— Товарищи. Друзья. Братья и Сёстры. Разве у нас с вами детский праздник непослушания? Разве, как в той поговорке: «Назло бабушке отморожу себе уши?» Мы же собрались тут не для того, чтобы разбить пару витрин или сжечь пару автомобилей, верно? Мы хотим изменить нашу жизнь. Кому очень хочется, тому я куплю пару авто и пару магазинов, можете да из разнести и сжечь к чертям собачьим. На разве ради этого вы здесь?
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ОСОБНЯК КНЯЗЕЙ ОСТРОВЫХ. 2 сентября 2015 года.
Мы сидели на пепелище. Наш дом сгорел. Полностью. Только закопчённые стены остались и дыры в прогоревшем полу.
Мы молчали.
Дина лишь прижалась щекой к моему плечу. Такому же грязному, как и всё вокруг.
Моя рука опиралась на фамильный меч. Ему было Бог знает сколько лет. Много сотен. Не считая регалий Ордена Святого Андрея Первозванного, этот меч единственное, что осталось от моего дома. И окровавленный диван в Университете.
Появился Вовка. Молча сел рядом. Прямо в пепел нашего дома.
Киваю:
— Привет, дружище.
— Привет. Я сразу в Универ, там сказали, что вы здесь.
— Да…
Ответ был неопределённым. Мало у меня таких особняков? Нет. Много. Но, что-то сломалось в душе. Почему-то именно это место было важным для нас. Или стало.
— О чём молчите?
Пожимаю плечами.
— Думаем, в какую комнату поставить тот окровавленный диван, на котором Диана спала прошлый вечер.
Вовка сказал лишь одно слово:
— Прости.
Помолчав, Вовка спросил у Дины:
— Привет, сестрёнка. Ты как?
Вздох:
— Привет, братишка. Вчера был радостный день. Врачи сказали, что у нас будет девочка.
— Ой, поздравляю! Уже придумали имя?
Кивок.
— Да. Катя. Екатерина.
Целую жену в висок.
Вовка кивает:
— Я рад за вас. И что всё закончилось.
— Нет. Ничего не закончилось пока. Нас пишут?
Пожатие плечами.
— Нет. Связь в районе подавлена наглухо, а вокруг меня в трех метрах белый шум. — Цесаревич показал браслет на руке.
Иронично киваю.
— Прикольно. А можно нам такой хотя бы для постельных дел?
Усмешка.
— Разве что в моём присутствии. Браслет настроен на меня. Да и что я там у вас не видел?
Диана довольно чувствительно пихнула его локтем в ребра.
— Дурак!
— Ну, дурак или нет, но работа такая. Шучу. Мне мать не дает смотреть ваши видео. Так что не парьтесь.
— Как мать?
Вовка нахмурился и пожал плечами.
— Всё так же. В коме. Врачи говорят, что надежда есть.
Помолчали.
— А ты с чего появился? Ты же самая желанная цель для заговорщиков.
— Ну, официально я сейчас в Таранто, в Италии. А так, я прибыл транспортным бортом, в качестве такелажника на техническом рейсе.
— Двойник?
Кивок.
— Балуешься. Смотри, чтоб двойник тебя не заменил вдруг что.
— Не. Там не выйдет. Не дураки писали Протокол.
— Ладно. И?
— Что, и? Через час лечу на Остров Христа. Ты в Лавке?
Качаю головой:
— Вов, ситуация нестабильная. Если тебя нет в Лавке, то может быть всякое. Да и на похороны моего прадеда в Германии мы с Диной сегодня собирались. Кто я для войск и элиты? Лети на Остров и обратись оттуда к подданным. Я выдохну, передам тебе дела и полечу с Диной в Германию.
— Ты уже выступил сегодня. Ситуация, вроде, контролируемая. Ладно, принц Липпе, договорились. После моего обращения к верным подданным можешь улетать. А пока — ты в Лавке. Хотя бы до вечера. Мне надо порешать ряд дел на Острове.
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МОСКВА. ИМПЕРАТОРСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ЕДИНСТВА НАРОДОВ. 2 сентября 2015 года.
— ПЕРЕМЕН! ПЕРЕМЕН! ПЕРЕМЕН!
Толпа перед Университетом продолжала бесноваться своим восторгом. Праздник непослушания. Вдруг можно оказывается, не боясь никого и ничего, выйти на улицу, на площадь, и требовать… Неважно чего. Но, твой голос звучит над Империей, и ты имеешь право на этот голос.
В воздухе действительно пахло переменами. Попытка вернуть корону Михаилу Третьему, судя по всему, провалилась и власть удержала ситуацию под контролем.
Ректор Университета академик Щепкин стоял у окна своего кабинета и смотрел на площадь, где, во многом, стояли его студенты.
Ощущение было смешанным. Он сам был сторонником перемен и обновления Империи. Но, удержит ли власть эту стихию? Выступление Лунного Михаила и его супруги было толковым, толково организовано и срежессировано, но хватит ли этого? Молодёжь очень импульсивна, и стоит её оставить хоть на час со своими мыслями…
Академик вздохнул.
Его Университет готовил кадры для всех стран Терры и всего остального мира. Управленцы, экономисты, финансисты, техники, учёные, инженеры, военные. И вот теперь представители всех стран Терры и мира стояли на площади и требовали перемен.
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ИМПЕРАТОРСКИЙ КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ. 2 сентября 2015 года.
На площадь садились лунные челноки. На основные площади столиц Империи. Космодесант сбегал на землю по откинувшимся аппарелям. Орбитальная группировка и весь Космофлот встал на сторону Марии Второй, Владимира, Марии Первой. И меня с Динкой заодно.
Встречаю у сходней челнока папаню своего.
Красавец. Красивый, мощный, в броне и в сверкании. Не то, что я. Да и Диана выглядела не лучше меня (прости Дин мой сомнительный комплимент).
— Привет, сын.
Киваю.
— Привет, отец.
Крепко жмём друг другу руки и обнимаемся.
— Диана, я счастлив тебя видеть. Наслышан о твоих подвигах.
Динка смущённо улыбается.
— Да, я-то что? Все старались…
* * *
СЕВЕРНАЯ АМЕРИКА. КОРОЛЕВСТВО КВЕБЕК И АКАДИЯ. МОНРЕАЛЬ. ОФИС ОТРЫТОГО ФОНДА. 2 сентября 2015 года.
— Мистер Бзежинский, у вас в приёмной уже восемь посетителей.
Збигнев лишь покачал головой.
— Не сейчас. Пусть ждут.
Он был занят. Он смотрел в окно.
С Россией было сложно работать. Даже он, родившийся в Харькове, не всегда понимал русских.
Да, Клуб вкладывал в Россию немало средств. Это было сложно, ибо русская Охранка работала хорошо, но какие-то деньги поступали на счета «лидеров мнений». Вроде всё шло по плану. Клуб интересовал не столько возможный Михаил Третий, сколько нестабильность, которая может подорвать Россию и всю Терру. И Луну. Но, сегодняшний хаос в России не очень нравился Збигневу. Элиты, многие из которых принимали «подарки» и были готовы к сотрудничеству с «Открытым фондом», резко обрубили концы, и придётся потратить время, на повторное приручение их. В том числе и через деньги. И, через шантаж, разумеется. Но, пока стихия малоконтролируется. Особенно из Монреаля. Доверители никогда не разделяли его Збигнева убеждения что «Царьград должен быть разрушен». Боялись потерять в смуте не только прибыли. Его слушают, но не допускают в Игру. А то что во главе ромейской беснующейся молодежи один из Липпе намекает что Клуб держит руку на пульсе.
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. АЭРОПОРТ «НОВЫЙ РИМ». 2 сентября 2015 года.
— Дамы и господа, приветствуем вас на борту нашего корабля. Дирижабль «Гордость» осуществляет рейс по маршруту Константинополь-Берлин-Ганновер-Париж. Взлёт через пять минут. Просим пристегнуть ваши ремни безопасности. Командир корабля Звёздный дворянин Николай Карташов и вся команда нашего корабля желают вам приятного полёта.
Стюардесса, традиционно улыбаясь, оставила салон в покое, удалившись на своё место.
