Читаем без скачивания Средневековый варвар - Кейт Лондон

Еще в начале февраля, обедая в кафе, Уайет заметил, как Таллула потрогала лоб Фоллен. В один миг она, укутав его дочь в свое пальто, отправила ее домой с кастрюлькой куриного бульона и пообещала забрать к себе на ночь Миракл.

Уайет много раз был свидетелем того, как оберегается его дочь от навязчивых ухажеров.

Несколько лет назад ему нужно было быть рядом с ней, чтобы уберечь ее...

Уайет зажмурился, чувствуя, как накатывает новая волна боли. О Господи, как ему хочется прижать к себе дочь, усадить на колени внучку. Укутать их своей заботой.

В запыленном зеркале над холодильником Уайет увидел не пощаженное годами небритое лицо, изборожденное угрюмыми морщинами, шрам на виске, тронутые сединой волосы.

- Герой варварских времен, - пробормотал он.

Закрыв дверь, Уайет устроился в кровати, положив руки под голову, и стал думать о Таллуле. Уже много лет он боролся с одиночеством, и ни разу ему не было так тяжело, как в тот миг, когда он, собрав все силы, отрывался от хозяйки кафе.

Он не собирался целовать Таллулу, но ее попытки выпутаться из лески распалили его желание. Острая жажда пронзила его после стольких лет воздержания. В поцелуе Таллулы он вкусил все, чего ему недоставало, все, что ему было так нужно... Она прижала его к себе, охраняя, оберегая.

Уайет взглянул на Лероя, слишком поглощенного мисс Хрюшкой, чтобы посочувствовать ему. Все же хорошо, что хоть один мужчина в доме не одинок.

Таллула посмотрела на букет роз и выглядывающего из-за него мужчину Уайета Ремингтона. Он сидел за столиком с натянутой улыбкой, в чистой, но неглаженой хлопчатобумажной рубашке, сменившей неизменные водолазки и футболки.

Таллула едва не выронила поднос, на котором несла завтрак водителям-дальнобойщикам. Обслужив их, она быстро прогнала Луизу, заглядевшуюся на Уайета и обсыпавшую стойку сахарной пудрой.

А Уайет не отрывал взгляда от завитков вокруг лица Таллулы, и у нее вдруг замерло сердце, потом заколотилось быстро-быстро. Взгляд Уайета прикоснулся к ее губам, и она вспомнила поцелуй.

Их поцелуй, потому что она обнимала его так же крепко и целовала так же самозабвенно. Они лежали на земле, запутавшись в леске, и впитывали друг друга, словно двое голодных подростков.

Никто так не целовал ее. Никогда. Даже ее бывший муж. Уайет целовал ее так, словно она жизненно необходима ему. Словно ему одному известен секрет чувствительных, девственных уголков ее губ.

Но Уайет - ее заклятый враг. Должно быть, она слишком нанюхалась лука, раз ответила мистеру Приманке.

- Что вам угодно? - резко бросила Таллула, взмахом полотенца отгоняя раскрывшую в изумлении рот Фоллен.

Губы Уайета изогнулись, обнажая зубы.

- Уроки. Я хочу стать романтиком.

- Гм. Сначала меренга, затем романтика, - недоверчиво пробормотала Таллула, сметая со стойки сахарную пудру.

Отвернувшись от Уайета, она передала на кухню заказ, затем снова посмотрела на розы и, сунув блокнот за пояс и не в силах удержаться, понюхала их.

- Это вам, - натянуто произнес Уайет. - Я сам додумался до этого, - после некоторого молчания добавил он. - Если вы согласитесь усовершенствовать меня в качестве жениха, я тотчас же отправлю телеграмму партнеру, чтобы он подготовил документ на льготную лицензию.

Таллула внимательно присмотрелась к нему, не бросает ли он исподтишка взгляды на Фол-лен, но темные горящие глаза специалиста по рыболовным снастям не отрывались от ее лица.

- О! - воскликнула Таллула и, схватив розы, поспешила на кухню.

Набирая в вазу воду, она через окошко изучала Уайета: следы расчески в непокорных черных волосах, порез на выбритом подбородке, нижнюю челюсть, движущуюся так, словно он скрежещет зубами.

Норм, повар, застонав, принялся потирать живот. Он мрачно смотрел, как Таллула осторожно опустила в воду первые в своей жизни розы.

- Я не от своей стряпни расхворался, - пробормотал он, накладывая в тарелку оладьи. - И не надо суетиться вокруг меня, - сказал он, видя, как она заволновалась. - Я дам знать, если мне станет совсем плохо.

- Конечно.

Прихватив жареный картофель и тосты, Таллула поспешила назад в зал и застыла на месте, нарвавшись на угрюмый взгляд Уайета. Схватив свободной рукой кофейник, она повернулась было к кофеварке, но тут увидела смущенно улыбнувшуюся Уайету Фоллен, после чего тот с выражением бездомного щенка опустил глаза в кофе.

Если что-то и способно задеть женщину, так это выражение бездомного щенка, появляющееся на лице у некоторых мужчин. Это выражение "приласкайте меня, возьмите к себе" наполняет любую женщину желанием раскрыть свое сердце и приласкать. Вид бездомного щенка - такой, как сейчас у Уайета, - гораздо действеннее пылкого ухаживания и романтического очарования. Посмотрев на него, Таллула решила, что он заслужил награду: даже ей, знающей, что он готов вцепиться в первую встречную женщину, захотелось приласкать его. Его одиночеством пахнуло на нее, когда Уайет лежал на ней, а она крепко прижимала его к себе.

Однако медлить нельзя: Фоллен, остановившись рядом с Уайетом, с нежной улыбкой смотрит на него.

Взгляд, которым обменялись этот мужчина в летах и молодая девушка, заставил перевернуться все внутренности Таллулы. Особенно когда темные глаза Уайета зажглись, словно праздничный фейерверк. Карие глаза Фоллен потеплели...

- Фоллен, за угловым столиком требуется высокий стульчик для ребенка, а мистер Джонс ждет кофе. А потом поставь новый кофейник, ведь дальнобойщики захотят еще по чашке. Хорошо?

Уайет проводил взглядом удалившуюся девушку, и Таллула, шумно вздохнув, кивнула в сторону кухни.

- Вперед.

- Слушаюсь, мэм, - распрямился в полный рост Уайет.

Норм, печально поглаживая живот, возился у плиты. Таллула, сверкнув глазами, яростно набросилась на салат-латук.

Уайет, потягивая кофе, с любопытством наблюдал, как она, швырнув латук на доску, искрошила его так, словно это было его сердце. Когда Таллула открыла было рот, но ничего не сказала, Уайет недоуменно поднял бровь.

- Не смейте смотреть на Фоллен так, словно между вами есть что-то такое, чем вы больше ни с кем не поделитесь.

- Вот как? И почему же?

- Я уже говорила: вы ей не пара. Таллула, сделав вдох, почувствовала запах лосьона после бритья. Она отступила на два шага назад, а Уайет, распрямив плечи, с любопытством взглянул на нее. А может быть, с насмешкой?

Сердце Таллулы учащенно забилось, и ей стало немного не по себе.

- Мне плохо, - вдруг заявил Норм, вручая Уайету ложку. - Ухожу домой. Яйца почти готовы, тесто подходит.

С этими словами он направился из кухни. У двери он обернулся и крикнул:

- На стоянку заруливает экскурсионный автобус. Человек двадцать, с виду голодные.

Уайет, взяв с вешалки чистый фартук, быстро надел его.

Он умело вылил на сковородку блинчики, бросил в духовку мороженые овощи, очистил тостер от хлебных крошек. Перевернув блинчики, Уайет прочел заказ, который принесла Фоллен, и снова занялся блинчиками. Сняв готовые и уложив их на тарелку, с довольной улыбкой протянул их Таллуле.

Та попыталась закрыть рот и оторвать изумленный взгляд от зрелища, способного покорить сердце женщины еще быстрее, чем выражение бездомного щенка, - мальчишеской беззаботной улыбки мужчины, не улыбавшегося два столетия.

- Отлично, - сказала наконец Таллула, понимая, что ее корабль уплыл без нее, из ее воздушного шара вышел весь газ, а сама она в настоящий момент полностью и безоговорочно пленена Уайетом.

А тот вдруг взял шипящие на сковородке шпикачки и выбросил их в мусорное ведро.

- Никакой свинины, - решительно сказал он.

Пока Таллула пережевывала это заявление, Уайет, подойдя к ней, нежно прикоснулся поцелуем к ее губам.

- Работал в кафе в Вермонте, - объяснил он. - Сегодня не будет ни шпикачек, ни свиных отбивных, Таллула.

- Посетители взбунтуются, - проворчала она, мысленно представляя себе Лероя. - И я лишусь своего дела.

- Положись на меня, - сказал Уайет, хлопая ее по плечу и решительно выставляя из кухни.

К полудню Таллула пришла к выводу, что нет ничего хуже, чем пытаться доказать несостоятельность мужчины там, где он настоящий дока. В самый оживленный день недели Уайет с восторгом окунулся в новое дело, приготовляя салаты, поливая соусом бифштексы, не забывая о вегетарианских блюдах. Когда подкатил автобус с голодными школьниками, наступил его звездный час. Он сунул в духовку разом тридцать гамбургеров, не забыв при этом, какие с сыром, а какие - без. Уайет был мастер по части гамбургеров: с луком и без, из французских булочек и мексиканского хлеба, с грибами и сыром.

Несколько завсегдатаев изменили своим обычным блюдам, чтобы попробовать двойные чизбургеры Уайета. Когда пришел Сэм, повар второй смены, Уайет уже начал готовить булочки на ужин, а салаты с курицей и тунцом лишь ждали заправки томатным соусом.