослями, усыпанными цветами. Это напоминало хмель или дикий виноград, который иногда обнимал своими мягкими зелёными лапами дома на суше. Разве что здесь водоросли непрерывно покачивались в воде, а между ними сновало множество рыбок.
— Через парадный вход мы с тобой не пойдем, он для торжественных мероприятий, — бросил эмир, взял меня за руку и ловко потянул наверх. Почти к самой крыше дворца.
А там чем выше, тем больше открывались взгляду дивные балконы с крышами в виде шапочек прозрачных медуз. Вниз с них свисали кудрявые ветви-щупальца с нанизанными на них белоснежными цветами. Эти необычные шторки одновременно прикрывали вход в разные комнаты и делали фасад дворца каким-то… живым.
— Нам сюда, рыбка моя, — проговорил эмир, всплывая внутрь самого большого и красивого балкона. Цветы здесь не просто покачивались в воде, но и красиво светились, словно внутри был розовый фосфор.
А за чертой веточек оказалась дивная круглая комната, в самом центре которой расположилась тоже круглая, как и все остальное здесь, постель.
Едва очутившись внутри, я почувствовала себя будто в морской ракушке. Впечатление было скорее приятное.
Вдоль стен расположились какие-то незнакомые мне штуковины, неожиданные предметы мебели в совершенно непривычных формах. К примеру, стулья тут были с травянистыми подлокотниками. И, как оказалось потом, именно эти подлокотники цеплялись за бедра сидящего, удерживая его на одном месте.
Столы тут были преимущественно круглыми и высокими. А потолки и вовсе простирались на десяток метров вверх. Как в огромном зале… Это немного угнетало.
Однако было ещё кое-что удивительное. Во дворце эмира меня начало придавливать к полу значительно сильнее, чем за его пределами. Гравитация здесь была будто бы искусственно увеличена!
— Нравится? — хмыкнул эмир, а я нервно захлопнула рот, который так не вовремя выдал мое восхищение. — Располагайся. Уже вечер, и скоро искусственный свет в Айреморе погаснет. Станет очень темно. Поэтому тебе нужно поесть, а затем можешь ложиться спать.
— Ложиться здесь? Одна?.. — начала я немного нервно и тут же стала переживать ещё сильнее, когда услышала свой вопрос со стороны.
Я же знала, что это покои эмира, и видела, что кровать тут всего одна. Поэтому, естественно, меня крайне беспокоил вопрос нашего возможного совместного сна. А точнее, хотелось бы знать, как этого сна избежать!
Но, увы, прозвучало все совсем не так.
Тиррес тихо и мягко рассмеялся.
— Я планировал оставить тебя сегодня, моя дорогая гостья и подмастерье. Но если ты настаиваешь…
Его серебристые глаза снова начали опалесцировать. В полумраке, который и впрямь, как сказал Тиррес, с каждым мгновением все усиливался, его колдовской взгляд выглядел невероятно чарующе.
Я сглотнула, привычно чувствуя, как пересыхает в горле. Хотя и не совсем ясно, как среди морской воды что-то может пересыхать.
— Нет-нет, я не настаиваю! — выкрикнула, пожалуй, чересчур поспешно.
Тиррес рассмеялся.
— Тогда отдыхай, — легко согласился он. — Покушать найдешь вон в том зале.
Он указал рукой вправо, а там закругленная стена немного отличалась по фактуре от остальной поверхности комнаты. Видимо, это была какая-то дверь.
— К сожалению, пища у нас не так разнообразна, как на поверхности, — как бы извиняясь, проговорил он. — И дело не в том, что мы не можем ее раздобыть. Просто, как ты понимаешь, под водой довольно трудно было бы ее сохранить. Да и есть не очень удобно. Но я надеюсь, что и наши угощения тебе понравятся.
С этими словами он махнул рукой, поклонился с широкой улыбкой и скользнул обратно к балкону.
— Я приду утром. И начнем наши уроки, моя дорогая ученица, — бархатным голосом проговорил он. — Жди меня.
Подмигнул и исчез. А я осталась в этой огромной «ракушке» совершенно одна. И, признаться, меня это ничуть не радовало.
А если сюда сейчас заплывет какая-нибудь голодная рыбина? А если акула?..
Вдобавок ко всему вокруг становилось все темнее, а я даже представить не могла, как тут, на дне моря, включается свет! И что, вообще, за таинственная сила освещает водяные недра? Пока мне так и не удалось заметить ничего, что напоминало бы фонарь, лампочку или сияющие кристаллы, какие встречались мне в Огненной империи. А солнечный свет сквозь многометровую толщу воды проникал слишком плохо.
Я снова бросила беспокойный взгляд в сторону темнеющего балкона и остановила его на мерно колыхающихся веточках цветов, что едва-едва светились розовым. Невесть какой свет, но хоть что-то!
Неловко перебирая ногами и руками, я подплыла к ним, сорвала одну веточку и нырнула обратно в комнату. Теперь мне было чуть менее страшно.
А затем, решив, что Тиррес таки был прав и неплохо бы поесть перед сном, я добралась до той самой колдовской двери в стене. Вот-вот я должна была узнать, чем же питаются русалки и прочий морской народ. Когда-то, кажется, бесконечно давно, я любила путешествовать и пробовать местную еду в других странах. А чем Айремор
