И все же, спускаясь с крыльца, Гарди не удержалась и сорвала цветок с раздавленного куста аквилегий. Растение вряд ли выживет, а вот его цветы ей безумно понравились. Воткнув затейливый цветок в петлицу блузки, девушка направилась к воротам. Луна поднялась выше, налилась соком и, похоже, светила с удовольствием. В отличие от дороги к колодцу путь до решетки оказался приятнее. По крайней мере, она сумела вовремя разглядеть паучьи сети и не раздавить лиану какого-то растения, перекинувшегося через тропинку. А вот с комарами ничего нельзя было поделать, и Гарди, размахивая руками, поспешила на открытое место.
По дороге она шла не одна. Люди оглядывались, робко улыбались, но не получая улыбки в ответ, поспешно уходили вперед или отставали. У Гарди было хорошее настроение, но улыбаться каждому она не привыкла.
Зайдя в тень, Гарди какое-то время изучала гуляющих и только потом поняла, что действовала опять по старинке — смотрела на селян, как на противников, которых прежде нужно изучить. На освещенной огнями поляне перед домом выделялись три группы. Дерека она заметила сразу. Вместе с Гойдоном и еще парой бородачей адвокат сидел за столом под раскидистым деревом, украшенным фонариками. На столе среди посуды, бутылок и свечей возвышался знакомый ей бидон с грибами, и Гарди решила, что к этой компании она подойдет в последнюю очередь. На площадке неподалеку тоже было светло. Лампы из ракушечника и факелы создавали чарующую атмосферу, а вот музыка ей не понравилась. После работы ритм барабанов навсегда закрепился в голове, как гимн войны. Однако девицам, лихо отплясывающим на полянке в кругу парней и других девушек, музыка явно была по душе.
Третий круг гуляющих собрался на холме у берега. Из-за спин зрителей было трудно понять, что происходило, но по звукам можно было догадаться, что там дрались. Драка идеально соответствовала ее душевному настрою, и Гарди направилась к реке.
Работать локтями она умела и через минуту уже стояла в первом ряду, прижимаясь животом к изгороди, которая чудом не слегла под напором толпы. Гарди ошиблась. На огороженном участке размером с маленькое футбольное поле драки не было, хотя происходившее очень походило на побоище. С десяток вспотевших парней, мужчин и даже мальчишек беспорядочно бегали по вытоптанной траве, то и дело сталкиваясь друг с другом, но продолжая свое бестолковое занятие. Они так пристально глядели себе под ноги, что и Гарди стала смотреть на землю, благо достаточное количество факелов и ламп из ракушечника, установленных вдоль ограды, позволяли не напрягать зрение.
Поросенка она заметила не сразу. Свиненыш так ловко мелькал среди босых ног игроков, что разглядеть его в поле можно было с большим трудом. Теперь только Гарди поняла, почему низ забора был обшит сплошными досками — чтобы животное не убежало.
— Варварство, — пробормотала она, догадавшись, что игроки бегали за поросенком.
— Что вы сказали? — охотно откликнулась стоявшая рядом женщина в лихо завязанном на голове красном платке. Она давно косилась на Гарди и, видимо, была рада поводу завязать разговор.
— Да так, — снова буркнула девушка, собираясь уходить, но селянка уже вцепилась ей в локоть.
— Вы, наверное, новая хозяйка мызы, верно? — спросила она, сверкая глазами. — Мы так зовет дом безумной Алисии. Говорят, вы приехали его продавать. Правильное решение, такая рухлядь никому не нужна.
«Эта рухлядь» будет покрепче большинства здешних домов, подумала Гарди, но женщина не дала сказать и слова.
— Меня Хризеллой зовут, — представилась она. — А вас, кажется, Гардия. Дерек рассказал. Вам, наверное, непонятно, что тут у нас происходит. Сейчас все объясню.
И селянка погрузилась в путанную историю о давних традициях ловить поросенка на Первом дне лета, который они отмечали после посадок. Гарди собиралась уже выбираться из толпы, как вдруг заметила среди играющих Кира. Она так и не поняла, почему столь хорошо запомнила его лицо и фигуру. При свете факелов их волосы были почти одного цвета, только у Кира они были на порядок длиннее. Затянув их в хвост, он ловко скакал за поросенком, без труда уворачиваясь от игроков. Для фермера Кир был слишком подвижен. Гарди привыкла считать земледельцев неприветливыми, коренастыми типами, трудными на подъем, но очевидно, она судила по знакомым фермерам из Старого Города, местные же ребята были из другого теста.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Надо же, как старается, — невольно прокомментировала она, залюбовавшись быстрыми ногами пройдохи, к которому у нее имелся разговор.
— По правилам победителю достается танец с королевой праздника, — тут же подхватила Хризелла. — Вон она, среди танцующих девок на кресле сидит. Мы королеву весной выбираем и весь год на праздниках парни с ней танцуют. Мона уже третий год подряд у нас королева. Она сестра Аса Гойдона.
Хризелла многозначительно склонила голову, мол, ну ты понимаешь, что у других девушек шанса просто нет. Гарди с ней согласилась. Ей хватило одного быстрого взгляда, чтобы определить, к какому типу людей относилась Мона. Девушка была красива и статна, но самомнение у нее было точно завышено. Впрочем, как и у брата.
— А этот парень явно хочет стать победителем, — едко заметила Гарди, указывая на Кира. — Метит в женихи к Моне?
Она тут же прикусила себе язык, но, к счастью, Хризелла на ее тон внимания не обратила.
— Кир-то? — фыркнула она. — Да Мона его к себе и близко не подпустит. Скажу вам по секрету. Королева танцует только с тем, с кем сама захочет, а Мона она, как бы помягче сказать, со всеми местными, за исключением, пожалуй, Кира, уже погуляла и теперь ждет свежую кровь. Говорят, что Ас уже нашел ей новых женихов в других поселках. Ну, так речь не о ней. Знаете, почему эти парни сейчас так надрываются? Да потому что победителю кроме танца, которого, скорее всего, не будет, достается поросенок. А поросенок стоит сто корон! Говорят, вы богатая, вам трудно понять. У нас уже пять лет неурожаи, посевы и скот постоянно гибнут. Поросенок — это целое сокровище. Его можно продать и месяц о еде не думать. Или съесть самим. Но лучше продать, выгоднее получится.
— Не знала, что все так плохо, — искренне изумилась Гарди. — А с виду и не скажешь, что в Голубом Ключе голод.
— Ну, — замялась Хризелла, — чтобы от голода умирать, такого у нас еще не было. Всегда можно пойти к Асу и взять в долг, а потом на его полях отработать. Но выиграть поросенка — это счастье.
— Почему этот Ас такой богатый? — напрямую спросила Гарди, с трудом отведя взгляд от Кира, который, вспотев, снял рубашку, закинув ее в кусты. У него оказалось прямо-таки фигура борца — поджарая и мускулистая.
— Звезды ему благоволят, — серьезно произнесла Хризелла. — И кто рядом с ним, тоже получит частичку его удачи.
Между тем, игра закончилась. Отвлекшись на разговор с селянкой, Гарди не заметила, как поросенок оказался в руках Кира. Извивающееся животное вот-вот было готово ускользнуть, но парень держал добычу крепко.
— Я поймал! — крикнул он. — Труби!
Гарди закрутила головой и увидела мужика с дудкой, который почему-то не спешил подносить ее к губам. Другие игроки столпились вокруг Кира, и выражение лиц их было недобрым.
— Я его честно поймал, это моя победа, — начал оправдываться парень, и Гарди догадалась, что сейчас произойдет. Местные не собирались отдавать награду тому, кого считали изгоем.
— Ты жульничал! — закричал в ответ один из играющих.
Поняв, что большинство не на его стороне, Кир перехватил поросенка покрепче и устремился к изгороди. Легко перемахнув плетень, он в три скачка преодолел расстояние до реки и прыгнул в темную воду. К тому моменту, когда толпа преследователей, к которым присоединились и зрители, достигла берега, Кира с поросенком уже и след простыл. Гарди не могла представить, как можно плыть с такой верткой добычей в бурной воде, да еще ночью, но, похоже, Кир проделывав такое не впервые.
— Опять ушел, гад, — разочарованно произнес один из играющих, крепкий парень с кудрявыми черными волосами. — Говорил вам, что не надо его в игру пускать.
